Глава 15 — День Лоры

Глава 15

День Лоры

2 доллара

1 ноября

Если достаточно долго ходить на сравнительное религиоведение, рано или поздно понимаешь: в религии, в которой тебя вырастили родители, нет ничего особенно уникального. Каждая религия на свете учит, что именно у неё — единственная дорога к Богу, в рай, к нирване или куда там ещё.

Лора пришла к этому выводу где-то в прошлом году и продолжила изучать религии, надеясь, что образование поможет ей хоть немного освободить голову.

— Привет, Лора, — негромко окликнули её, когда занятие закончилось.

Она обернулась. К ней подходила высокая тихая девушка.

— Мел, как ты? — поздоровалась Лора.

Мелани убрала с лица несколько выбившихся чёрных прядей, крепче прижала к груди рюкзак и остановилась рядом.

— Та вечеринка вчера…

— Ага. Ты в порядке?

Мелани кивнула.

— Я того парня раньше вообще не видела, но всё вроде казалось нормальным. Ну, это же вечеринка у Коннора, да?

— Коннор нормальный парень, — согласилась Лора. — Он сказал, что понятия не имеет, откуда взялся тот Франкенштейн. Вообще его не знал.

Мелани шмыгнула носом.

— Это было жутко. Никто раньше не пытался со мной… такого сделать.

— Да. Хорошо, что Кент его заметил.

— Да! — выдохнула Мелани. — Ты… знаешь Кента?

Лора кивнула.

— Я, эм… иногда с ним пересекаюсь. Он друг моей подруги.

Вообще-то на этом этапе можно уже просто называть Кента другом и не городить огород. Но ладно.

— Передашь ему от меня спасибо? — попросила Мелани и вздрогнула. — Я даже представить не могу…

Лора положила ладонь ей на предплечье.

— Не представляй, хорошо, Мел? Мы следим за собой и друг за другом. Так?

— Так, — согласилась Мелани. — Просто… просто поблагодари его за меня.

— Без проблем.

Мелани отпустила рюкзак ровно настолько, чтобы обнять Лору, после чего они быстро разошлись.

Тяжело, — подумала Лора. Я даже не знаю, что тут говорить.

С младенчества родители оберегали её от всего на свете — как и полагалось по учению их церкви.

Не самая ужасная часть церковного воспитания. Но сколько всего я из-за этого пропустила…

По дороге домой Лора прекрасно знала, где нужно свернуть к своему дому, а где — к подвальной квартире, в которой жили Бейли, Кент и… совсем другая версия самой Лоры. Стоило посмотреть на улицу, ведущую туда, и сердце уже пропустило удар.

Вот тот парк, где он шлёпнул её прямо на улице. Может, и меня получится уговорить Кента так отшлёпать — если Бейли не будет слишком против.

Она вздохнула.

Если бы Бейли только не так разозлилась из-за того раза, когда мы с Кентом остались вдвоём. Уверена, он бы не отказался.

Дыхание дрогнуло.

Даже если никаких денег на кону нет. Но чувства Бейли это всё равно заденет. И почему бы им не задевать?

Лора никак не могла начать называть Кента «парнем Бейли». Их отношения работали совсем не так, как обычные — если вообще существовало что-то вроде «обычных отношений». Но что бы Бейли к нему ни чувствовала, ей явно была нужна вполне определённая степень исключительности.

Не пытаются увести парня у лучшей подруги. Так просто не делают.

А после того как Бейли призналась, что они с Кентом зашли ещё чуть дальше в сторону настоящих отношений, Лора невольно начала думать о нём.

Бейли его вообще уже… видела? Или у них всё пока только через одежду?

Утром надо было задать столько вопросов, но Лоре слишком хотелось рассказать, как Кент лапал её грудь.

Дура. История Бейли была куда важнее. Надо было дать ей спокойно рассказать.

Подойдя к дому, Лора отперла дверь. Раз она была заперта, почти наверняка родителей ещё не было, но проверить всё равно стоило.

— Мам? Пап?

Тишина.

Лора заперла за собой дверь. Благоразумные девушки так и поступают, а родители с детства привили ей крепкий страх перед незнакомцами.

И если забыть про всяких Франкенштейнов, в этом ведь есть смысл. К тому же я теперь одна.

Дыхание перехватило.

Трогать себя нельзя.

Лора покачала головой.

Это грех. Погоня за наслаждениями, путь от добра. Признак слабости.

Со стен на неё благостно взирали несколько портретов белокожего Иисуса.

Вот поэтому у меня в комнате никаких картин и нет.

Родителям Лора сказала, что любит спартанский минимализм. Простая ложь.

Лгать тоже грех. А лгать родителям, чтобы не чувствовать на себе взгляд Спасителя, ещё хуже.

Она покачала головой.

Только если всерьёз верить Канту и его категорическому императиву. Если мне приходится врать, чтобы жить лучше, значит, могу и соврать. А приходится мне потому, что родители не дают даже этой крохотной свободы.

Пустые стены выглядели для них естественным продолжением её якобы минималистичного вкуса и не вызывали вопросов.

Чем дольше я не хожу в церковь, тем меньше чувствую вины.

Лора закрыла дверь спальни и посмотрела на кровать. В памяти всплыла гостевая комната Коннора — тёмное дерево, свисающая ткань. В углу её собственной комнаты стояло небольшое мягкое кресло с лампой для чтения. Несколько лет назад Лора обнаружила у него куда более полезное применение.

Почти всё кресло было обито тканью, но по верху каждого подлокотника проходила гладкая округлая полоса полированного дерева. Если накрыть дерево тонкой одеждой — например, сложенной футболкой, которую она сейчас туда положила, — а потом поставить одно колено на сиденье, жёсткий подлокотник становился идеальным.

Одну ногу Лора оставила на полу и перенесла вес верхней части тела на промежность, прижимаясь к дереву половыми губами и входом во влагалище.

Я себя не трогаю, — резко сказала она кому-то неопределённому в своей голове. Значит, всё нормально. Мне не кажется, что это неправильно.

Но это неправильно. Займись чем-нибудь другим. Сделай домашку. Уберись. Сходи перекуси. Это грех!

Да всё нормально, — ответила Лора идиотскому церковному старейшине у себя в голове. Я могу делать что хочу.

Она мягко задвигалась вдоль подлокотника, скользя по нему телом и слегка задевая клитор.

Из коридора донёсся грохот, затем задребезжал замок входной двери.

Чёрт. Попалась!

Лора вскочила. Кровь отхлынула от лица.

