Глава 8 — Допрос

Глава 8. Допрос.

*сознание* — че?...

Если бы не пару сантиметров, голова Дэвида превратилась в груду обломков. Повернув свой взор на владельца этого орудия, скелет понял, что ему пизда. Слева от него стоял гвардеец. Он был полон решимости убить его, но что-то остановило его в последний момент. Другие солдаты увидители, что что-то не так, поэтому поторопились к сослуживцу, в следующее мгновение скелет был схвачен. Гвардейцы накрыли его цепями и унесли в свой лагерь.

13:45. Лагерь Гвардии Золотых Шахт.

В лагере скелета бросили на землю, цепи звенели, создавая звуки, полные стальных морозов. Гвардейцы, окружив его, начали шептаться. Они не могли поверить своим глазам: древняя нежить, которая всякими способами избегала их взоров, теперь находилась среди них как пленник.

*сознание* — древняя нежить? Что? Что они несут? Почему они еще не убили меня?! Твою ж мать! Надо что-то делать!

Защёлкивая шлемами, один из гвардейцев вышел вперёд. Его звали Рурик. Он был ответственным за исследования существа. Похоже новость о пленнике уже обошла весь лагерь.

— Почему ты здесь? — спросил он, зная, что ответ может быть необъясним.

Скелет молчал, его безмолвие только усиливало напряжение среди гвардейцев. Но в самом глубоком уголке своего сознания он чувствовал, что это не просто нежить. У него была разумность и ему хотелось говорить.

Гвардейцы, заметив, что скелет не отвечает, начали сомневаться в своей стратегии. Затем Рурик решил изменить подход. Он достал из пояса кусок крови и мяса, где вонзилась стальная стрела.

— Если ты не заговоришь, твое молчание будет твоим приговором!

Скелет знал, что временный страх не поможет. Он сосредоточился и попытался сформировать свои мысли. Кргда его кости и челюсти зашевелились, наступила тишина.

— Я... Н... Е... В... Ра... Г... — произнёс он. Голос его был словно шёпот ветра. Гвардейцы замерли, озадаченные.

— Как ты умеешь говорить? — поинтересовался один из них, его голос был полон недоверия.

— Я... Я... Не... Зн... А... Ю... — его слова звучали как старинные заклинания, а в голове крутились лишь мысли: Мне пизда, пизда, пизда, пизда! Гвардейцы, казалось, нашли интерес в его изучении, хотя уверенность и недоверие всё ещё витали в воздухе. Он мог нести много информации, допустим старинные заклинания.

— Что ты знаешь о шахтах? — спросил Рурик, всё ещё не отпуская его цепей.

Скелет, чувствуя опору в своих словах, продолжал:

—Ша... Х... Ты... Зо... Лот... О...! Б... Оль... Ше... Ни... Че... Го... На.. Вер... Но...

Гвардейцы внимательно слушали чудовище. Они не знали как к нему относиться ,враг он или мусор, который должен умереть.

— Я... мо... Гу Б... Ыть... По.. Л... Е... Зен... Ва... М... — произнёс он, пытаясь придавать своему голосу уверенности. Приняв его помощь, они окажутся в ловушке Дэвида. Гвардейцы, не обращая внимания на слова, начали осторожно и настойчиво допрашивать его, используя различные методы давления, чтобы выудить драгоценные сведения.

Несмотря на их упрямство, скелет знал, что они лишь используют его. После долгих часов допросов, гвардейцы пришли к выводу, что он может быть полезен магам королевства. Они решили не уничтожать его, а увезти в город МильТос, где его можно было бы содержать в безопасности и изучать. Собрав свои вещи, они засунули скелета в закрытую карету, везли его как просто ресурс, не имеющий кроме знаний никакой ценности. Время, затянувшееся в этом кошмаре, показалось ему вечностью, пока они ехали в городской тюрьме.

18:59. Город МильТос.

Прибытие в МильТос было обременительным. Город, полный жизни и движений, ведь когда-то и Дэвид жил здесь. Гвардейцы быстро забрали его в подземелье. Они бросили его в узкую, полумрачную камеру. Стены были холодны, а воздух напоминал затхлые сны. Скелет привык к тому, что за ним следят, но теперь он оказался отрезан от всего, что когда-либо знал о свободе. Каждый шаг гвардейцев по коридорам отзывался в его разуме, а их шепоты прозвучали как волшебные заклинания. Хоть гвардейцы и сосредоточились на его знаниях, они всё же начали замечать, что его разума больше чем у простой бездушной нежити, и вскоре их допросы превратились в философские беседы о жизни, смерти и магии.— Говори, — произнёс один из них, сидя на стуле, обнажая ручку с пером. — Расскажи, почему и как ты стал нежитью?Скелет приподнял голову, осознавая, что его жизнь не закончилась в той тени, которая окружала его. — Я умер... От рук гоблина... Похоже... Моя душа... Нашла новый сосуд... В теле... Скелета... За все это время, скелет больше практиковался в речи и добился такого результата. Но, проявляя интерес к его внутренним терзаниям и к его прошлому, в их глазах он оставался лишь ресурсом, загадкой, которой нужно было овладеть.Таким образом дни проходили в допросах и испытаниях, а изучение его разума становилось основным занятием. Они записывали научные наблюдения, забывая о том, что перед ними не просто источник знаний, а существо с глубокими переживаниями и чувствами. Ему увеличили паек, чтобы он не впадал в безумие, и пытались не трогать, дабы не разрушить, на первый взгляд, хрупкое тело. Он стал запутывать их своими словами, используя их любопытство как оружие. Несмотря на темную яму своего существования он знал, что каждый вопрос, каждое исследование может привести к моменту, когда он сможет перехитрить своих похитителей и, быть может, вернуть свободу.