Глава 89 — Глава 88 (83)
И
это были слова, которые давно терзали
любопытство Элен.
– Как
Вы познакомились?
– Я
подошёл к нему первым. 7 лет назад.
– …
– Я
пытался собрать доказательства того,
что Кайвин проклят Дьяволом.
– Что?
– Элен показалось, что она неправильно
расслышала его слова.
Сидрион,
поймавший растерянный взгляд Элен,
слегка улыбнулся:
– Это
немного длинная история.
– …
– И,
возможно, неприятная.
После
минутного молчания и паузы Сидрион
спросил:
– Вы
хотели бы послушать её?
Разум
Элен, размышляющий о том, нужно ли ей
это, набрался решимости:
– …да.
*****
Сидрион
был сиротой.
Как
только его отняли от груди матери, то
бросили в старом грязном переулке.
Ребёнок,
который не умер, а выжил и научился
просить милостыню лучше, чем чему-либо
другому.
Даже
в тот день, повинуясь инстинкту
самосохранения, он схватил за одежду
человека, одетого в самую чистую одежду
и захныкал:
– Дяденька…
– Хм?
– Я
голоден… я хочу кушать.
– Что
за грязное отродье! Я знаю, что это…
Тем,
кого поймал ребёнок, был верховный жрец
Храма, поклоняющийся богу солнца Иора.
– Похоже,
он бедный ребёнок, потерявший своих
родителей. Как насчёт того, чтобы забрать
его в Храм?
– Что?
– Ох,
ты последуешь за нами? Если ты пойдёшь
с нами, то в будущем не будешь голодать.
– Первосвященник,
что Вы…
То,
что Первосвященник увидел в тот день в
узком и грязном переулке, было ничем
иным, как перспективным ребёнком.
Ребёнок
был грязный и в равной одежде, однако
присмотревшись можно было заметить,
что его кожа была чисто белой.
Белоснежный
блондин, без единой примеси других
цветов.
У
ребёнка была кукольная внешность,
поэтому вскоре он стал «куклой» храма.
– Первосвященник,
Вы уверены? Может ли такой ребёнок
действительно жить с нами?
– Естественно.
Мы можем спасти ребёнка благодаря нашей
вере.
– Ах,
Первосвященник… Я буду доверять Вашему
выбору. Раз Первосвященник сказал «да»,
я не буду сомневаться в принятом решении.
Со
временем ребёнок превратился в мальчика
и стал официально носить храмовую форму,
начиная работать.
У
Сидриона была лишь одна работа.
Успокоение
общественного настроения.
Работа,
данная мальчику, была направлена на
исправление сердца слабого верующего,
которого легко можно было поколебать
и сломить тревогой или страхом.
Но
за этим стояла несколько иная роль.
– Первосвященник.
– Сидрион,
что случилось?
– Сегодня…
я познакомился с миссис Арден.
– И?
– Она
спросила, заслуживает ли её ребёнок
жить.
– Ты,
должно быть, ответил, что заслуживает?
– Да,
но… Разве раньше Вы не говорили, что не
можете спасти её ребёнка? Я слышал, что
говорили священники. У него неизлечимая
болезнь, поэтому Храм ничего не может
сделать.
– …Разве
я не говорил этого? Ты должен быть верен
лишь своей работе.
– …
– Твоя
работа – дарить верующим веру. Кроме
этого тебе не нужно знать или беспокоиться
о чём-то.
– Но
мне очень жаль миссис Арден. Миссис
Арден верит, что её ребёнок сможет
выжить, и каждую неделю платит Храму
большие суммы. Если…
– Сидрион,
это ребёнок Бога. Если ты продолжишь
перечить мне, я ничего не смогу с этим
поделать. У меня не останется другого
выбора, кроме как наказать тебя.
– …!
– Отведите
его в подземелье и заприте на 3 дня.
– Простите,
я ошибся. Первосвященник, я был не прав.
Я ошибся!..
– Отпустите
его лишь через 3 дня.
Сидрион
старался успокоить сомнения в своём
сердце.
Другими
словами, это было сделано для того, чтобы
блокировать подозрения и недоверия,
вызванное другими людьми.
Лояльность
Храму всегда доказывалась «деньгами».
– Священник,
болезнь моей жены не изменилась. Как
мне…
– Это
из-за недостатка искренности веры. В
следующий раз пожертвуйте…
– Священник,
священник. Моя мама не открывает глаза.
– Вы
должны проявить больше веры. Остановись
у Храма, помолись и сделай пожертвование
в соответствии со своей верой…
Люди
легко ослеплялись тем, что они видели.
Светловолосый
мальчик, одетый в белоснежную форму
священника, выглядел как ангел и те, кто
посещал Храм, легко верили словам
Сидриона.
Даже
если они звучали очень абсурдно.
Иногда,
когда Сидрион взывал к своей совести и
говорил, что не может продолжать,
Первосвященник заключал его в подземелье
на несколько дней.
Подземелье
было местом, где грешники, совершившие
грех против Храма, являющиийся
богохульством, заключались в ловушку,
подвергались пыткам и умирали.
Сидрион
не мог нормально выпить и глотка воды
в подземелье, слушал крики боли, проклятия
и вопли, прежде чем его освобождали,
когда он оказывался на грани сумасшествия.