Всё нормально. Всё нормально. Тебя никто не поймал. Ничего не случилось.

Она убрала футболку обратно в комод и привела себя в порядок. Скоро мама наверняка позовёт помогать с ужином.

***

Ночью Лора лежала в кровати и даже не думала вставать. Ещё не хватало, чтобы родители среди ночи услышали, как она елозит по креслу.

Я не могу трогать себя. Не могу трогать себя.

Она вспомнила Хэллоуин и на секунду мысленно вернулась к ошарашенному лицу Кента, когда показала ему маленькую игрушку Дакоты. Да, было больно, но рядом с возбуждением и гордостью от того, что она принесла ему что-то новое, боль почти ничего не значила.

Господи, почему мне так сильно хочется, чтобы он сделал это снова?

Потому что ты плохой человек.

Я не плохой человек.

Ты слабая, раз тебе этого хочется.

Мне приятно. Что в этом плохого?

Ты этого не заслужила. Не заработала.

Господи. Заткнись.

Если всё сложится удачно, в пятницу, может быть, получится снова как-нибудь присоединиться. Или хотя бы выкроить время наедине с креслом.

Вот почему порка всё исправляет.

Потому что именно так мама и папа наказывали тебя, когда ловили за этим?

Я тогда даже не знала, что такое мастурбация. У меня ещё пубертат не начался.

Достаточно взрослая была, чтобы понимать, что нельзя. И они тебя наказали.

Я не понимала. А они всё равно наказали.

Лора вздохнула, пытаясь заглушить бесконечный спор с маленьким мормонским проповедником, которого таскала в голове повсюду.

В каком-то смысле шлепки действительно помогали — они ощущались немного как наказание. И любую вину после оргазма можно было словно стереть руками Кента. Только вот одной лишь карой эта порка тоже не была.

Тебе ещё и нравится. Значит, не считается. Нельзя получать удовольствие.

Почему?

Такое удовольствие — только в браке.

Нет.

Ты грешница и притворщица. Воруешь удовольствие у своего Спасителя.

Моего Спасителя здесь нет. Посмотри на стены.

Проповедник замолчал.

Через некоторое время Лора спокойно уснула.

***

2 ноября

Лора грела ладони о чашку с чаем и радовалась, что Бейли смогла зайти. Вообще-то пятничные вечера полагалось проводить на вечеринках и всё такое, но среда выдалась настолько бурной, что ещё одной вечеринки сейчас совершенно не хотелось. А вот чай в холодный вечер подходил идеально.

Только Бейли всё молчала, и Лоре хотелось слегка её подтолкнуть. Утром она, по сути, украла у подруги её момент своей историей про грудь, так что теперь Бейли заслуживала возможность нормально рассказать о своём вечере.

— Ну? Что вчера было?

Оказалось, однако, что Кент и Бейли не продолжили с того места, где остановились. Просто порка — почти платоническая, насколько такое вообще возможно, — и разговор.

Они говорили обо мне?

Лора сразу всё прояснила: посмотрела Бейли прямо в глаза и убедилась, что та понимает — Кент никогда, ни разу не заставлял её делать что-либо против воли.

— И всё? — спросила Лора, потому что в поведении Бейли всё равно чувствовалось что-то ещё.

Бейли проворчала что-то, отпила чай и раздражённо выдохнула.

— Я получила тридцать через джинсы, ясно?

— Ясно.

Давай. Рассказывай дальше.

— А потом предложила ему, ну… несколько бесплатных.

Щедро. Наверное, из-за комплекта белья чувствуешь какой-то нематериальный долг. Ты его ему вообще целиком показала? Надо будет спросить. Потом.

— Бесплатных?

— Ага. Даже штаны спустила и всё такое.

— И?

— Он сказал «нет». Просто отказался, пока я стояла перед ним с голой задницей.

Это должно быть ужасно. Одно дело — обычный отказ. Но когда тебя отвергают почти голой, когда ты и физически, и эмоционально открыта — сексуально открыта… хуже некуда. Ты бы сейчас плакала, если бы вообще умела плакать при людях. Но ты никогда. Даже со мной.

Между ними повисла тишина.

Надо сказать что-нибудь мягкое. Дать понять, что если хочется плакать — можно.

Но Бейли выглядела злой. И это была не злость, которой прикрывают уязвимость, а другая.

Бесплатных.

Лора пристальнее посмотрела на неё.

— И сколько таких «бесплатных» ты ему предложила?

— А какая разница?

Господи Иисусе, Мария и Иосиф, прекрасно ты знаешь, какая разница, Бейли.

— Сколько?

— Кажется, восемь. Ну, типа подарок.

А если трусики тоже сняла — а я почти уверена, что сняла, — это ровно два доллара.

— Восемь.

— Восемь, — подтвердила Бейли.

Надо это исправить. Она всё ещё злится из-за того дня, когда я зашла к нему одна. Всё ещё пытается исправить это сама — и не может. Кент не даст, у него свои правила. Нам нужно как-то это проговорить и наконец закрыть. Я не могу позволить лучшей подруге злиться на меня.

Видишь, к чему всё привело? Твоя мастурбация привела к наказанию. Наказание — ко всему этому разврату. А разврат разрушит твою дружбу и твою жизнь.

Заткнись. Заткнись. Заткнись. Я это исправлю.

Лора прошла мимо Бейли и крикнула вниз по лестнице матери:

— Мы с Бейли пойдём прогуляемся! Через час-два вернёмся!

— А куда мы на самом деле? — спросила Бейли.

Хочешь разврата, придурочный проповедник? Будет тебе разврат.

— В LCBO, — ответила Лора.

***

Купив бутылку ирландского сливочного ликёра, который, к счастью, не назывался именем её подруги, девушки вышли из магазина. Недобрые приобретения Лоры лежали в самом обычном коричневом бумажном пакете.

Она открутила крышку и хорошенько отхлебнула прямо из бутылки.

Без этого следующие пару часов я не переживу.

Лора протянула бутылку Бейли. Та широко раскрыла глаза, явно собиралась возразить, но вместо этого забрала пакет и тоже отпила.

— Отлично, — сказала Лора. — Нам нужен план.

— Нужен?

— Мы идём к тебе и надеемся, что Кент дома.

— Ла-адно. — Бейли с тревогой посмотрела на неё.

— У меня есть предложение для вас обоих.

— Я хотя бы первая его услышу?

Лора кивнула.

— Я попрошу Кента одолжить мне двадцать баксов.

Бейли закашлялась.

— Что? Зачем?!

— Тогда у меня будет собственный долг и ты больше не будешь злиться, когда я участвую.

