Глава 1 — Первое апреля.
— ОПАЗДЫВАЕМ!
Голос Сары разрезал утреннюю тишину, как сирена воздушной тревоги. Открыв глаза, я с ужасом осознала, что валяюсь на полу, носом уткнувшись в подушку. Резко подскочив на четвереньки, подняла взгляд на источник паники.
— Который час?!
— Без пятнадцати восемь! — выпалила она, взлетая на кровати, как ошпаренная кошка, но тут же запуталась в одеяле и с грохотом рухнула на пол прямо передо мной. Бумс! — Собрание через полчаса!
— ЧТО?! Мы не успеем! — выкрикнула я, лихорадочно шаря руками по полу в поисках смартфона.
В комнате стоял привычный с утра коктейль, персиковый шампунь Сары, смешавшийся с запахом пота. Апрельское золотистое солнце уже стучалось сквозь шторы.
Сара сидела на полу, злая, растрёпанная, в одной майке, которая бессовестно съехала с плеча. Её красные волосы торчали в разные стороны, а в глазах, прищуренных с одной поднятой бровью, плескалась паника, смешанная с недоумением.
И кажется, у неё реально дёргался глаз от нервного тика.
— Ты специально, Нэкогава?! — прорычала она, отчаянно пытаясь выбраться из плена одеяла.
— Чё я-то сразу? — возмутилась я, наконец нащупав под ногой тёплый корпус смартфона.
Её глаза — зелёные, дикие, невыспавшиеся — смотрели на меня с таким выражением, будто я лично передвинула стрелки часов во всём мире.
— Не знаю! Просто почувствовала, что сейчас самое время обвинить тебя в чём-нибудь, но ещё не придумала — в чём! АЦТАНЬ! — заворчала она, пытаясь подняться, но поскользнулась на листке бумаги и снова плюхнулась на пятую точку.
На полу валялись мои карандаши, её носки, вчерашние наброски, пустая пачка из-под чипсов и ещё один карандаш.
Сегодня первый день в старшей школе — и мы уже опаздываем.
Вскочив на ноги, я пошатнулась, повернулась лицом к зеркалу на дверце шкафа и замерла.
Это я?
Сделала шаг ближе и ахнула. Розовая пижамная футболка и шорты были перекручены непонятно как и безбожно помяты. В фиолетовых растрёпанных волосах торчал карандаш. И ещё один.
— Сайка, где моя расчёска?
— Мне откуда знать? — голос Сары донёсся уже откуда-то из-под кровати. — Ю~, ищи у себя в волосах, там же целое гнездо.
Наклонила голову набок, и из моих волос выпал карандаш. Следом — резинка для волос.
Когда я успела их туда засунуть?
— Чёрт! Мы не успеем на собрание! — развернувшись, я подлетела к окну, дёрнула шторку и распахнула створку.
В комнату ворвался свежий утренний воздух, а вместе с ним — аромат сакуры, которая только-только начинала цвести. Лепестки, бледно-розовые, почти прозрачные, закружились в воздухе.
В этот момент Сара вынырнула из-под кровати, в одной руке она держала мой носок, в другой — свою белую школьную рубашку. Она уже когда-то успела избавиться от майки и стояла передо мной в одном лифчике — простом, чёрном.
— Лови, — она швырнула мне носочек, и тот врезался мне прямо в лоб.
— Фу! Ты могла просто передать!
— Пха! Я и передала.
Мы синхронно хихикнули и быстро начали собираться. Это было похоже на танец, который мы отрепетировали за годы дружбы до автоматизма.
— Как мы могли проспать?! Я же ставила будильник! — возмутилась я, найдя расчёску на прикроватной тумбе, под сариной юбкой.
— Меньше слов — больше дела, — скомандовала Сара, усаживаясь на край кровати вполоборота ко мне. В одной руке она держала свою рубашку на весу, в другой — мой второй носок, который только что извлекла из-под собственной задницы. — В темпе, в темпе!
Подошла к ней сзади и начала расчёсывать её красное карэ. Расчёска скользила по волосам, мягко и ритмично.
— Т-там же церемония... открытия, а потом церемония поступления! — свободной рукой я закидывала в сумку тетрадь, до которой смогла дотянуться, смартфон и ещё какую-то мелочь.
