Глава 0 — Пролог

— Шастиль Лилквист, твой долг как Святого Рыцаря приостанавливается на неопределенный срок…

Глава
церковного филиала города Кианоидес, непосредственный начальник
Шастиль, кардинал Клавуелл сообщил ей о наказании три дня назад. На
самом деле он хотел, чтобы она покаялась в содеянном, однако ее никто не
принуждал к этому.

Уже
потеряв свое положение в церкви, Шастиль бесцельно брела по улице
Кианоидеса. В конце концов она добралась до места, где однажды
встретилась с одной девушкой.

— Я... глупая, не так ли? — в полном одиночестве она пробормотала эти слова себе под нос.

У Шастиль не было ни Священного Меча за спиной, ни Освященной Брони, которая являлась символом Святых Рыцарей.
Трое рыцарей, бывших в ее подчинении, предложили свое сопровождение, но
она отказалась. Ведь теперь она вновь стала обычным человеком.

Полмесяца назад появился новый Владыка Демонов. И величали его Заган. Убийца Магов Заган.

Владыка
Демонов не был королем монстров, демонов или чего-то в этом роде, как
можно было бы предположить из названия. На самом деле данный титул
присваивался тем, кто достиг невероятных высот в изучении магии.

Такие люди являлись заклятыми врагами церкви и преследовались ею всеми возможными способами.

Однако Шастиль отказалась исполнять свой долг по поимке Владыки Демонов.
Напротив, она высказала свои возражения на этот счет и утверждала, что
Заган являлся тем, с кем они не должны были сражаться. И в результате
она потеряла все, что связывало ее с церковью.

«Даже после всего этого я уверена, Заган никогда не поблагодарит меня».

Он
был не из тех, кто жаждет помощи от врага. На самом деле она
сомневалась, что он вообще знал о понятии «благодарность» в более
обычных обстоятельствах. Он только и делал, что верил в свою силу и
использовал ее направо и налево, отбрасывая все, что считал
иррациональным.

«И все же мне хотелось бы сделать что-нибудь для него», — сама Шастиль не была уверена, возможно, потому, что он уже дважды спасал ей жизнь или по какой-то другой причине.

Скорее всего, рано или поздно ее убьют. Церковь ни за что не позволит бывшему Святому Рыцарю жить свободно. Нет, она была уверена, что церковь сначала позаботиться о ней, а только потом переключится на Владык Демонов.

Она
стала врагом организации, которая была одержима уничтожением магов. От
одной только мысли об этом кровь застывала в ее жилах. С самого начала
Шастиль была робкой личностью. И все же, как ни странно, она не
чувствовала никакого сожаления. Шастиль была непоколебима перед лицом
власти, так что ей хотелось гордиться этим.

Если
Заган вспомнит о ней, то ей этого будет вполне достаточно. Единственной
ценной вещью в его сердце была та беловолосая эльфийка, и мысль о том,
чтобы проведать их, ни разу не приходила ей в голову.

Но
все же она хотела узнать, как они мирно проводят свое время и, в
конечном счете, видеть, как растет их счастливая семья. Если бы так и
было, то иногда вспоминать о них было бы для нее более чем достаточно.

По
мере того как это довольно угнетающее желание становилось все сильнее,
она видела, как их фигуры появляются перед ее глазами. Молодой человек с
его обычным злым выражением лица и девушка эльфийского происхождения.
Кроме того, между ними была очаровательная девочка, держащая их за руки.
Это было прелестное дитя со скверным взглядом, который напоминал о
Загане.

«Ну, этот чертов Заган наверняка станет любящим отцом», — Шастиль знала, что в глубине души этот человек очень добр.

— Ты... довольна своей одеждой?

— Мм... Спасибо, Заган.

Словно
эти слова принадлежали какому-нибудь неуклюжему отцу... Была ли это
слуховая галлюцинация? Наконец вспомнив кому принадлежит этот голос,
Шастиль пришла в себя.

— З-Заган? — найдя невероятным то, что она смогла наткнуться на них в такое время, Шастиль невольно вскрикнула.

Тут они, вероятно, также заметили ее присутствие, и молодой человек посмотрел на нее.

Это была не галлюцинация. И все же что происходит? С ними была маленькая девочка, стоявшая между ними.

— Н-не может быть... вы двое... вы уже успели настолько сблизиться, что у вас появился ребенок?..

Услышав эти слова от шокированной Шастиль, молодой человек заметно покраснел:

— Н-н-н-не говори таких постыдных вещей! Мы с ней еще не успели... — а потом он обменялся взглядом с Нефи, находящейся рядом с ним, что заставило их обоих в смятении отвернуться.

Казалось, будто он решил похвастаться, и Шастиль захотелось его ударить.

И в то время, пока они оба были потрясены, маленькая девочка указала пальцем на Шастиль.

— Заган, кто это? — у нее все еще был несформировавшийся голос, но ее тон, казалось, содержал и доверие, и привязанность.

Заган,
кивнув девочке, повернулся лицом к Шастиль. Будут ли в его глазах
приятные ностальгические ощущения или, возможно, чувство беспокойства,
вызванное произошедшими событиями? Шастиль сглотнула, непреднамеренно
издав соответствующий звук. А потом молодой человек сказал:

— Действительно, а ты кто?

В этот момент внутри Шастиль с треском что-то щелкнуло: «Этого не может быть... Не может быть, чтобы он меня забыл!? Не слишком ли далеко все это зашло?» — как и следовало ожидать, Шастиль не смогла сдержать слез.

А теперь давайте вернемся на несколько дней назад, чтобы понять, что же все-таки произошло.