— Лора, да брось. — Бейли почти взмолилась. — Это глупость. Я не против, когда ты к нам присоединяешься.

Ты права, глупость. Ещё глупее то, из-за чего ты делаешь вид, будто злишься.

Вслух Лора лишь покачала головой.

— Но вы с ним становитесь ближе. Рано или поздно я начну мешать.

— Нет-нет. — Бейли замахала руками, вздохнула и потянулась к бутылке.

Она снова отпила и вернула её Лоре.

— Всё нормально, когда ты там. И когда тебя нет — тоже нормально. Правда.

Не знаю. Не знаю, правда ли ты так думаешь. Ты всё ещё злишься, что я влезла в твой долг. Но дело не может быть только в долге, правилах и всей этой ерунде. Дело в тебе… в тебе и Кенте.

— План всё равно нужен, — сказала Лора. — Да?

— Ладно, — согласилась Бейли, вероятно решив, что от идеи самой влезть в долг Лору она уже отговорила.

А вот и нет, Бай. Не отговорила. Я всё равно попробую это исправить и заставить тебя увидеть, насколько нелепо ты себя ведёшь.

— Сколько твоя задница ещё выдержит? — спросила Лора. — С Хэллоуина ты вообще не отдыхала, а вчера ещё сколько получила? Тридцать?

— По два доллара каждая потянем, — сказала Бейли. — Может, и третий добавим, но я не уверена.

— Как?

— В смысле?

— Штаны спустить, трусики снять — как?

— Первый со спущенными штанами, — решила Бейли. — Второй — без трусиков.

— Хорошо. — Лора снова приложилась к бутылке. — О! А давай раздевать друг друга? Мне кажется, Кента это прямо цепляет.

— Ага. — Бейли ухмыльнулась. — Давай.

Оставшиеся два квартала они тихо обсуждали детали.

***

К моменту, когда они добрались до квартиры, Лора уже хорошо чувствовала алкоголь, и по лестнице обе спускались осторожнее обычного.

Но стоило ей увидеть Кента, как в голове вдруг стало заметно яснее.

Я не хочу быть настолько пьяной, чтобы ничего не почувствовать. Порка оправдывает оргазмы.

Новые грехи не искупают старые.

Я в религии разбираюсь лучше тебя. Каждый человек сам выбирает, чем оправдывать свои поступки. Если для меня порка работает — значит, работает.

Разговор с Кентом Лора выдержала примерно с той же грацией, с какой только что спускалась по лестнице. Но окончательно собралась, услышав Бейли.

— Мы понимаем, что делаем, — сказала та. — И вообще всё заранее решили.

— Почти, — не удержалась Лора: проклятая честность сама вытолкнула слово наружу.

— Почти? — переспросила Бейли.

Упс. Лучше бы молчала.

Пришлось терпеть, пока два канадца издевались над её ударением в слове «деталь». Смешно слышать это от людей, которые сами произносят `lieutenant` как «леф-тенант».

Когда Бейли уселась Кенту на колени, Лора пожалела, что не успела первой. Хотелось, чтобы он снова как-нибудь добрался до её груди и сжал её, как в прошлый раз.

Видишь, какого греха ты сама желаешь? Никакого умерщвления плоти тут нет. Один разврат.

Если порка хоть немного болит, значит, считается.

— Она прямо ждёт не дождётся, — услышала Лора насмешливый шёпот Бейли Кенту.

— Заткнись!

— Значит, вы все свои проблемы решили? Я не хочу вставать между вами.

О, одну проблему Бейли я точно решу. И столько, сколько нужно выпить, чтобы на это решиться, я всё равно не выпью. Но ради нашей дружбы попробую.

Лора неудержимо захихикала.

— Почти все, — ответила она Кенту. — Но до одной ещё доберёмся.

Бейли прожгла ей затылок взглядом, которым можно было бурить шахты.

Подруга моя, теперь ты меня уже не остановишь.

Потом Лора устроила Кенту и Бейли допрос, пытаясь выяснить, что именно Бейли скрыла от неё после Хэллоуина.

Этот «осмотр» звучит гениально. Потом он посмотрит на меня и скажет, насколько я красная, насколько сильно наказал. Будет доказательство. Значит, точно считается.

Ты просто радуешься, что втягиваешь этого мужчину в ещё больший грех. Ничего это не значит! Ничего!

В их с Бейли план осмотр не входил, но короткого совещания в коридоре хватило, чтобы всё поправить.

— Тогда просто по три, — прошептала Лора. — Ты не против?

— Ага, нормально. А ты?

— Да! — слишком громко ответила она. — Я хочу попробовать этот «осмотр». Он ради него сильнее шлёпает?

Бейли чуть повела головой.

— Если сама попросишь, можно его раскрутить.

Значит, чем сильнее я его подзадорю, тем сильнее он ударит. И тем лучше мне будет.

Это не примирит тебя со Спасителем, блудница!

Да пошёл ты, — мысленно огрызнулась Лора и вытолкнула проповедника из головы.

Они с Бейли позировали Кенту, и он подтвердил, что на ягодицах Лоры уже не осталось следов с Хэллоуина.

Значит, всё, что потом увижу в зеркале, будет сегодняшним.

Пока Бейли получала свои шлепки, Лора держала сжатые кулаки в коленях и давила ими между ног. Костяшки были не той формы и жёсткости, но всё равно крепко прижимались к половым губам, и внутри уже чувствовалась влажность.

Потом. Потом разберусь с собой.

Когда пришла её очередь, Лора хотела одного: чтобы Кент бил её не слабее, чем Бейли. Нужно было поднять ягодицы повыше, но она была ниже подруги и не понимала как. Она оглядела комнату, надеясь найти пару учебников, которые можно сложить стопкой.

Хотя кто сейчас вообще покупает бумажные учебники? О!

Взгляд упал на табуретку.

Идеально.

Наклонившись, Лора решила ещё раз убедиться, что Кент понял приглашение.

— Когда будешь нас осматривать, разница правда будет заметна?

И тут Кент показал себя с лучшей стороны. А стоило ему хоть немного сбавить, Лора тут же подталкивала его дальше.

Она считала удары, чувствуя, как боль сотрясает тело.

Как и заслуживает грешная женщина!

Очищает меня от вины.

Лора закрыла глаза, слыша, как проповедник проклинает её слабость, и продолжала считать.

Блудница! Женщина дьявола! Грешница! Покайся!

Я принимаю наказание. Всё будет нормально. И следующий грех я тоже этим заработаю.