Закончила с её волосами, я подскочила к зеркалу. Начала расчёсывать себя, хмуря бровки и пытаясь распутать ночные колтуны. Одновременно пыталась стянуть с себя шорты, надеясь, что они сами шлёпнутся на пол. Не шлёпнулись.
— Дура! Если мы опоздаем, то вместо этих церемоний нас будет ждать церемония ОТЧИСЛЕНИЯ! — Сара уже накинула на плечи рубашку, но ещё не застегнула её.
— Сама дура!
Резинкой собирая волосы в высокий хвост, а в зубах держа мой носок, она подскочила ко мне. Подняла ногу, зацепила край моих шорт пальцами ноги и одним ловким движением стянула их вниз.
Перешагнув через них, я кивнула ей не глядя.
Потом она упала на колени (это было похоже на супергеройское приземление) и стала натягивать носок мне на ногу. Я стояла на одной ноге, пытаясь удержать равновесие, и одновременно цепляла на чёлку серебряную заколку, убирая прядь в левую сторону.
Ветер снова качнул штору, и в комнату влетели ещё несколько лепестков сакуры.
Следом я открыла шкаф и начала натягивать на плечи свою школьную рубашку, быстро застёгивая пуговицы. Пальцы дрожали — от волнения или спешки? Наверное, и то, и другое.
Сара на фоне уже схватила свою юбку с тумбы и натянула на талию, но не застегнула, она так и висела на ягодицах, пока Сара отвлеклась и стала закидывать в мою сумку свой смартфон и остальные тетради.
Подскочив к ней, я дёрнула за язычок молнии на её юбке и потянула вверх. Готово.
Едва я начала натягивать уже свою юбку, как Сара взяла в руки алый галстук, обвила его вокруг своей шеи и встала напротив меня, лицом к лицу.
— Ю~, помоги! — попросила она. — СРОЧНО!
— Та блин! Сайка! — пискнула я и схватила её галстук за края.
В тот же миг она поймала мою юбку, которую я так и не успела застегнуть. Я пыталась завязать ей аккуратный бант, а она поправляла и пыталась застегнуть мою юбку. Бант сбивался, путался и выбивался из-под воротника.
Сара дёрнула ползунок молнии вверх, резко и всё-таки совладала с юбкой.
— А ты кажется поправилась! — с убийственной ухмылкой выдала она вдруг хриплым голосом. Всю убийственность ухмылки рассеял лепесток сакуры, мягко приземлившийся прямо ей на кончик носа.
— ЧАВО?! Не правда! — пискнула я и затянула её галстук так, что она аж захрипела.
— Кхэ! Задушишь! — выдавила она, сдувая лепесток с носа привычным движением, будто прядь волос. — Фуф. Дай я сама дальше!
Кажется, почти всё.
Повернувшись обратно к зеркалу, я поправляла галстук на себе одной рукой, а вторую вытянула под нос Саре, которая уже застегнула рубашку и натянула носки.
Она поняла без слов.
Протянув обе руки, она взяла мою ладошку, приподнимая её поудобнее. Я замерла — её пальцы были чуть влажными и очень холодными. Второй рукой она аккуратно, но покрепче затянула фиолетовый браслет на моём запястье.
Переглянувшись, синхронно поправили друг другу волосы.
Потом одновременно посмотрели в зеркало.
Мы стояли красивые, готовые к новому этапу в своей жизни. Ученицы старшей школы. А на фоне, в комнате, кружило несколько бледно-розовых лепестков.
Вдруг я отвела взгляд от себя в зеркале и повернула голову в сторону Сары.
ЗЫРК.
Она перевела взгляд на меня.
ОТВЕТНЫЙ ЗЫРК.
— Волнуешься?
— Нет! — я выдохнула нервно.
— Врёшь, — она усмехнулась кривым уголком рта. — Твой "зырк" тебя выдал с поличным.
— Пойдём уже! — простонала я, хватая сумку.
— Погоди!
Она шагнула ко мне и поправила воротник моей рубашки, привычный жест, который она делала сотни раз.
— Теперь всё, — сказала она, отстраняясь. — Пошли.
