Глава 14 — Следи за языком

Кассис не мог выкинуть из головы
Эвелин, в одиночку направившуюся в особняк Барнеттсов. В глубине души
мальчик понимал, что чересчур погорячился, но было слишком поздно.
Пришёл он в себя уже после того, как потерял самообладание.

Юноша продолжал избегать Эвелин, потому что стыдился своего разобиженного поведения в день их ссоры.

Обычно
девочка бы уже испробовала тысячу способов помириться с Кассисом при
помощи разных ухищрений. Но за все время она почему—то даже не решалась
встретиться с ним лицом к лицу.

«Похоже, ты не хочешь прощать меня, раз просто наблюдаешь со стороны и не рвешься ничего менять.»

Раздосадованный
Кассис больше не мог спокойно заниматься привычными делами, так что
целыми днями лишь считал ворон. После его длительной поры
бездельничества наконец—то наступил день банкета.

— Вы ещё не помирились с мисс Эвелин? — слегка шутливо поинтересовался Паул, стоявший неподалеку от Кассиса.

— Как ты узнал, что мы поссорились? — мальчик настойчиво вглядывался на стрелку часов, как беспокойный щенок, чего—то ожидая.

— Это настолько очевидно, что невозможно не заметить. Все в доме уже давно догадались.

— А… — запнулся Кассис от неожиданного ответа.

Он
нервно пригладил волосы назад, невольно демонстрируя свою смущенность.
Юноша по привычке пробежался взглядом по циферблату: как раз в это время
Эвелин должна была прибыть в особняк Барнеттсов:

«Банкеты – это весело».

Кассис сморщился, припомнив в голове слова Эвелин.

Банкеты — это не весело.

Для
мальчика все эти светские мероприятия были чем—то вроде деловых встреч.
Ещё с детства, следуя указам родителей, он заводил полезные знакомства,
зарождая таким образом некую дружбу между семьями.

В круг
«избранных» обычно входили люди, придерживающихся своих принципов.
Впрочем, как и члены семейства Уркио. Так что Кассис никогда
по-настоящему не наслаждался банкетами. Он чувствовал себя актером,
выступающим на заранее подготовленной сцене с вызубренным сценарием.

Так, по крайней мере, все выглядело с его стороны, но для Эвелин банкеты вовсе не казались нудными или утомительными.

Эвелин Монстера была невероятно странной личностью.

В
отличии от остальных аристократов, жительница пригорода не
перебарщивала излишней роскошью и тщеславием. Она была добра ко всем
встречным, потому что знала, что если первая не возьмёт инициативу в
свои руки, то больше будет некому.

Кассис сразу понял её натуру, как только увидел дочь барона Элишу Форем, особо ничем не выделявшуюся.

Да,
именно Элиша Форем, которая все время липла к Эвелин и в тоже время
осторожничала рядом с юношей. Она будто всем своим видом кричала о
готовности объявить войну «Только тронь мою подругу – и ты труп!»

Кассис считал Элишу лишь приятельницей Эвелин. Ни больше, ни меньше.

Именно
поэтому он просто не мог не тревожиться о будущем Эвелин. Что она
планирует делать со своим выходом в высший свет? Многие дворяне
стремились сблизиться с теми, кто своим высоким статусом мог обеспечить
им хороший дебют по достижению совершеннолетия.

Соответственно, властью обладал тот, у кого был широкий круг общения.

Но у Эвелин в окружении не было ни одного выгодного для неё знакомства.

Скорее
всего, она ещё просто не доросла до того возраста, когда начинаешь об
этом задумываться. Кассис нахмурился ещё сильнее: его беспокойство о ее
взрослой жизни только нарастало.

Хоть сейчас они и вели между собой холодную войну, мальчик продолжал думать об Эвелин.

Он вскочил с места, не в силах терпеть навязчивые мысли. Больше Кассис не собирался тянуть бессмысленную ссору:

«Прямо сейчас. Я пойду к Эвелин и помирюсь с ней.»