Так это не работает, мерзкое создание!

Когда порка закончилась, голос наконец исчез, и Лора поднялась.

Потом они с Бейли легли рядом и обнажили задницы для Кента. Лора не ожидала, что в «осмотр» входит столько лапанья, но раз Бейли считала это нормальным, то и ей было спокойно позволить Кенту разминать и щупать ягодицу. К тому же его ладонь приятно холодила разгорячённую кожу.

После осмотра они с Бейли сняли друг с друга штаны и приготовились ко второму раунду.

Теперь я точно знаю, чего хочу, и… О господи!

Только тут Лора вспомнила, что не надела лифчик. Дома она его почти никогда не носила, а в толстом свитере было так тепло, что о нём даже не подумала.

Ну и что? Нормально же?

Она поставила Кента спиной к комоду, прижала больную ягодицу к его ногам, чтобы он до неё не добрался, и опустила грудь ему в ладонь. Кент на миг замешкался, а потом начал по-настоящему её сжимать. Если раньше и стеснялся, то теперь, после такого очевидного приглашения, уже нет.

Но Бейли сейчас всё видит. Видит, как он меня вот так мнёт.

Потом начались шлепки — грудь сжималась одновременно с ударом по заднице.

И наконец Кент поймал сосок. По всему телу побежали совершенно греховные волны покалывающего удовольствия. Лора не хотела, чтобы он когда-нибудь переставал сжимать и крутить эту маленькую твёрдую точку. Но он отпустил, и она разочарованно выдохнула.

И именно тогда пришёл последний шлепок, заставивший её вскрикнуть.

Но число Лора не забыла.

— Двадцать один!

Потом настала очередь Бейли. Та устроилась так, чтобы Кент совершенно точно понял задачу: бить сильно и именно по самому красному месту на её костлявой маленькой заднице.

Когда Бейли досчитала до двадцати шести, Лора решила: пора.

Ну всё, — сказала она себе и опустилась Кенту на колени. О господи, он через трусики прямо между ног мне упирается…

— О!

Лора немного поёрзала, устраивая его эрекцию так, чтобы она давила не настолько откровенно.

— Пока отложим это.

— Что именно? — спросила Бейли.

Лора провернулась у Кента на коленях, заставив его застонать.

— Вот это. А теперь, Кент: у Бейли проблема.

— Кроме долга в сто сорок долларов?

Лора заговорила слишком быстро и сама это понимала, но ей нужно было донести до Кента, насколько высоко в его списке приоритетов должна стоять их с Бейли дружба.

— Я тоже не хочу, чтобы всё это встало между вами, — сказал он наконец.

— Именно! — Лора обрадовалась, что он понял.

Она соскочила с его колен, встала перед доской с маркером в руке, закрыла глаза и стала ждать озарения.

Я правда хочу это сделать? Это действительно решит проблему? А если всё только испортит?

По комнате глухо катился трек Sade.

О господи, что мне делать?

Бог здесь тебе не поможет, глупое дитя.

Да заткнись. Сама разберусь.

Лора открыла глаза, нарисовала на доске новый прямоугольник и вписала туда . Потом повернулась и с надеждой посмотрела на Бейли.

— Что? — спросил Кент. — Хочешь, чтобы я одолжил тебе денег и у тебя появился собственный долг?

— Нет. — Лора смотрела только на Бейли. — Не это.

— Тогда?.. — протянул Кент.

— Проблема в том, что однажды я пришла сюда без Бейли, и ты меня отшлёпал, — сказала Лора. — Я думала, что делаю Бай одолжение, а её это очень задело.

— Не так уж… — начала Бейли, но Лора перебила.

— Что Бейли предложила тебе вчера, Кент?

— Лор… — жалобно протянула Бейли.

Лора печально покачала головой.

Кент кивнул.

— Попыталась сделать мне подарок. Но на самом деле это были те самые два доллара. Я понял.

— И не принял? — спросила Лора.

Бейли нахмурилась, вспоминая.

— Конечно нет. — Кент посмотрел на обеих. — Когда Лора пришла тогда, это было частью нашей сделки. Она закрыла эту часть долга. Я уже не могу взять и отменить это. Будет неправильно и нечестно. Я…

Он снова перевёл взгляд с одной на другую.

— Простите. Правда. Я не хочу, чтобы из-за этого вы ссорились, но я не могу дважды принять оплату по одному и тому же долгу. Это просто неправильно.

— Это всего два бакса. — Бейли беспомощно развела руками.

— Всё равно. — Кент пожал плечами. — За два бакса я свои правила не продам.

— Видишь? — Лора указала на доску. — Вот наша проблема.

Ну же. Пожалуйста, пойми, что я делаю.

— Бай, — сказал Кент. — Если тебя это настолько гложет, просто дай Лоре два доллара. Или подарок на два доллара. Что угодно.

Бейли раздражённо скривилась и дёрнула себя за волосы.

— Уже поздно.

— Поздно? — переспросил Кент.

Давно поздно, Кент. Неужели не понимаешь? Если бы это решалось деньгами, мы с Бай всё исправили бы давным-давно. Две блестящие монетки между друзьями ничего не значат.

— Они уже… уже… — Бейли запнулась.

— Уже что? — спросил Кент.

— Потрачены! — выпалила она. — Их уже потратили. Деньги превратились в… в…

— В шлепки, — тихо закончила Лора. — В этом и проблема, Кент. Неужели не видишь?

— Мы сами решили, что деньги и шлепки взаимозаменяемы, — напомнил Кент.

— На экономике за такой ответ тебе бы поставили зачёт, — сказала Лора. — Но реальная жизнь, где есть люди, а не только товар и деньги, больше похожа на гуманитарные науки.

— Хорошо, что у нас есть ты. — Бейли закатила глаза.

— Очень хорошо. — Лора снова ткнула пальцем в доску.

Кент и Бейли посмотрели туда с одинаковым непониманием.

— Я вижу два доллара, — сказал Кент.

— Да.

Ну пожалуйста, догадайтесь сами. Не заставляйте меня произносить это вслух.

Бог тебе здесь никак не помогает, грешница, оскверняющая хороших людей.

— Это те два доллара в шлепках, которыми я заплатила за Бейли, — сказала Лора. — Именно те два доллара, которые она хочет заплатить сама.

Мы не совсем трезвые, но господи, ну теперь-то поймите. Увидьте уже, насколько всё это абсурдно.

Первым дошло до Кента. Лора буквально увидела момент, когда он вздрогнул и понял, что она предлагает. Он убрал руки с подлокотников и сложил их на животе, надёжно спрятав ладони от любых доступных задниц.