〰〰〰〰〰〰〰
Мы влетели в актовый зал за секунду до того, как двери должны были закрыться. Сара, тяжело дыша, плюхнулась на стул, я села рядом, сердце колотилось от бега и от осознания того, что мы всё-таки успели.
Огромный зал, ряды стульев, заполненные родителями в строгих костюмах и учениками в чёрно-белой форме. Я никогда не видела столько людей в одном помещении. Сверху, с балкона, на нас смотрели старшеклассники.
— Ю~, — шепнула Сара, тыкая меня пальцем в бок. — Дыши.
— Я дышу.
— Угу-угу, вижу.
Церемония началась с того, что директор вышел на сцену. Низким голосом он говорил о традициях, о чести, о том, что мы — новое поколение, которое продолжит историю школы. Слушала вполуха, потому что мой взгляд любопытно блуждал по залу.
А потом на сцену поднялся парень.
Миура Горо.
В идеально отглаженной чёрной форме, с белым платком в нагрудном кармане. Голос был твёрдым и чётким. Официальный представитель старшеклассников.
— Мы рады приветствовать вас в стенах нашей школы, — говорил он, глядя на нас, новых учеников. — Здесь вы найдёте не только знания, но и друзей, и поддержку. Помните: вы не одни.
Не могла отвести взгляд, он такой... Что-то в его голосе, в его позе, заставляло меня слушать. Рядом Сара хмыкнула и пихнула меня локтем.
— Красавчик, да? — прошептала она.
— Что? Нет! — я поспешно отвела взгляд, но щёки залились теплом.
— Ещё какой, — выдохнула она. — Твои щеки тебя выдают.
Потом выступал Катаяма, наш одноклассник, говорил так громко и уверенно, будто репетировал речь год. Он что-то сказал о том, что мы готовы учиться и не подведём. Его слова встретили аплодисментами.
Наконец, представили учителей. Когда назвали имя «Такуми-сэнсэй», я подняла голову. Это наш классный руководитель, он был моложе остальных, в тёмно-синем костюме, с лёгкой усталостью в глазах.
Церемония закончилась.
— Ну что, — Сара уже вскочила с места. — Я в уборную. Встретимся в классе, окей?
— Агась, — кивнула я.
Она растворилась в толпе, а я направилась к выходу из зала.
Коридор был переполнен. Люди толкались, разговаривали, смеялись.
Пыталась пробиться к лестнице, ведущей на второй этаж, где располагались классы, но в какой-то момент кто-то сильно толкнул меня в плечо.
Из-за этого я пошатнулась, сумка выскользнула из рук, я тут же опустилась на корточки, чтобы поднять её, но вокруг мелькали ноги, чуть не наступая на меня.
— Эй, ты что себе позволяешь? — услышала я голос.
И подняла голову.
Этот парень, Миура, стоял перед тем старшеклассником, который толкнул меня. Его спина была прямой, а голос холодным и спокойным.
— Чего? — парень попытался принять угрожающую позу, но Миура даже не дрогнул.
— Извинись. Немедленно.
В коридоре воцарилась тишина. Все вокруг замерли, наблюдая за происходящим.
— Да ты… — начал задира, но Горо прервал его:
— Я не собираюсь повторять дважды.
Парень оглянулся по сторонам, увидел, что на него смотрят, и, сдавшись, буркнул:
— Извини.
Миура кивнул, потом повернулся ко мне, наклонился слегка, так как был значительно выше.
— Осторожнее. Здесь много людей, которые не смотрят по сторонам.
— Спасибо, — выдохнула я вставая.
Кивнув, он развернулся и ушёл, а я осталась стоять, сжимая сумку в руках.
Класс, куда я вошла, был светлым и просторным. Парты стояли ровными рядами, на доске уже было написано расписание. Я села на место у окна и положила голову на сложенные руки, пытаясь успокоить дыхание.
В дверь влетела Сара, запыхавшаяся, с растрёпанным хвостом.
— Фух! — она плюхнулась на место передо мной. — Едва нашла этот кабинет. Ты как?
— Нормик, — сказала я, не поднимая головы.
