Глава 57 — § 57. Шествие владыки демонов, посвящённое его подчинённым
Шестерни Эквиса завращались, и он схватил меня
руками за плечи.
Он упёрся ногами в землю и изверг магическую силу
цвета меди. Шестерни времени и максимума завращались, рассеивая искры, и Эквис
слегка приподнял моё тело.
– Ого, не думал, что у тебя ещё осталась подобная
сила.
– …Я признаю, инородное тело мира. Ты сильнее
всех поглощённых миром доныне непригодных… – закрутив шестерни на такой
скорости, что его божий лик треснул, Эквис полностью поднял моё тело. – Но твоё
слабое место всё ещё находится здесь.
Его ноги из шестерней изо всех сил оттолкнулись
от земли. Ускоряя силу шестерней максимума при помощи шестерней времени и почти
буквально превратившись в стрелу света, держащий меня Эквис устремился к сфере
из бесчисленных шестерней – Вертексфэмблэму.
– Это «Шестерни Судьбы», иными словами, отчаяние.
Если они проглотят меня, то мир будет перерублен.
– Понятно. То есть, если я отмахнусь от тебя, то
ты врежешься в эти шестерни. А ежели они перерубят тебя, то порядки исчезнут, и
мир будет уничтожен.
Я развернул «Бено Евн» на тело Эквиса, и он гордо
сказал:
– Именно. В итоге всё сводится к тому же. Ты
вынужден защищать этот мир. Защити меня(мир) и будь измельчён
шестернями отчаяния, крохотное инородное тело!!
Сразу после чего мы с Эквисом врезались в
«Шестерни Судьбы» Вертексфэмблэм. Раздался раздирающий уши оглушительный звук,
и бурно рассеялись частицы магической силы.
– Ги, ги-ги, ги-ги-ха-ха-ха-ха! – засмеялся
Эквис, издавая звук ржавчины.
Из-за того, что я защищал его от затягивания в
Вертексфэмблэм, затягивало в них лишь меня одного, и в меня вгрызались зубья
бесчисленных шестерней.
– Понял, Анос Волдигод? Сегодня мир тоже будет
вращаться корректно. Вместе с отчаянием. Прямо сейчас ты и в самом деле не
более чем инородное тело в шестернях.
– …И не поспоришь.
Раздался звук клацающих, будто насмехающихся,
шестерней.
– «Верд Рэйз Фэмблэм».
Эквис завращал собственные шестерни и с огромной
силой раскрутил вгрызшиеся в моё тело «Шестерни Судьбы». Ко всему моему телу
была приложена огромная сила «Шестерней Судьбы», и тут раздался звук отрывания
какой-то ключевой части.
Колоссальная магическая сила вдруг исчезла.
– …воз… мож…
Несколько «Шестерней Судьбы», которые пытались
затянуть меня, лопнули, будто не смогли вынести присутствия смешавшегося с ними
инородного тела, и с грохотом упали на землю.
– …Не… воз… мож… но… это же… эти шестерни…
вращают отчаяние, судьбу…
– Вращается полным ходом, я смотрю, – я схватил
ближайшую крупную шестерню и остановил её, – Твоё собственное отчаяние.
Весь Вертексфэмблэм заскрипел из-за силы, которую
некуда было деть. Сцепленные шестерни стали стремительно останавливаться,
издавая странный звук.
– …Ты хоть понимаешь… что держишь в своей руке…
инородное тело мира?..
– Ты об этой шестерёночной игрушке?
Остановившиеся шестерни повернулись в слегка
противоположном направлении.
– Прекра…ти!.. Немедленно убери от них свою тупую
руку!.. Вертексфэмблэм вращает судьбу мира… Если ты сломаешь его, то достанется
и твоему любимому миру…
– Ты вообще понимаешь, что сам себе
противоречишь, Эквис?
Он взглянул на меня, дрожа от скрипа
Вертексфэмблэма.
– Почему ты так боишься разрушения мира, если сам
заявлял, что его движение к своей погибели предопределено порядком?