— О, — тихо произнёс он.

— Что «о»? — Бейли уже начала нервничать: теперь понимали все, кроме неё.

— Лора заплатила мне два доллара шлепками, — сказал Кент.

Вот. Ты ей объясни.

— Ну да.

— И обратно я их не возьму.

— Потому что ты мудак. Пока всё понимаю.

— Тогда если ты хочешь это исправить… — Кент оставил фразу висеть.

— Угу?

— Этот долг, Бай, — пояснил он. — Теперь не передо мной.

Он прикусил губы, откинулся в кресле и всем видом показал: дальше без него.

Бейли уставилась сначала на него, потом на доску — и наконец поняла.

— Что?! Нет, я не могу… это… да тут… Лора?!

Лора пожала плечами и развела руки ладонями вверх.

Видишь, лучшая подруга? Видишь, насколько это тупо? Вот куда ты сама нас привела.

— Я уже не знаю, что ещё сделает тебя счастливой. — Лора упёрла кулаки в бока и уставилась на Бейли. — Тебя задело, потому что тебе кажется, будто ты должна мне два доллара. Но эти два доллара уже превратились в шлепки. Обратно в деньги ты их превращать не хочешь. Поэтому… вот.

— Ты хочешь… — Бейли уточнила с явным недоверием, — отшлёпать меня?

— Я не хочу тебя шлёпать, Бай. — Лора упрямо задрала подбородок. — Ты меня вынуждаешь. Если только не придумаешь другой выход.

Они молча смотрели друг на друга. Лицо Лоры постепенно смягчилось, а у Бейли одно за другим сменялись ошарашенные и беспомощные выражения.

— Думаешь, это правда всё исправит, Бай? — спросила Лора.

Бейли села на кровать, потом повернулась к Кенту.

— А ты что думаешь?

Кент, всё ещё прятавший руки у живота, наконец отпустил прикушенные губы.

— Ты зациклилась, Бай, — сказал он. — И в этом Лора права.

Видишь, Бай? Даже он считает, что ты с этим свихнулась.

— Это бред какой-то, — сказала Бейли.

— Да, — согласился Кент, пожав плечами. — Но бредом всё это стало ещё в тот день, когда ты пришла ко мне и спросила, не хочу ли я шлёпать тебя вместо денег.

Бейли открыла рот, пытаясь найти слова.

***

Это безумие. О чём Лора вообще думает? Неужели это действительно единственный выход? Да, она украла у меня те шлепки, но как я могу на это согласиться? И как она вообще может хотеть такое сделать?

Бейли посмотрела на Лору и увидела в её лице искреннюю заботу.

Она не притворяется. Посмотри на неё. Она правда хочет всё исправить и делает это потому, что ей не всё равно.

Бейли мельком взглянула на Кента. Он тоже, похоже, желал им добра. Она видела тот его внезапный «ниндзя-приём», которым он спас незнакомую девушку. Ему тоже было не всё равно на людей.

О господи, как это вообще может происходить?

Полупьяный мозг Бейли заработал как шахматная программа, перебирающая бесконечные деревья ходов в поисках мата. Долг, «кража» и всё, что случилось после, снова прокрутились в голове. Она проверила каждый другой возможный выход, каждую развилку.

В конце концов схема оказалась не сложнее крестиков-ноликов. Вариантов и исходов было совсем немного.

Лора перевела на себя — по сути, выкупила — часть долга Бейли перед Кентом. Уже несколько недель этот кусок долга числился за ней, и с того самого момента, когда Бейли об этом узнала, именно те два доллара из всех шлепков, которые Лора получила за неё, продолжали висеть в её внутренней графе обязательств.

Закрыть этот долг можно только одним способом.

— Ладно. — Бейли подняла глаза на Лору. — Давай.

***

Какого чёрта, Бай?!

Вообще не сработало. Лора тупо уставилась на подругу.

Ты что, врёшь нам, лишь бы не признаться? Ты разозлилась потому, что привязалась к Кенту, а я влезла между вами. Просто признай уже!

Лора даже не предполагала, что Бейли настолько убедительно рационализировала собственную версию происходящего, что будет держаться за неё до конца. По идее, сейчас она должна была наконец понять, насколько сильны её чувства к Кенту, признать это — и тогда всё можно было бы решить.

Если только… если она правда так чувствует? Такое вообще возможно?

Студенты с гуманитарных направлений любили шутить про странных бесчувственных типов с естественных и инженерных факультетов, но Лора никогда всерьёз не верила, что такие стереотипы описывают настоящих людей.

Однако на лице Бейли не было ни хитрости, ни лжи. Она ничего не скрывала.

Она ведь и правда не шутит. Господи, спаси нас.

Он не может помочь тебе на этом пути…

Я тебя разве уже не заткнула?

— Ладно, — сказала Бейли Кенту. — Расскажи точно, как вы это делали.

— Что?

— В тот день, когда она пришла одна. Точно.

— У него на коленях, — ответила Лора, подавив жалобный звук.

— В чём?

— На ней была юбка, — добавил Кент. — И без трусиков.

— Значит, восемь? — Лицо Бейли стало бледным и бесстрастным. — Раз уж делать, то по полной. Секунду.

Она отперла дверь, выглянула в коридор и, убедившись, что там никого, исчезла в своей комнате — несмотря на то что ниже пояса на ней всё ещё ничего не было.

Как только дверь её спальни закрылась, Кент прошептал:

— Ты с ума сошла? Ты точно думаешь, что это поможет вашей дружбе?

— Я не думала, что она согласится! — таким же шёпотом взмолилась Лора, отчеканив каждое слово.

— Что? Конечно согласилась. Я только надеюсь, что после этого не станет ещё хуже.

— Что значит «конечно»?

— Её это мучает уже чёрт знает сколько, — объяснил Кент. — Вчера она опять пыталась от этого избавиться. А ты сейчас разложила всё с идеальной логикой. Как математическое доказательство: другого выхода нет.

— Я думала, это заставит её признать настоящую проблему. — Лора упёрла руки в бока.

— Так это и есть её настоящая проблема, — возразил Кент. — Уф. И что между вами будет после такого?

Дверь Бейли открылась, обрывая их шёпот. Она быстро вошла в комнату в развевающейся изумрудной юбке.

— Давайте уже, — сказала она, проходя мимо Лоры.

Лора беспомощно посмотрела на Кента, моля хоть что-нибудь сделать. Тот только развёл ладони и махнул в сторону Бейли: иди за ней.