Такуми-сэнсэй, вошедший в класс, быстро построил нас, раздал учебники и объявил, что сегодня после классного часа мы свободны.
После классного часа мы вышли из школы вместе.
Воздух был тёплым, пахло весной и цветущей сакурой. Другие ученики разбегались в разные стороны — кто-то с родителями, кто-то с друзьями. А одна, наша новая одноклассница с черными косичками-крендельками, и вовсе с мамой, с папой и с двумя братиками, один маленький ещё, а второй явно намного старше.
Мы же шли вдвоём, без взрослых, как обычно.
— А ведь если бы ты не осталась у меня ночевать, — начала я, — то одна из нас точно опоздала бы сегодня в школу. Или обе.
— Пха. Получается, не зря мы вчера решили за вечер посмотреть весь сезон аниме про кошко-девочек-горничных? Я знала, что это было правильное решение.
— Вообще-то, после аниме мы ещё до поздней ночи сидели и рисовали на полу, — поправила я.
— Ты рисовала, — Сара пожала плечами. — Я просто сидела рядом и смотрела, как ты прикусываешь язык и пытаешься не заснуть. И, между прочим, я уснула раньше тебя.
— И ты храпела! — воскликнула я.
— Не храпела!
— Храпела! Я слышала!
— Ты меня с кем-то путаешь, Нэкогава, — обиженно надула губки Сара с наигранной, детской обидой, что я не выдержала и рассмеялась.
Мы шли по аллее, усыпанной лепестками сакуры.
— Ладно, — сказала я, — может, и не храпела. Но точно сопела, как маленький ёжик.
— Я тебя убью, Нэкогава! — закричала она и кинулась на меня с объятиями, чуть не повалив на землю.
Услышав мой визг, она засмеялась, и мы, сцепившись в дурацкую кучу, чуть не упали на траву, но удержались, как всегда.
〰〰〰〰〰〰〰
За окном сиял оранжевый закат.
Сидя на краю кровати в своей комнате, я погрузилась в собственные мысли. Вернее, не в мысли — в поток ощущений. День казался бесконечным. Теперь я училась в старшей школе, там, куда мечтала попасть долгие годы. Сегодня, наконец, свершилось.
Закат был ярким. Скоро стемнеет.
Тьфу, опять я грызла карандаш — привычка, от которой никак не могла избавиться. Старшекласснице такое уже не по статусу. Да и на вкус ластики уже не такие прикольные, как в начальной школе.
— Нэкогава Юдзу! Приём, вызывает Земля!
Голос Сары разрезал тишину, возвращая меня в реальность. Подняв голову, я встретилась с её зелёными глазами. Хорошо, что мы поступили в один класс.
Всё-таки девичья дружба — это невидимая нить поддержки и добра, связывающая две души.
— Да, прости, Сара. Засмотрелась на…
— На закат? Нет уж, смотри на меня! Ты меня рисуешь, а не солнце. — голос Сары превысил допустимый уровень децибел, больше похожий на раздражённый визг тюленя.
Улыбнулась, вспомнив, как часто мы занимались этим вместе. Сара была первой, кто заметил мою страсть к рисованию. Она поддерживала меня и вдохновляла — иногда грубо, но всегда искренне.
— Рисую, рисую. Можешь повернуть голову чуть-чуть в сторону окна? Ага, вот так…
Прицелилась в неё карандашом, словно собираясь метнуть прямо в лоб. Мой взгляд стал сосредоточенным, брови опустились. На бумаге, под нажимом твёрдо-мягкого грифеля, постепенно появлялись черты её лица.
Глаза — хитрые, слегка острые, с лёгким прищуром. Наверное, она родилась с таким взглядом. Косая чёлка отбрасывала тень на румяные щёки. Несколько прядей скрывали пирсинг в ухе. Каре было собрано в высокий, растрёпанный хвост, завязанный резинкой. На ней была строгая белоснежная рубашка, расстёгнутая на две верхние пуговицы, с поднятым воротником.
Закат был таким ярким…
Только я собралась сделать набросок губ, как её мягкая улыбка приобрела коварный вид. Уголки губ, с одной стороны, натянулись почти до самого уха. Жутковато.