По сфере из огромных шестерней побежали
бесчисленные трещины.
– …С…той…
– Если эти «Шестерни Судьбы» продолжат крутиться,
то вскоре мир сгинет, разве нет? Так какая разница, когда это случится – раньше
или позже?
Сила, которой некуда было деться, передавалась
шестерням, и отчаяние обрушивалось на Вертексфэмблэм.
– …Прекрати!..
– Замри.
Стоило мне напрячь руку, как собравшийся
наброситься на меня Эквис замер.
– Если ты хочешь уничтожить его, то для этого
должен быть способ получше. Зачем делать это таким окольным путём, воруя
огненную росу?
– Крошечному инородному телу не под силу это
осознать. Это лишь результат вращения мира согласно порядку.
– Зачем нужен порядок? Почему ты установил такой
порядок? С какой целью?
На шестернях появлялось всё больше и больше
трещин. От всего Вертексфэмблэма стало доноситься тревожное дребезжание.
– Неужели для создания игрушки, которую можно
сломать одной рукой нужно столько огненной росы? Не похоже, что здесь находится
вся отнятая огненная роса.
Я уставился на него магическими глазами.
– …Ответа, который ты хочешь получить, не
существует. Огненная роса уже была потреблена для поддержания «Шестерней
Судьбы». Я ведь говорил, что миру нужны Пригодные. Вот в чём заключается
предназначение медленной погибели и отчаяния.
– Что представляют из себя эти пригодные?
– Доказательство эволюции. Заполучивший Пригодного
после множества погибелей мир эволюционирует.
– А что происходит во время эволюции?
– Разве может ли обезьяна понять человека? Мир
ещё не эволюционировал.
Он пристально взглянул на меня шестерёночными
божественными глазами.
– Если ты скажешь мне правду, я отпущу её, –
сказал я, вложив «Зект» в слова.
– Ты сомневаешься в моих словах потому что
являешься живым существом, – ответил он, подписав его словами. – Мир таков
просто потому, что он таков. Он стремится к эволюции, потому что стремится к
эволюции. Глупо спрашивать у мира: «почему?». Всё согласно тому, как это
определено порядком, крохотное инородное тело.
– Хм, всё ясно.
В моём левом окрасившимся в темновато-пурпурный
глазе появился тёмный крест. Высвободив «Магические Глаза Хаотического
Разрушения», я как следует надавил на шестерню, которую держал.
– Ты действительно прямо как шестерни.
Я резво крутанул шестерню в противоположном
направлении. Внезапно, после приложения силы в обратном направлении, от
сцепленных между собой шестерней раздался такой звук, будто они отталкиваются
друг от друга, и шестерни начали с грохотом разваливаться.
– Не…?!.. А… а… а… – воскликнул Эквис, не сумев
выговорить слова, словно не мог собраться с мыслями. – …Ч…ч…что ты делаешь?!..
– Я отпустил их, как и обещал по контракту.
Движение вперёд вращает колесо отчаяния, верно? Вот я и подумал, что в таком
случае, если начать вращать их в обратном направлении, то оно превратится в
надежду.
– …Что за?!... До чего… до чего глупая и
невежественная мысль… Такого порядка просто не может…
Шестерёночные божественные глаза Эквиса округлилилсь
от удивления. С оглушительным звуком «Шестерни Судьбы» частично начали
вращаться в обратном направлении. Разумеется, из-за приложения чрезмерной силы
примерно половина из них разбилась, сломалась, разорвалась и с грохотом упала
на землю.
– Хе-ха-ха, половина осталась, значит? Ну что,
будем раскручивать их одну за другой.
Я подпрыгнул и схватил оставшуюся крупную
шестерню. Запаниковав, Эквис погнался за мной.
– Ты хоть представляешь, что ты творишь,
инородное тело мира?!..
Раскрутив шестерни на превосходящей их пределы
скорости, Эквис вложил в кулак магическую силу цвета меди, которая
рассеивалась, подобно искрам.