О господи. Я совсем не этого добивалась.

Вот она, расплата за грех, ужасное дитя.

Ну всё, влипла. Надеюсь, я достаточно пьяная для такого.

Сглотнув, Лора пошла за Бейли к кровати и села. Ладони стали липкими, когда они встретились глазами.

Ну же, Бай. Ты должна увидеть, насколько это тупо.

— Эм, Бай? — вмешался Кент.

— А?

— Отметки ведь сначала нужно поставить, да?

Бейли вздрогнула, сразу подошла к доске и поставила две отметки под Лориными . Затем решительно вернулась к кровати, встала рядом с подругой на колени и легла ей поперёк бёдер.

Лора умоляюще посмотрела на Кента. В ответ тот лишь поправил брюки, пытаясь устроиться в кресле так, чтобы смотреть было не слишком мучительно.

Сделай что-нибудь, мудак!

Не жди от него помощи. Вы с подругой окончательно совратили его, хотя должны были наставлять на путь…

Заткнись.

Дрожа, Лора смотрела, как Бейли приподнимает таз, а потом медленно задирает юбку, пока её голая задница полностью не оказывается открыта.

Чёрт, чёрт, чёрт.

Лора беспокойно оглядела комнату, словно где-то мог найтись запасной выход. Никакого выхода не было.

— Ну? — В голосе Бейли тоже отчётливо слышалась дрожь. — Давай. И не жалей меня.

Ну конечно. Мне мало того, что ради спасения нашей дружбы приходится тебя шлёпать. Я ещё и должна делать это сильно. Уф.

Лора пробно положила ладонь на середину правой ягодицы Бейли. Чтобы выполнить требование «не жалеть», бить стоило по дальней стороне — там было больше места для размаха. Она вспомнила, как Кент объяснял это, когда сама лежала у него на коленях: нужно немного поднять и отвернуть бёдра, тогда можно добраться до обеих сторон.

Ладно. Сегодня всё получает правая. Но я хотя бы буду хорошей подругой и стану бить только туда, где ещё не красное.

Вполне разумная дружеская любезность.

Господи, какая у тебя костлявая задница. Как ты вообще терпишь столько шлепков?

Лора встряхнулась и подняла руку.

Ну, понес…

— Подожди, — сказал Кент.

Обе дёрнулись и уставились на него.

— Что? — пискнула Лора. Половина её уже проклинала его за то, что не дал закончить поскорее, а вторая тщетно надеялась, что он придумал другой выход.

— Вот это всё… — Кент махнул рукой в их сторону. — Не совсем честно, разве нет?

— Почему? — Бейли нахмурилась.

— Сама подумай. Ты должна Лоре шлепки, да?

— Да.

— Значит, я здесь вообще не нужен.

— Нет, нужен! — взмолилась Лора. — Очень, очень нужен.

Только не уходи!

— Ты понимаешь, о чём я, — сказал Кент. — Я просто смотрю и тоже что-то с этого получаю.

— А-а, — одновременно произнесли девушки.

— Давайте считать по полдоллара за каждый подход. Справедливо?

— То есть часть моего долга перед тобой… — Бейли прищурилась. — Теперь оплачивается тем, что ты смотришь, как Лора меня шлёпает?

— Да.

Бейли задумчиво вдохнула, глядя в пол между собой и Кентом.

— Ладно. Лора, давай уже.

Чёрт тебя дери, Кент.

— Начинаю, — предупредила Лора.

Она десятки раз видела, как Кент шлёпает Бейли, и прекрасно знала, как должен выглядеть нормальный удар и какой звук он издаёт. Но у Кента рука и предплечье были тяжелее, поэтому, чтобы Бейли осталась довольна, самой Лоре придётся вложиться сильнее.

Она опустила ладонь максимально быстро, но в последний момент испугалась, притормозила и зажмурилась.

По комнате разнёсся аккуратный хлопок. Потом — красноречивая тишина.

Бейли, лежавшая лицом к Кенту, чуть выше подняла голую задницу.

— Ещё раз, — густо от сарказма сказала она.

Кент неловко прикусил губы, зато глаза сияли так, будто ему подарили целый месяц рождественских утр.

Ладно. Ты уже её коснулась. Уже шлёпнула. Значит, можешь сделать нормально.

Блудница заслуживает наказания не меньше тебя.

Знаешь, проповедник, тут ты прав.

Лора снова отвела руку.

Если бы Бейли хоть чуть честнее признала собственные чувства, мне не пришлось бы этого делать. Так что, если подумать, она действительно заслужила.

Наконец-то мы согласны.

Уф. Прекрасно.

Лора в последний раз посмотрела на Кента, напрасно надеясь, что он вмешается, и стиснула зубы.

Поехали.

Глаза у неё расширились — наружу прорвалась хотя бы часть раздражения и злости из-за упрямства Бейли. Лора ударила подругу по ягодице со всей силы, на какую была способна, хотя смотреть на момент соприкосновения голой ладони с голой кожей так и не смогла.

— Ох! — пискнула Бейли.

— Прямо по центру, — оправдываясь, сказала Лора и убрала руку. — Так достаточно сильно?

Несколько секунд в комнате звучала только глубокая басовая линия музыки.

— Один, — наконец сказала Бейли.

— Не двадцать семь? — поинтересовался Кент.

— Нет, — хором ответили обе.

Кент вовремя прикусил язык и откинулся в кресле, всё ещё улыбаясь.

Это вообще отдельно от того, что мы делаем для тебя, балбес.

Один есть! Накажи эту язычницу!

Точно.

Преодолев первый барьер — сам факт прикосновения к заднице подруги, — Лора поняла, что дальше уже сможет.

Её ягодица совсем не такая, как моя. Твёрдая, натянутая — ещё и сама её напрягает. Господи, до чего же странно.

Ещё!

Лора размахнулась, целясь чуть ниже. По комнате Кента прокатился новый громкий, удовлетворительный хлопок.

— Два, — прошептала Бейли и на секунду опустила лоб на предплечья.

Не сбавляй!

Лора сместила ладонь наружу и ударила по боковой части ягодицы.

— Ай! — простонала Бейли в кровать, а потом повернула голову и сердито посмотрела на Кента. — Три.

— Я сильнее Кента? — язвительно спросила Лора.

— Нет.

Она снова подняла руку и врезала прямо по центру.

— Четыре, — вздохнула Бейли. — Не верится, что ты сама этого хотела.

— Это тебе зачем-то понадобилось, — парировала Лора.

Давай, заканчивай! Научи её уму-разуму!