— М-ха-ха! Юдзу! Знаешь, что я нашла… Я проголодалась, потом дорисуешь!
Её рука метнулась к пончику, торчащему из моей школьной сумки. В мгновение ока половина пончика исчезла. Он пал смертью храбрых. Я никогда его не забуду… И всё-таки девичья дружба жестока.
— Угощайся, Сара. Но я тебя дорисую сегодня. Хотя бы лицо. Посиди ещё немного, твоя попа не отвалится, — сказала я, стараясь не обращать внимания на крошки шоколада под её носом.
— Океюшки… Могу сидеть хоть до утра. Дома делать нечего, — пробормотала она с набитым ртом. В голосе небрежность. Но я заметила, как она быстро отвела взгляд. Опять.
Мне нравилось, как у меня получалось.
На столе лежали старые наброски. Сколько раз я уже рисовала Сару! Её образ менялся с каждым годом, а вместе с ним совершенствовалось и моё мастерство. Надо будет попробовать нарисовать ещё кого-нибудь.
— Твоя мама ещё долго в командировке будет? — поинтересовалась Сара.
— Да, недели две, три. А когда вернётся, то потом почти сразу же снова уедет… Я даже завидую тебе, что ты дома не одна.
— А я завидую тебе. Что ты одна дома…
— Нечему тут завидовать, — возразила я.
— А, забей… — Сара принялась добивать остатки пончика.
Всякий раз, когда разговор грозил затронуть её домашнюю обстановку, она умело меняла тему или замыкалась в себе. Я не настаивала, вновь сосредоточившись на рисунке.
Достала из пенала ярко-красный карандаш и подняла его так, чтобы видеть на фоне заката.
Закат уже стал таким горячим и алым. Я, увлечённо прикусывая кончик языка, окрашивала волосы на рисунке. В этот миг карандаш, закат и её волосы были одного цвета.
— Сара, ты не видела зелёный карандаш? — спросила я, оглядывая стол.
Затем подняла взгляд — Сара уже пыталась раскрасить себе ноготь зелёным карандашом. Она медленно подняла глаза на меня…
— Э-э-эхехе! Этот? Ты всегда после красного берёшь зелёный, Юдзу. Может, попробуем изменить привычку?
Она размахивала карандашом, смеясь.
— Эй! А ну-ка дай сюда!
Потянулась за ним, но Сара ловко увернулась. И ещё раз. И снова она увильнула.
Пришлось схватить её за запястье и отнять карандаш силой.
После волос я всегда окрашивала её выразительные глаза. Если бы они были красными или розовыми — я бы пририсовала луч лазера. Если бы голубыми — ледяной луч. А если бы карие, как у меня…
— День выдался такой насыщенный! — выпалила Сара, перебивая мои мысли. — Я вряд ли смогу сегодня уснуть. Наш новый учитель очень строгий, жа? Но одноклассники вроде милые. Можно завтра, например, собраться большой компанией после уроков. Ба-а-алин, я точно не усну…
— Если не получится уснуть, можешь написать мне, поболтаем, — предложила я. — Обычно тебе это помогает.
— Пожалуй, я так и сделаю. Ну что, как успехи? Покажи! — Сара подошла и встала у меня за спиной.
— Это пока лишь набросок…
— Красота! — восторженно произнесла она, поглаживая меня по спине. — Даже лучше, чем я на самом деле.
От удовольствия я покраснела. Мнение Сары было для меня важнее всего, она всегда понимала меня лучше всех.
Порисовав ещё пару минут, я отложила рисунок на стол.
Сара встала со стула, вытягивая руки вверх, затем в стороны, кажется, у неё хрустнули суставы. Хотя я могу ошибаться.
— Ю⁓, отнеси меня домой!
Нет, у неё хрустнуло что-то в голове. Так и было.
Почему-то, несмотря на её вечную наглость, я просто сложила голову на ладони и добродушно смотрела на неё. То на неё, то на свой рисунок, проверяя, похоже ли.
Тихая вибрация смартфона у ноги вырвала меня из раздумий. Проверила дисплей — мама. Сара, заметив это, бесшумно выскользнула из комнаты на цыпочках. Это тактическое отступление?
— Мамочка! Привет!