– Как раз кстати, – уклонившись от его
выброшенного вперёд кулака, я схватил Эквиса за руку. – Помоги-ка мне их прокрутить.
– Сто…
Я добавил свою магическую силу к его и позволил
его кулаку со всей дури обрушиться на шестерни. Получившие удар «Шестерни
Судьбы» начали вращаться в обратном направлении, а по остальным в округе из-за
противоположных сил пошли трещины, и они стали, лопаясь, разваливаться.
– Должен признать, что вращение действительно
твой конёк, Эквис.
– …Невежественное инородное тело! Ты не сможешь
превратить отчаяние в надежду своими «Магическими Глазам Хаотического
Разрушения»!! Ты способен только разрушать! Отчаяние станет хаотичным, а затем
будет уничтожено! Что ты этим сможешь спасти?! Если «Шестерни Судьбы» исчезнут,
то мир тоже начнёт рубхо-о-о-о!!..
Отправив Эквиса в полёт мощным пинком, я
использовал мощь удара, чтобы заставить шестерни вдали вращаться в обратном
направлении. По сцепленным шестерням аналогично побежали трещины, и они с
грохотом разрушились.
Он отскочил от «Шестерней Судьбы» в обратном
направлении, и я поймал его, схватив за голову. Из-за того, что Вертексфэмблэм
практически развалились, Эквис остался невредим, несмотря на то, что шестерни
втянули его.
– …Глу…пец… Включи… голову… если сломать…
шестерни… то вращающийся… за их счёт мир… тоже…
– Все мы поставили свои жизни на кон во имя
гармонии. Ты хоть представляешь себе, сколько сгинуло прежде, чем мы добрались
сюда? – я вонзил свой палец в шестерни его головы. – Мы думали, что битвы
неизбежны. Ненависть вела к ненависти, и мы убивали друг друга. И всё же все мы
стремились к гармонии и гибли посреди неизбежной трагедии, искренне веря, что
злодеев на свете не бывает и что у нас должно получиться прийти к
взаимопониманию.
Окутав его тело «Бено Евном», я поднял его голову
одной рукой.
– Ты – первопричина всего. Ты со своей дурацкой
шестерёночной игрушкой игрался с судьбой моих подчинённых, насмехался над
отчаянием моего народа и даже отнимал их жизни. Мои родители умерли. Есть и те,
кого нельзя вернуть. А даже если их и вернуть, то эта трагедия, их страдания и
лишённые всякого смысла битвы никуда не исчезнут, – я напряг правую руку. – Наверное,
твои божественные глаза не видя того, что они отчаянно жили, возложили на меня
ответственность за будущее и все умерли. Я обязан отплатить им. Я не могу
просто взять и закрыть на происходящее здесь глаза. Если судьба не приводит к
надежде, то пусть лучше всё это сгинет.
Я отшвырнул Эквиса и тот, вспышкой подлетев к
«Шестерням Судьбы», стал снова и снова отскакивать от них, заставляя шестерни
крутиться в обратном направлении.
Вертексфэмблэм разваливались на мельчайшие
частицы.
Если бы…
Если бы я только добрался сюда раньше…
Подле меня улыбалось бы куда больше народу…
– Простите, что пожертвовал вами ради такой
глупости.
Я схватил бесчисленные шестерни рукой с «И
Гнэасом».
И повернул их все разом в обратном направлении.
Раздался взрывной звук, и во все стороны
разлетелись осколки разбившихся на куски шестерней.
– …Прекрати…
Побитый Эквис широко расправил руки. Семь
шестерней Вертексфэмблэма, которые едва сохранили исходную форму, стали
сцепляться со всем его телом.
– Кто дал тебе, какому-то инородному телу, право
трогать их? «Шестерни Судьбы» – это фундамент мира. Сколько бы миллиардов
заводящихся, подобно насекомым, демонов не было принесено в жертву, они не идут
с ними ни в какое сравнение. Не доходит? Вы – пища для мира. Жизнь дана вам,
чтобы поддерживать мир в живых.