Роль,
отведённая Сидриону, не изменялась, и
дни мальчика проходили незаметно. Точно
так же, как и раньше.
– Священник,
Вы уверены? Если я буду молиться Богу,
я смогу выжить?
– Да,
это так. Если Ваша вера истинная, то это
возможно…
– Священник
так похож на моего покойного брата.
– …
– Мой
брат говорил точно так же. Если ты
искренне веришь, то сможешь выжить.
– …
– Если
я умру, мои родители опечалятся, верно?
Я хочу жить. Я действительно хочу жить.
– …
– Я
правда могу жить?
– Бог…
он не отворачивается от тех, кто молится
от всего сердца.
Ребёнок
умер.
Чтобы
спасти своего ребёнка, родители продали
всё своё имущество и делали пожертвование
Храму, даже находясь в долгах.
Когда
ребёнок умер, Храм запретил его родителям
входить в Храм, и однажды родители
ребёнка, плачущие и протестующие перед
Храмом, были изгнаны силой.
Спустя
некоторое время стало известно, что
родители покончили с собой прямо перед
могилой своего ребёнка.
В
тот день Сидрион не мог ничего есть.
Если
он насильно терзал своё тело, то был
очень доволен этим.
Сидрион
не мог нормально спать, поэтому он смог
сделать перерыв в общении с прихожанами,
поскольку его внешность стала выглядеть
не очень хорошо.
*****
У
Элен закружилась голова.
– Храм
делает подобное… Можете ли Вы поверить?
И всё же люди продолжали верить Храму
и приходили молиться.
– …подождите,
подождите, – Элен прервала речь Сидриона.
– Поскольку такие бедствия как засуха
и наводнение не происходят, нет
необходимости приносить жертвы Богу…
«Ведь
даже сегодня больные люди и их семьи
посещают Храмы, молятся и делают
пожертвования.»
Сидрион
ответил спокойно:
– Не
все те, кто заболел и пришёл в Храм,
умирали.
– …
– Иногда,
несмотря на то, что это была неизлечимая
болезнь, были случаи, когда болезнь
чудесным образом исцелялась, и тогда
это становилось достижением Храма,
независимо от остальных фактов.
– …ха.
– Это
был всего один случай из ста, но этого
было достаточно, чтобы собрать отчаявшихся
людей в Храме.
Элен
сжала губы.
«Я
не думала, что Храм будет полностью
невинным, поскольку я слышала голоса,
говорящие о негативе Храма…
Но
всё настолько плохо.»
Сидрион
посмотрел на застывшее выражение лица
Элен и медленно продолжил:
– …момент,
когда я встретил Кайвина, произошёл ещё
спустя примерно 2 года.
*****
Прошло
ещё некоторое время и Сидриону исполнилось
17 лет.
К
тому времени, когда он достиг
совершеннолетия, в Храме произошла
чрезвычайная ситуация.
– Статус
Храма уже не тот, что раньше.
– Говорят,
что среди знати один за другими раздаются
голоса, ставящие под сомнение роль
Храма.
– Изворотливые
аристократы. Они начали осознавать, как
им будет неудобно, что мы пользуемся
теми же привилегиями, что и они…
– Нужно
что-то делать…
По
иронии судьбы, высшее общество страны
отвергало Храм.
Глава
Храма, он же Первосвященник, решил
высказать своё мнение:
– Как
насчёт этого?
– Священник
Бекка, Вы что-то придумали?
– Все
знают Герцога Мэйхард. Ходят много
слухов о том, что он проклят Дьяволом.
– Я
знаю, но… почему именно он?
– Это
станет ритуалом, который превратит
слухи в факт и поспособствует изгнанию
демона из страны.
– Хм?
– После
сбора доказательств того, что Герцог
Мэйхард действительно проклят демоном,
и информирования всего мира в Храме
проведётся ритуал борьбы с демонами,
чтобы жертвы подобных действий Дьявола
больше не появлялись.
– Таким
образом, мы сможем показать силу и
полезность Храма. Это неплохо, но… Как
Вы хотите собрать улики?
– Если
присмотреться повнимательнее, разве
не обнаружится ничего подозрительного?
Если доказательств не существует, то
мы сможем их создать.
– Герцог
Мэйхард действительно останется в
стороне?
– А
что он может сделать? Это лишь ребёнок,
которому меньше двадцати лет, и с тех
пор, как он получил титул и умерла его
семья, прошёл всего год.
– Хм…
– Действительно,
что он может сделать против Храма в
одиночку? Не так ли, Первосвященник?
– …согласен.
Мы сделаем так, как предложил священник
Бекка и оставим этот вопрос Сидриону.
Когда
он был готов, Сидриона немедленно
отправили в Герцогство Мэйхард.
Задача,
поставленная перед ним, была проста.
Он
должен был бродить по окрестностям
поместья Мэйхард, чтобы найти самые
подозрительные места, но если таковых
не будет…
«Они
сказали, что я должен пострадать.
Если
я получу травму в месте, где много
свидетелей, Храм позаботится о слухах
о том, что рана была нанесена в результате
дьявольской силы.
Отвратительное
задание,» –
усмехнулся Сидрион, направляясь в
Герцогство Мэйхард.
– Пожалуйста,
не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо»,
в зависимости от того, где читаете наш
перевод. –