— Привет, Юдзу. Я только вернулась с работы… Поздравляю с первым днём! Как всё прошло?
Её голос был усталым, но тёплым. Я улыбнулась в трубку.
— Всё хорошо. Мы сходили на церемонию, познакомились с одноклассниками. Мне очень нравится. И мам… скучаю. Когда мы увидимся?
— Дочь, не скоро. Ты же понимаешь… — она помедлила. — После того как твоего отца не стало, работа на мне и… Я постараюсь приехать до конца месяца, хорошо? Деньги переведу завтра. Будь умницей. И пиши мне почаще.
— Пока, мам.
Убрала телефон и на мгновение прикрыла глаза.
День был длинным.
Спустившись на первый этаж, увидела Сару — она уже накинула свой мягкий бежевый свитер, обулась и ждала меня в прихожей, протягивая мой пиджак с невинной улыбкой. Мне не оставили выбора.
Мы вышли на вечернюю улицу. Хотя какой вечернюю? Уже практически ночную.
Сара уговорила меня проводить её. Мы шли, держась за руки. Наверное, потому что так было спокойнее. Темнота всё-таки.
Навстречу нам попалась тётушка Каори, мамина знакомая.
— Ох, девочки, вы всё ещё ходите, держась за руки? — шепеляво пошутила она. — Либо у вас скоро свадьба, либо вы ещё не повзрослели?
Сара смущённо отпустила мою руку, а я почувствовала странное покалывание внутри и машинально поправила плетёный браслет на запястье.
— Пха! Ну и шуточки у вас, тётушка! — язвительно ответила Сара. — Не переживайте, вас мы пригласим в первую очередь!
Мы живём близко — на одной улице, отделённые несколькими домами и детской площадкой. Именно в этом песке я откопала Сару двенадцать лет назад. Мама рассказывала, что нашла меня в капусте. А я нашла Сару в песочнице. В обоих случаях ребёнок остался навсегда с тем, кто его нашёл. Забавно.
Фонари отбрасывали жёлтый свет, слишком яркий, чтобы видеть звёзды.
Проходя мимо площадки, я тихо усмехнулась.
— Давай завтра после школы посидим тут, хорошо? — спросила Сара, наклоняя голову, чтобы заглянуть мне в глаза.
— Агась! — выпалила я автоматически, даже не поняв, о чём она спрашивала.
— Эй, ты сегодня какая-то задумчивая. Перевариваешь много информации?
— Вообще, да… — я запнулась. — Слушай… Помнишь того старшеклассника, который выступал на церемонии? Миура Горо? Он же в третьем классе?
— Наверное, — Сара пожала плечами. — Видела его с какой-то блондинкой. Она точно в выпускном.
— Ясно.
Мы подошли к её дому. Сара крутила в руках ключи с брелоком в виде ушастого монстрика, которого я подарила ей год назад. Шаги замедлились.
— Понравился? — спросила она, заглядывая мне в глаза.
Мои щёки запылали.
— Ага, — коротко ответила я, кивнув.
— Хочешь, завтра устрою так, чтобы вы с ним пообедали вместе? Пу-ха-ха!
Сердце застучало где-то в ключице.
Грохот. Треск. Хлопок. Нет, это не в моей голове.
Звук битой посуды. Кажется, эти звуки доносились со стороны дома Сары. На первом этаже, там, где кухня, в окнах горел свет, мельтешил силуэт.
Как будто не придав этим звукам значения, Сара приобняла меня за плечо и поцеловала в щеку по традиции.
— Спасибо, что проводила, пупс. До завтра! — выдавила она улыбку.
— Сайка…
— Всё хорошо, иди домой. И… напиши мне перед сном, ладно?
Чёлка Сары отбрасывала тень так, что её глаз не было видно. Она развернулась и направилась к двери. Я стояла и смотрела, как она медленно вставляет ключ в замок, ждёт несколько секунд, потом поворачивает его и уходит внутрь.
Ещё какое-то время я постояла перед её домом. Сжала браслет на запястье и развернулась.
Грохот. Треск. Хлопок.
〰〰〰〰〰〰〰
Нравится? Юдзу и Сара ждут вас в ТГК: @TakefasaProject