Лора терпеть не могла моменты, когда соглашалась с проповедником у себя в голове, и всегда старалась проскочить их как можно быстрее. Поэтому сразу нанесла ещё два удара подряд, всё так же отказываясь смотреть на голую ягодицу в момент удара.

— Пять и шесть. — Бейли вздрогнула.

— Почти всё, — пообещала Лора.

— Хорошо.

Ну и пожалуйста.

Лора положила ладонь пониже на правую ягодицу — тот самый мягкий сигнал, которым Кент обычно показывал, куда собирается ударить. Бейли напряглась и слегка повернула голову, пытаясь заглянуть через плечо.

Бей туда, где краснее всего. Преподай ей урок!

Лора дважды подряд ударила со всей силы.

Ладонь у меня слабее Кентовой, зато энтузиазмом компенсирую.

— Семь, восемь! — объявила Бейли и втянула воздух сквозь зубы.

Через секунду она выбралась с колен Лоры и встала рядом на кровати. Изумрудная юбка мягко опустилась вокруг ног.

Ну?

Бейли положила ладони на колени и опустила взгляд. Кент и Лора тревожно переглянулись, затем оба уставились на неё, ожидая хоть какой-то реакции.

Прошло несколько секунд. Почти минута. Наконец Бейли подняла голову, посмотрела в стену, глубоко вдохнула и удовлетворённо выдохнула.

— Тебе правда теперь лучше? — Недоверие в голосе Лоры скрыть было невозможно.

— Да. — Бейли встретилась с ней глазами. — Теперь сотри с доски.

Закатив глаза, Лора встала и подошла к доске, внезапно остро осознав, что одежды на ней сейчас меньше, чем у всех остальных. Она стёрла долг Бейли перед собой.

— Ну как? — услышала она вопрос Бейли.

Лора уже собиралась ответить, но, обернувшись, поняла: Бейли спрашивала Кента.

— Доллар того стоил, — ответил он с чуть безумной улыбкой.

Бейли фыркнула и села по-нормальному, скрестив ноги. Лора осторожно устроилась рядом на краю кровати и с каждой секундой всё сильнее чувствовала себя слишком раздетой по сравнению с остальными.

— Мне нужна ещё выпивка, — объявила Бейли.

Не сомневаюсь.

Это породит лишь новый разврат, глупица!

Мы за этим и пришли.

Ближе всех к бутылке сидел Кент. Он разлил по рюмкам ещё три порции ирландского сливочного.

Мы мою бутылку прямо уничтожаем, — подумала Лора, лишь немного жалея потраченные деньги. Если после этого у нас с Бай всё будет хорошо — оно того стоило.

Они подняли рюмки.

— За что? — спросил Кент.

Лора посмотрела на Бейли.

— За дружбу.

— За дружбу, — согласилась Бейли.

Кент присоединился. Они чокнулись и выпили.

Бейли закрыла глаза, долго выдохнула и откинулась назад, устроив зад на самом краю кровати. Лора села рядом. Кент снова развалился в кресле и подкатился достаточно близко, чтобы положить ноги на кровать между девушками. Те в ответ вытянули ноги и положили ступни ему на кресло.

— Так вам правда теперь лучше? — спросил Кент. — Обеим?

Мне лучше только потому, что каким-то невероятным образом это действительно помогло Бейли. Правда же, Бай?

Бейли посмотрела на Лору и кивнула.

— Да, нам лучше, — ответила она за обеих.

— Она сильнее меня шлёпает? — Кент взял одну ступню Бейли и начал мягко разминать свод.

Бейли на мгновение замерла, уставившись куда-то в пустоту между Кентом и Лорой.

— По звуку просто показалось, что сильнее, — добавил Кент.

Я и не заметила, — с тревогой подумала Лора. Я вообще не следила за её реакцией. Я просто пыталась… пыталась…

Наказать подругу за собственное раздражение?

А-а-а!

Лора напряжённо ждала ответа Бейли.

— Нет, не сильнее, — сказала та. — Просто когда это делаешь ты, всё ощущается по-другому. Обычно я смотрю, как ты смотришь на меня, понимаешь? А тут было… странно.

То есть тебя это не так заводит. Лора поджала губы. Меня вполне устраивает не заводить тебя, Бай. Правда.

— Но достаточно сильно, — поспешила заверить Бейли. — Не подумайте.

— Верим, дорогая. — Лора похлопала её по бедру и почувствовала, как Кент теперь берёт её ступню. — М-м, хорошо.

Бейли повернулась к ней.

— А тебе было странно?

— Что?

Бейли закатила глаза.

— Меня шлёпать.

— Очень. Очень странно. — Лора была благодарна Кенту за массаж: благодаря ему голос не выдавал напряжения. — Больше не заставляй меня это делать.

— Больше не влезай в мои долги, — огрызнулась Бейли. Кент снова переключился на ближайшую её ступню. — А-а…

Они дали Бейли насладиться массажем, пока глубокий успокаивающий бас заполнял комнату.

— Слушай, — тихо сказал Кент, — если на сегодня у вас настроение уже прошло, последние два можете…

— Нет-нет-нет, — негромко, но резко перебила Бейли. — Я не закончу этот вечер у неё на коленях. Свой последний доллар сегодня точно закрою.

— Я даже не обиделась, — с лёгким сарказмом сказала Лора. — И свой тоже сделаю.

— Ладно. — Кент вернулся к её ступне.

— И ещё… — Лора настороженно посмотрела на обоих. — Никто не заметил, что я здесь единственная в одних трусиках?

Бейли хихикнула — в её полупьяном состоянии это прозвучало откровенно злодейски. Она расстегнула юбку сбоку и стянула чуть ниже бёдер. Затем аккуратно скрестила ноги, сбросила юбку на пол и снова откинулась на кровать, положив левое бедро поверх правого так, чтобы Кент ничего не увидел.

— Теперь довольна? — спросила она Лору.

У Лоры расширились глаза. Смотреть настолько много на Бейли ей почему-то не хотелось, поэтому она переключилась на Кента.

— А почему ему можно не снимать штаны? — Она прищурилась.

О господи. Насколько я уже пьяная?

Теперь закашлялась Бейли, и Кент успел ответить первым.

— Я никому денег не должен.

— Всё равно… — Бейли тоже прищурилась, отчего Кент даже чуть отъехал в кресле. Потом она повернулась к Лоре. — Спорим, ты могла бы с него штаны снять.

О нет. Нет-нет-нет.

— Ну да, я так и думала. — Бейли ухмыльнулась её панике. — Готова заканчивать?