– Какая-то шестерня не имеет права говорить о
моих подчинённых.
Приблизившись к нему, я врезал по его божьему
лику правым кулаком. Осколки от его тела разлетелись во все стороны, а отброшенный
Эквис ударился об землю и прокатился по ней.
– …Гхи… Гхи…
Кое-как завращав шестерни, Эквис поднялся на ноги
и взглянул на меня, парящего высоко в небе. Заключив, что достаточно отдалился
от меня, он зажёг свет за своей спиной. Появились врата трёхгранной пирамиды.
– Малейшая слабость…
Мировые врата со скрипом открылись. По ту сторону
пролившегося изнутри божественного света виднелись земли мира смертных.
– Малейшая слабость приводит к отчаянию. Ты
слишком увлёкся, инородное тело мира. Стоит мне выйти отсюда, и мир снова
начнёт вращаться как обычно. Да, потихоньку, потихоньку.
Я мельком направил на них «Магические Глаза
Хаотического Разрушения», и открывшиеся мировые врата с грохотом закрылись.
– …Невоз… мож… но…
Держа мировые врата в поле зрения, я не спеша
спустился на землю и пошёл к Эквису. А он тем временем ударил рукой по мировым
вратам, словно пытаясь заставить их открыться.
– Откройтесь! – завращав шестерни ладони, он
нарисовал магический круг. – Откройтесь же, порядку подчинённые врата! Крутись,
судьба!
Но врата не открылись.
– Крутись, крутись, мир! – раскрутив сцепленные с
его телом шестерни Вертексфэмблэма, он заставил активизироваться все свои
шестерни и, словно моля, сказал: – Крутись!
Мировые врата со скрипом начали открываться. Но в
миг, когда ухмыльнувшийся Эквис сделал шаг вперёд, чёрное пламя окутало врата,
и они обратились в пепел.
– …К…у… а…
На миг работа его механизма полностью
приостановилась.
– Каково это, ощутить отчаяние, Эквис? – я мягко
схватил эту дверь из-за спины Эквиса. – Обрушившиеся на моих подчинённых
несправедливости были намного страшнее.
Я непринуждённо схватил и поднял Эквиса, а затем
как следует отшвырнул его. Он целиком погрузился в груду обломков
Вертексфэмблэма, из-за чего во все стороны разлетелись осколки шестерней.
– Это место станет твоим кладбищем.
Оттолкнувшись от земли, я ринулся вслед за
Эквисом.
– …или нет, – раздался смешанный с шумом голос.
На обломках Вертексфэмблэм образовался огромный
магический круг.
– …Мне не хотелось искажать порядок, но ничего не
поделаешь!!
Магический круг Эквиса принялся реконструировать
обломки и осколки «Шестерней Судьбы». Они превратились в длинный и гигантский
меч, источником энергии которого выступали шестерни, а колесо стало лезвием.
– Ты понял? Я превратил неподходящие для битв
«Шестерни Судьбы» в оружие. До сих пор ты просто односторонне разрушал
шестерни, которые только вращались! – «Шестерни Судьбы» завращались и вместе с
ними стало крутиться колесо отчаяния. – Колёсный меч Вертексфэмблэм!!
Он горизонтально взмахнул Колёсным мечом по
подошедшему вплотную к нему мне. Едва я остановил его левой рукой, как из неё
бурно полилась кровь, а колесо порезало мне кости.
– «Шестерни Судьбы» закрутятся, и отчаяние
разрубит тебя. Такова явленная миром воля, глупое инородное тело! – сказал он,
словно полностью уверенный в своей победе.
Я двинулся вперёд, не обращая на это никакого
внимания.
– «Гилиэриам Навиэм».
В миг активации заклинания вокруг моего тела
закружилась зловещая магическая сила.
Колёсный меч разрушился и обратился в чёрный
пепел.
