Глава 44 — Пропавшая девушка ( часть 2 )

Проигнорив Бэррона, Лукас спросил:

– Вам что-то
нужно, мисс Белль?

– Лукас…
мне нужно вам кое-что сказать, - сказала
Белль, он кивнул ей, чтобы она продолжала.

Но Бэррон не
заткнулся:

– Как ты
думаешь, она подхватит инфекцию, если
прикоснется ко мне прямо сейчас? Для
молодой хозяйки дома она кажется тебе
очень близкой. О, подожди! Я знаю это
выражение ее лица!

– Раньше на
кухне вы называли меня Белль, - сказала
девушка.

Он это помнил.
Лукас вспомнил набор слов, они были
использованы строгим тоном, чтобы она
могла услышать:

– Разве все
не так вас называют? - девушка имела
привычку бунтовать и не слушать, делая
все по собственному желанию.

– Нет, дело
не в этом, - поправила она покачав головой,
– Я…

– Почему это
выглядит так, будто она хочет в чем-то
признаться. Розовые щеки, сияющие глаза.
- Бэррон лепетал очень раздражающим
голосом, и Лукас почувствовал, как у
него на лбу щелкнул невидимый нерв.

– Я… вы
что-то слышали? - Белль нахмурила лоб,
когда спросила Лукаса. Ее глаза метнулись
в комнату, но Лукас стоял впереди, что
не позволяло ей видеть все, что там было.

Внезапно
Бэррон замолчал, а глаза Лукаса едва
заметно поднялись. – Слышите? - он бросил
на нее вопросительный взгляд.

Губы Белль
поджались:

– Мне
показалось, что я услышала, как кто-то
сейчас разговаривает, - хоть она была
живым существом, на мгновение Белль
слышала Бэррона.

– ОНА МОЖЕТ
МЕНЯ СЛЫШАТЬ! - Бэррон громко закричал,
но на этот раз Белль ничего не услышала.

– Должно
быть, это ветер, мисс Белль. У меня открыто
окно. - он улыбнулся ей, чтобы отвлечь
от того, что она могла услышать.

– ОН ЛЖЕТ!
УСЛЫШЬ МЕНЯ! - но Белль уже ничего не
слышала.

Она слышала
лишь слабый шепот, который раздавался
из-за спины Лукаса, он возникал и исчезал,
как будто слова были настроены в одну
секунду, а в следующую уже выключили.
Она заметила, что окно действительно
было открыто, и ее взгляд переместился
назад, чтобы посмотреть на него и кивнуть.

– Вы хотели
мне что-то сказать? - напомнил он ей о
цели визита.

Белль кивнула,
а затем сказала:

– Как только
вы начнете работать в другом особняке,
вы будете приходить к нам в гости? Время
от времени, - добавила она.

– Я не знаю,
почему кто-то вообще может быть
заинтересован в том, чтобы желать встреч
с тобой, - ворчливо пробормотал Бэррон
себе под нос, когда волнение от того,
что кто-то кроме дворецкого заметил
его, спало.

Он поклонился
ей, как бы говоря «да».

– Спокойной
ночи, Лукас.

– Спокойной
ночи, мисс Белль, - ответил он на прощание,
и Белль, наконец, повернулась чтобы
вернуться в свою комнату. Когда дверь
закрылась, Лукас вернулся к сортировке
своей одежды, словно ничего и не произошло.

А через
некоторое время Бэррон спросил:

– Куда ты
идешь? - ему не с кем было поговорить или
чем заняться, поэтому он решил поговорить
с дворецким, который продолжал его
игнорировать в течении следующих
нескольких минут.

Когда наступило
следующее утро, день начинался как и
любой другой, слуги особняка проснулись
первыми, чтобы приступить к своей
рутинной работе. День прошел, далеко от
города, в доме Стлинксонов, мистер и
миссис Стлинксон сидели в холле
встревоженные, так как их дочь не
вернулась обратно после того, как пошла
на вечер.

Миссис
Стлинксон посмотрела на магистрата:

– Я же говорила
вам, что она не возвращалась в особняк
со вчерашнего вечера.

– Вы связывались
с ее друзьями или другими знакомыми,
который могли бы знать где она? Возможно
последний человек, который ее видел? -
спросил магистрат. Его работа заключалась
в том, чтобы получать такие ответы, но
семья Стлинксонов разыскала его как
раз в тот момент, когда он добрался до
офиса, чтобы его доставили в их особняк.
Чистокровные вампиры в основном были
требовательны и вызывали чиновников
по глупым причинам. Кто-то потерял свое
ожерелье, или свою кошку, которая
вернулась бы через неделю.

– Последний
человек видевший ее, это кучер, он здесь,
- сказала миссис Стлинксон, указывая
рукой на человека, который стоял у стены
с сложенными руками, – Где вы упустили
Оливию? Скажите магистрату! - сердито
спросила она, когда он вернулся в особняк
без девушки.

Кучер,
казалось, дрожал под пристальным взглядом
миссис Стлинксон. Судья, взглянул на
вмпиршу, затем задал вопрос кучеру:

– Расскажите
нам, что произошло той ночью?

– Мы
в-возвращались с вечера, и по дороге
сломалась карета. Леди Оливия попросила
меня ее починить, а сама пошла прогуляться,
- ответил кучер.

– Куда она
пошла прогуляться? - спросил магистрат.

– Она ушла
в сторону особняка, сэр. Мне потребовалось
некоторое время, чтобы починить карету.
Когда я это сделал, я двинулся в сторону
особняка, но нигде по дороге не смог
найти леди, и я подумал, что она, вероятно,
поехала, чтобы вернуться домой в особняк.

Судья задавался
вопросом, не сбежала ли дочь Стлинксонов
из дома, но, похоже, это было не так.

– Она не
вернулась домой.

– Нет, сэр.
Это то, что я узнал.

– Были ли
случаи или случай, когда ваша дочь
уходила из дома, а затем не возвращалась?
- спросил мужчина, чтобы увидеть, как
женщина пристально посмотрела на него.

– Сколько
раз вы хотите, чтобы я сказала вам, что
она никогда не делала ничего подобного
раньше. Оливия — хорошая дочь, которая
всегда возвращалась домой, - сказала
миссис Стлинксон, что было правдой,
потому что они избаловали девочку, дав
ей всё и вся. – С ней должно было случиться
что-то плохое!