Да, пожалуйста. Сменим тему.

— Ага.

Нужно сделать что-нибудь странное. Мне надо избавиться от ощущения, что я тебя шлёпала. Мне надо…

Этот образ будет наказывать тебя вечно! Ты никогда не забудешь, как касалась её!

А-а-а!

Сюрреалистическое воспоминание — задница подруги перед глазами, её кожа под ладонью — заставило Лору зажмуриться. Но с закрытыми глазами всё виделось ещё отчётливее.

Чёрт!

Лора повернулась к Бейли и наклонилась к её уху.

***

Кент наблюдал, как девушки о чём-то шепчутся. Его взгляд скользнул вдоль длинных тонких бёдер Бейли, потом вернулся к ягодицам Лоры. Та наклонилась к уху подруги настолько сильно, что он видел кружевную заднюю часть трусиков, уходящую между ног.

По крайней мере, про мои штаны говорить перестали.

Бейли хихикнула и что-то прошептала в ответ.

— Мы так и делаем, — настояла Лора.

Бейли закатила глаза.

— Ладно, делаем.

Она повернулась к Кенту. Взгляд сначала опустился ему между ног, потом поднялся к лицу.

— Ты. Отвернись на секунду.

— Что? — спросил Кент.

Но Лора уже встала. Пока Бейли терпеливо сидела со скрещёнными ногами, Лора столкнула ноги Кента с кровати, затем развернула его вместе с креслом спиной.

— Эй!

— Подожди немного, — одёрнула его Лора сзади.

Кент прислушался, пытаясь понять, до чего они договорились, но слышал только возню на кровати.

— Всё! — крикнула Лора через несколько секунд.

Что-то упало ему на голову и левое плечо. Кент дёрнулся и сорвал предмет рукой.

Белая кружевная ткань.

Трусики Лоры.

Он развернулся. Обе девушки сидели на кровати на пятках, спиной друг к другу. Бейли смотрела влево от него, Лора — вправо.

— И как мне вас шлёпать? — спросил Кент.

— Готова? — Бейли закатила глаза, обращаясь к Лоре.

Лора кивнула, и обе одновременно наклонились вперёд, прижав грудь и плечи к простыням. Задницы остались высоко в воздухе, а ягодицы по-прежнему плотно соприкасались друг с другом.

— До чего же это тупо выглядит, — сказала Бейли.

— Ему нравится, — упрекнула Лора. — На чём мы остановились? Двадцать шесть?

***

О господи, — подумала Лора. Мне и так было странно трогать задницу Бейли. А теперь мы ещё и ягодицами друг к другу прижались? О чём я вообще думала?

Она почувствовала, как лицо заливает жар, но всё равно посмотрела на Кента, словно намеренно бросая вызов собственному стыду.

Ты достигла дна, порождение Сатаны. Ниже уже некуда.

Сомневаюсь.

Лора наблюдала, как Кент подходит, и взгляд невольно опустился к очевидной выпуклости в его брюках.

О нет. К этому я пока точно не готова.

Первой Кент коснулся её ягодицы — вероятно, потому что она была удобнее для правой руки. Лора напряглась, ожидая удара, но он лишь погладил её круговыми движениями. Ладонь прошлась по обеим ягодицам, затем скользнула к Бейли и обратно. Бёдра Бейли дёрнулись рядом, тонкие мышцы под кожей перекатывались под рукой Кента. На миг движение едва не сбило Лору с равновесия, и пришлось сильнее податься назад.

Вдруг обе сразу перестали качаться: Кент схватил их, положив ладони на поясницы, и удержал на месте.

— Готовы?

— Очевидно же, — крикнула Бейли. — По четыре каждой.

Лора придумала эту позу по двум простым причинам. Во-первых, она закрывала от Кента нижние, самые болезненные части ягодиц.

Каждая своей задницей прикрывает самое больное место другой. Пока мы плотно прижаты, ему придётся бить куда-то ещё.

Во-вторых, Лора посадила Бейли слева. Для правой руки Кента угол по заднице Бейли получался намного удобнее, чем по её собственной.

Если только он не решит бить меня тыльной стороной ладони.

Кент вдохнул, и Лора напряглась. Рука рассекла воздух. Она приготовилась к удару — но звонкий хлопок прозвучал рядом, отчего обе девушки дёрнулись друг о друга.

— Двадцать семь, — отсчитала Бейли.

Теперь я?

Следующий удар пришёлся по правой ягодице Лоры — сильно, но приятно высоко.

— Двадцать восемь. — Она поморщилась, понимая, что неудобный угол вовсе не мешает Кенту вкладываться.

Логично. Он же никогда не бьёт нас всей своей силой.

Следующие два шлепка прозвучали почти подряд — сначала Бейли, потом Лора; ещё быстрее и жёстче.

— Двадцать девять, — крикнула Бейли, одновременно с тем как Лора сквозь гримасу произнесла:

— Тридцать.

Ещё два сильных удара.

Лора решила, что Кент долбит только левую ягодицу Бейли ровно потому, что у неё самой доступна только правая.

— Господи, — выругалась Бейли. — Тридцать один.

— Иисус тебе уже не поможет. — Лора позволила внутреннему проповеднику заговорить её голосом. — Тридцать два.

— Последние, — предупредил Кент.

Обе в ожидании задвигали бёдрами. Кент размахнулся — и, к всеобщему удивлению, прозвучал только один удар.

— Ай! — вскрикнула Лора. Сильнее он не ударил, просто она ожидала, что её очередь будет второй. От неожиданности Лора рванулась вперёд. — Тридцать… эм… три.

О нет! Я сдвинулась. Открыла Бейли…

Она попыталась снова прижаться ягодицами к подруге, но было поздно. Через плечо Лора увидела, как рука Кента идёт вниз и бьёт Бейли низко по левой ягодице.

По комнате прокатился резкий хлопок.

— Тридцать четыре, — отчётливо произнесла Бейли. — Ого. Мудак.

Она вытянулась на кровати на животе. Кент глубоко вдохнул и рухнул обратно в кресло. Лора, всё ещё не поворачиваясь к нему передом, развернулась и легла рядом с подругой.

— Прости, — прошептала она Бейли. — Он меня застал врасплох.

Бейли отмахнулась.

— Ничего.

— И что теперь?

— Наверное, придётся забрать у Кента трусики.

Глаза Лоры расширились. Кровь отлила от лица, когда она посмотрела на Кента с маленьким белым кружевным комком в руке.

Я не могу позволить ему увидеть… меня. Или могу?