Глава 286 — Тот же небесно-голубой
Выйдя из комнаты вслед за Лукино, Франческа шла по длинному коридору, застланному ковром, и внимательно осматривалась по сторонам.
Огромный особняк… почти как загородная резиденция при королевском дворце.
И это место должно было быть всего лишь одним из владений Крестани.
Однако размеры здания поражали. С тех пор как Франческа вышла из комнаты, они уже дважды сворачивали в другой коридор. Потолки были высокими, вдоль стен ровными рядами тянулись большие окна, а между ними через равные промежутки висели красивые картины.
Меня сопровождает только Лукино, больше никого не видно… И даже связывать меня не стали. Значит, здесь созданы такие условия, что я всё равно не смогу ни сопротивляться, ни сбежать.
Скорее всего, на этих окнах тоже стоял мощный барьер.
Вскоре они подошли к лестнице, которая, судя по всему, находилась в центральной части особняка. Лукино, шедший впереди, начал спускаться, и Франческа поняла, что комната, где она очнулась, находилась как минимум на втором этаже.
Возможно, мы вообще не в Фаренционе. Леонардо всё это время искал следы Крестани. Неужели он мог не обнаружить такой огромный особняк? Разве что тот находится на какой-нибудь стёртой с карт территории…
При этой мысли Франческу охватило уныние.
Хотелось бы как следует всё запомнить. Но когда я освобожусь от контроля и вернусь к Леонардо и папе… не исчезнут ли и эти воспоминания?
Пока её снова вели по коридору, Франческе вдруг кое-что пришло в голову.
Но если вспомнить память Дэвида…
В этот момент Лукино остановился.
Кто находился за дверью перед ними, Франческа поняла и без объяснений.
Она подняла взгляд на дверь, а Лукино четырежды постучал.
— Прошу простить за вторжение, господин Крестани.
Услышав это имя, Франческа мысленно приготовилась. Из комнаты никто не ответил. Вместо этого дверь медленно открылась.
Петли наверняка были без единого пятнышка ржавчины, но именно то, как совершенно бесшумно створки расходились в стороны, почему-то делало происходящее ещё более зловещим.
За этой дверью Крестани.
Лукино обернулся. На фоне его почти бесцветной внешности особенно резко выделялись алые глаза, и сейчас именно ими он смотрел на Франческу.
— Заходи.
— …………
Франческа ещё раз собралась с духом и шагнула вперёд.
Комната за дверью больше походила не на гостиную для приёма посетителей, а на личный кабинет хозяина. Шторы и ковёр были выдержаны в глубоких зелёных тонах, создавая спокойную, сдержанную атмосферу. Прямо напротив входа стоял большой письменный стол. За ним, в кресле, кто-то сидел.
Лица пока почти не видно.
Свет из окна за его спиной оставлял фигуру мужчины в тени.
Франческа осторожно сделала ещё один шаг к столу. Кроме «него», в комнате находились ещё трое молодых мужчин. Все трое стояли в стороне и пристально следили за каждым движением Франчески.
Они все наблюдают за мной…
И судя по взглядам, особой доброжелательности к ней никто из них не испытывал. Обычно Франческа носила при себе спрятанный пистолет, но сейчас и его не было. Оставшись совершенно безоружной, она всё равно прямо посмотрела на мужчину перед собой.
Тот сидел, подперев щёку рукой и положив локоть на подлокотник кресла.
— Доброе утро. Похоже, ты наконец-то «проснулась».
— …………
Его волосы были тусклого, бледного оттенка — словно пепел, упавший на снег. Сзади они были коротко подстрижены и слегка взъерошивались из-за естественного изгиба. А длинная чёлка, разделённая слева на лбу, с одной стороны почти полностью закрывала глаз.
Но даже скрывая половину лица волосами, он оставался поразительно красив — это было очевидно любому.
— Ты спала так долго, что я уже начал беспокоиться: не сломал ли я тебе ненароком личность. Было бы жаль потерять тебя таким образом, поэтому я рад, что ты в порядке.
— Вы…
Чётко очерченные двойные веки, чуть вытянутый разрез глаз, длинные ресницы. Красивые, по-мужски выразительные брови и лёгкая улыбка на тонких губах.
На нём был прекрасно скроенный костюм военного покроя, преимущественно белого цвета. Пиджак он не надел, а лишь набросил на плечи; его подкладка была того же зелёного цвета, что и галстук.
— Пожалуй, стоит ещё раз представиться — теперь уже тебе, находящейся в здравом уме. Я тот, кого вы называете «кукловодом».
— …!
Мужчина откинулся на спинку роскошного кресла, опёрся подбородком на руку в кожаной перчатке и слегка прищурился. Единственный видимый глаз, казалось, едва заметно сверкнул в контровом свете.
— Добро пожаловать на нашу сторону. Наша «милая Франческа».
— Крестани…!
Стоило ей произнести его имя, как Крестани расплылся в нарочито любезной улыбке.
Это он — тот самый кукловод. Причина всего происходящего. Из-за него погибли братья Леонардо, он подчинил остальных… Это всё он!
Франческа крепко сжала кулаки, подавляя поднимавшиеся из глубины души чувства.
Я должна всё запомнить. Вернуться к Леонардо и принести ему как можно больше сведений об этом человеке. Хоть что-нибудь…
Повторяя это себе, Франческа мрачно уставилась на Крестани, который явно пребывал в прекрасном расположении духа.
В то же воемя её охватило странное ощущение.
Почему?..
Стараясь ничем не выдать растерянности, она лихорадочно перебирала мысли.
Когда я смотрю на него, мне кажется, будто я вот-вот кого-то вспомню… Я что-то забыла?..
Похоже, Крестани прекрасно видел, что творится у неё внутри. Он с откровенно весёлым видом склонил голову набок и поддразнил её:
— А, можешь не волноваться! Я не собираюсь сейчас ошарашивать тебя заявлением вроде того, что настоящий Крестани — вовсе не я.
Он прищурился так, будто эта мысль искренне его забавляла, и именно тогда Франческа наконец смогла ясно разглядеть цвет его глаза, до сих пор скрытый из-за падавшего сзади света.
— Это же было бы скучно, правда?
— …!
Перед его пугающе яркой улыбкой Франческа невольно задержала дыхание.
…У него глаза того же цвета, что и у папы?..
Глаза Крестани были прозрачного небесно-голубого цвета — словно в них отражалось ясное небо.
Почему у него папин цвет?..
Франческа знала этот цвет с самого детства. Она бесчисленное множество раз смотрела снизу вверх в глаза любимого отца. И теперь, глядя в глаза совершенно такого же цвета, Франческа никак не могла избавиться от растерянности.
— Я хочу кое о чём тебя спросить, Франческа.
Крестани продолжил тоном, каким обычно обращаются к близкому приятелю:
— Прямо перед тем, как я применил свой навык, ты ведь тоже использовала свой?
Нельзя. Если я позволю ему спокойно вести разговор, он полностью перехватит инициативу…
— До сих пор ты весьма искусно скрывала от меня природу своего навыка. В общих чертах я уже догадался, что он собой представляет, да и особого интереса это у меня не вызывало.
Его глаз медленно прищурился.
— Франческа.
Он улыбался, но в этой улыбке не было ни капли веселья. От одного его взгляда Франческа словно окаменела.
— Скажи-ка… что именно ты тогда со мной сделала?
— ………!
По спине пробежал холодок первобытного страха.
Те же слова, что когда-то сказал Леонардо…!
Неужели Крестани знал о том, что произошло в тот раз, когда Франческа впервые применила свой навык перед Леонардо?