— Молодой господин? — донёсся рядом знакомый голос.

— Паул. Где приглашение?

Мужчина в замешательстве взглянул на Кассиса:

— Вы пойдете на банкет?

— Да. Слегка опоздаю, — непринужденно отозвался Кассис.

— Я все подготовлю, — послушно ответил Паул и приказал находившейся неподалёку прислуге нарядить господина.

— Что ты сейчас сказала? — в голосе Марианны ощущалась легкая дрожь.

Прежде чем я пришла в себя, её лицо приобрело красновато—синий оттенок:

—
Эвелин! Сейчас же извинись перед юной маркизой Квилтон! — воскликнула
Луна, заметив, что мои слова сильно задели гордость её подруги.

В таких ситуациях первым же делом цепляются за титул семьи.

Я пропустила слова Луны мимо ушей и держала рот на замке. Но внутренне я знала: зря вмешалась в их разговор.

Между
титулами маркиза и графа была несоизмеримая пропасть. Как бы ни была
богата наша семья, ей не сравниться с могуществом семейства маркиза.

Но даже осознавая, что в моей ситуации будет целесообразно взять свои слова назад, я медлила с извинениями.

Марианне
надоело мое гробовое молчание — она подошла и самоуверенно ткнула меня
пальцем в плечо. Я изо всех сил старалась держаться на ногах:

—
Юная леди Монстера. Ты же просто ляпнула это, не подумав? И как только
ты, будучи лишь дочерью графа, осмелилась на подобную дерзость? —
повысила голос девочка, не скрывая гневное раздражение.

От её громкого высказывания атмосфера на банкете быстро накалилась. В стороне послышались перешёптывания.

Я
решительно подняла голову, даже не подумав отступить. Ведь я не делала
ничего плохого – это они с Луной должны признать свою неправоту:

—
Осмелилась потому, что юная леди Квилтон оскорбляет мою драгоценную
семью, — выпалила я свои самые сокровенные мысли, не желая больше
сдерживаться.

— Драгоценную семью? — презрительно переспросила Марианна.

— Да. Кассис – моя семья. Отец как-то сказал мне: люди, живущие вместе – семья, — чётко ответила я, не отрывая глаз от дворянки.

—
Ха! Только послушайте её. Разве может многоуважаемый сын Уркио быть
семьёй для такой как ты?.. Боже мой. Граф Монстера так неосторожен в
своих высказываниях. Вы, получается, вертите Кассисом, как пожелаете? —
девица нарочно посмеялась над словами графа, публично выставив всю нашу
семью в дурном свете.

Её речь так и сквозила враждебностью, но я не падала духом.

Во
время конфликта важно загнать оппонента в угол неоспоримыми
аргументами, чтобы одержать верх. Тот, кто поддается на провокации
соперника, терпит поражение:

— А что насчёт тебя? Как ты можешь
называть больного ребенка дефектным? Он что, какой-то продукт на
магазинной полке? То есть такое поведение у вас в порядке вещей? —
взорвалась я.

— …что? Тебе мало оскорблений в мою сторону, так ты теперь и мою семью приплести пытаешься?

— Марианна Квилтон. Не уходи от ответа. Я ничего подобного не говорила.

— Ты!.. Да ты!.. — девочка теряла над собой контроль.

Чем
больше Марианна передергивалась и злилась, тем спокойнее становилась я.
Прежде чем дворянка смогла раскрыть рот в попытках возразить, я
приблизилась к ней с очередным ударом:

— Почему? Почему ты вдруг
так озлобилась и расстроилась после моих слов? Или мне стоит говорить
твоими же фразочками? Ты вроде не какая—то там крыса, так зачем предаешь
огласке чужие истории? Да и ещё и в такой издевательской манере, —
заявила я, припоминая девице её слова по поводу Филиппа.

Она сама усмехалась, что он ползал перед едой как червь, хотя не был нищим:

— Ч-что?! Крыса?! — тут же завопила Марианна, вскочив с места.