– …Не может... Обращённая… в меч судьба мира…
обратилась… в…
«Гилиэриам Навиэм» высвобождал сжатую в моей
основе магическую силу разрушения с каждым шагом и мгновенно увеличивал мою
силу.
Я шагнул в сторону Эквиса.
Первый шаг:
– Не будь судьбы, две тысячи лет назад между нами
с Рэем не развернулась бы битва не на жизнь, а насмерть, в которой не было бы
победителя.
Я полетел, использовав заклинание «Флес».
Используя набранный импульс, я провёл пальцами по одной из «Шестерней Судьбы»,
погребённых в божьем лике Эквиса, и запросто разнёс её на куски.
– …Что за?!.. О-одним лишь импульсом… «Флеса»?!..
Второй шаг:
– Не будь порядка, Элеоноре бы не пришлось из
раза в раз выхаживать своих рождённых для битв детей.
Едва я махнул вертикально вниз пальцем, применив
«Круст», как место, к которому я прикасался, аномально быстро выросло и сгнило.
Божий лик Эквиса разделился, будто его разрубили пополам, и одна из «Шестерней
Судьбы» разрушилась.
– …Рост был настолько аномальным… что даже сам
мир… сгнил?!..
Третий шаг:
– Не будь шестерней, Сину и Рено не пришлось бы лить
слёзы из-за того, что смерть последней разлучила их.
Я связал разделившегося на две части Эквиса
«Гиджелом». Цепь из магической силы сковала волю мира, а одна из «Шестерней
Судьбы», которая вот-вот собиралась завращаться, разлетелась на куски.
– …Не могу… пошевелиться… Но связать мир… цепью…
не!..
Четвёртый шаг:
– Не будь бестолкового бога, Миса бы никогда не
стала ложной владычицей демонов и не предала бы собственные убеждения.
Я положил руку на его ухо и активировал «Синиал».
Звук разрушения содрогнул всё тело Эквиса и разломал на части ещё одну
«Шестерню Судьбы».
– …Э-этого… не может…быть!.. От одного лишь…
звука… я…
Пятый шаг:
– Не будь воли мира, Аркана могла бы быть обычной
девочкой.
Я силой вскрыл грудь Эквиса заклинанием «Ди».
Одна из «Шестерней Судьбы» разлетелась на куски, обнажив сцепленное с ним
ветхое деревянное колесо.
– …Какого?!.. Почему она открылась?!.. Почему она
открылась сама по себе?! С-с-стой… п-пожалуйста… только не… это…
Шестой шаг:
– Не будь отчаяния, Саша бы не плакала из-за
навязанного ей разрушения, а Миша могла бы смотреть за добрым миром.
Я выпустил в ветхое деревянное колесо заклинание
«Грега». И пока колесо сгорало в ярком красном пламени, разрушительный жар от
огня расплавил Эквиса.
– …Моя… сила… пла…вится… Судьба мира… пыла…ет…
Седьмой шаг:
– Не будь тебя, никому на голову бы не свалились
бессмысленные несправедливости.
Я уже собрался раздавить об землю единственный
оставшийся от него шестерёночный череп, но остановился.
Даже «Сад владыки демонов» уже достиг своих
пределов.
Я спокойно опустил ногу, развеяв «Гилиэриам
Навиэам». Огонь «Греги» распространялся, и превратившиеся в обломки вокруг нас
«Шестерни Судьбы» тоже полностью расплавились. Эквис испугано посмотрел на меня
рассеянным взглядом своих божественных глаз.
– Моли о пощаде. Если у тебя нет каких-либо обстоятельств,
способных тронуть меня до слёз, то раскайся в своих грехах. В зависимости от
того, что ты скажешь, я могу подарить тебе более приятный конец.
– …Т-ты ведь… понимаешь… что, если инородное
тело… какое-то инородное тело… мира уничтожит… меня, то… мир, который ты…
должен защищать… сгинет…
Я раздавил оставшийся от него череп.
– Ноль баллов.