—
Именно. О чём ты вообще думала, осуждая уважаемого сына семьи Уркио?
Положение маркиза Квилтона в обществе не выше, чем герцога Уркио. Не
боишься последствий? Думай, о чём говоришь, — продолжила я, повторив ещё
одну ранее сказанную Марианной фразу.

Больше девочка не могла
бороться с внутренним гневом — она осмотрелась по сторонам с налитыми
кровью глазами. Её взгляд упал на стакан гранатового сока, и Марианна
яростно в него вцепилась.

Я бессознательно зажмурилась, готовясь к
тому, что сладким напиток полетит прямо в мою сторону. В этой схватке я
могла сражаться лишь словами настолько, насколько это было возможно.
Ударь я или навреди Марианне без веской причины, мой отец был бы
ответственен за весь ущерб.

Не пей этот гранатовый сок, вылей прямо на меня!

Я была решительно настроена встретиться с ним лицом к лицу.

*Всплеск*

Спустя
пару мгновений послышался звук пролитой жидкости. Но, к моему
удивлению, я не ощутила никакой влаги на коже. Лишь кончиком носа
уловила резкий запах граната.

Что такое?

Почуяв что-то
неладное, я медленно приоткрыла глаза. И увидела перед собой чью-то
спину. Мальчика моего возраста, что был на голову выше меня. Я потеряла
дар речи, определив, кто это был. В Монтезе я знала лишь одного юношу с
таким чистым серебряным оттенком волос.

— Боже мой! Кассис! — воскликнула Луна и оглядела облитого ярко-розовым соком мальчика.

Лицо
Марианны мигом побледнело, а пальцы стали судорожно подрагивать. В
следующий же миг стакан, который она крепко сдерживала, полетел на пол.

*Дребезг*

В зале снова раздался громкий звук.

Однако не нашлось ни одного желающего подобрать осколки стекла с пола. Все наблюдали за происходящим, затаив дыхание.

Я быстро опомнилась и подошла к Кассису, протягивая носовой платок:

— Кассис! Ты в порядке?

По
его лицу стекал гранатовый сок. Мальчик рассеянно стоял на месте,
гадая, зачем вообще влез в эту перепалку. На секунду его глаза
обратились ко мне — Кассис вдруг нахмурился. Его взгляд так и спрашивал:
почему ты не пыталась защититься, а молча ждала?

Резким движением
перчатки Кассис смахнул капли напитка, стекающие с челки. Его
серебряные волосы теперь приобрели лиловый оттенок. Я поспешно вытерла
его лицо платком, но потом остановилась и вложила его в руку Кассиса. В
голове тут же всплыло, что мальчик не любит прикосновения:

— Для начала вытри этим! – пояснила ему я.

Кассис принял мою помощь и стал неторопливо протирать лицо. Он всё ещё не походил на самого себя.

—
М-мне жаль! Я-я не специально, я не хотела выливать сок на тебя! —
поздно спохватилась Марианна и предложила юноше свой носовой платок.

Мальчик взглянул на протянутую руку и грубо оттолкнул её в сторону:

—
Да что вы говорите, леди Квилтон? А вы намного агрессивнее, чем я
полагал. Но как бы гнев ни был силен, разве такое поведение приемлемо? -
холодным тоном выдал Кассис.

— …

— А-ах, вы, наверное,
сейчас не так злы, как напуганы. Как вы посмели облить меня соком, юная
маркиза? — он тут же изменился в лице.

Сын герцога бросил на девочку свирепый взгляд. Похоже, он услышал что-то из нашего с Марианной разговора.

Я закусила нижнюю губу, вспоминая, что наговорила до появления Кассиса.

С какого момента ты подслушивал?

От
его хладнокровности мне стало не по себе. Но Марианна была напугана в
разы больше. В конечном счете она сдалась и, обессиленно рухнув на
колени, разрыдалась.

__________

Перевод: Anily

Редакт: Dari Rabbiit

__________

Спасибо, что были со мной до конца марафона! (´ ∀ `)