Глава 177 — Без названия
Его слова были словно удар грома, из-за чего Гун Шэн впал в шок. Он
нахмурился и махнул рукой, приказывая всем остальным покинуть сцену. Он
посмотрел глубоко на Наследного Принца.
«Почему? Ты должен знать
причину, по которой ты можешь остаться здесь, это из-за нее…» - Гун Шэн
хотел сказать, что она свою жизнь обменяла на его!
«Именно из-за этого!» - Гун Чэ внезапно поднял голову и его глаза были полны слез, когда он смотрел на Императора.
«Именно из-за этого… это положение получено благодаря крови Сестры, не важно, хочу я его или нет!»
Его слова вызвали боль в сердце у Гун Шэна!
Он
всегда отказывался признавать, что Гун И Мо уже мертва поскольку они не
нашли ее тело. Однако, некоторые говорили ему, что возможно силы пороха
достаточно, чтобы ее тело взорвалось и потонуло в реке.
Гун Шэн моргнул глазами, заговорив после длительной паузы: «Ты такой… она не успокоится на небесах.»
«Мне все равно…»
Гун
Чэ сказал это крайне разбито. Он бледно улыбнулся: «Буду я Наследным
Принцем или нет, Младшая Сестра не вернется к жизни. Кроме того, у меня
есть кое-что, что я хотел бы попросить у Отца Императора.»
Гун Шэн вздохнул: «Говори.»
На лице Гун Чэ появился след нетерпения…
«Канал,
это идея Младшей Сестры и также она создала его начиная от плана и до
конструкции. Я надеюсь, что Отец сможет отправить меня продолжить
постройку канала! Самое большое желание сестры, это провести канал во
внутренние земли Великой Империи. Если Север и Юг будут связаны и
наладят торговлю, люди получат от этого много пользы! Но сейчас… сейчас…
она уже ушла…»
Его последние слова были едва слышно. В его голосе появилась дрожь, из-за чего сердце Гун Шэна дрогнуло, а глаза закрылись.
Гун Чж поднял свой дух и спокойно и решительно сказал.
«Теперь, когда ее нет, ее желание будет выполнено мной!»
Гун Чэ вновь поклонился и взмолился: «Я умоляю Императора!»
Император стоял на месте, долго ожидая, прежде чем открыть глаза.
«Твое тело… я боюсь, что я не могу…»
«Это
не проблема!» - Гун Чэ прямо поднял голову и прервал Императора. Его
глаза были полны надежды, внезапно он стал полным жизни: «Никто не
понимает, чего она хочет больше меня, никто не понимает ее сердце лучше
меня. Она сказала, что когда Великий Канал будет завершен, она хотела в
тайне назвать его и получить одобрение Отца Императора через меня.
Теперь, когда ее нет, желание и название которое она оставила, остались
на мне!»
Гун Шэн невольно спросил: «Какое название она придумала?»
Гун Чэ отчеканил каждое слово: «Преодолевающий Небеса Великий Канал! Связывающий всех, создающий большую семью под небесами!»
«Хорошо!»
Гун
Шэн внезапно зааплодировал, его глаза глубоко смотрели на Гун Чэ:
«Хорошее имя! Тогда он должен быть назван так! Преодолевающий Небеса,
хорошие слова!»
Он улыбнулся и устало махнул рукой: «Я понимаю,
что ты имеешь в виду. Этот император отправит тебя на восстановление
канала. Не нужно больше говорить о положении Наследного Принца. Ты
заслуживаешь его, позаботься о себе и быстрее возвращайся с триумфом.»
Гун Чэ внутри радостно кричал! Тем не менее его лицо оставалось бледным.
«Этот сын… благодарит повелителя!»
Когда
Гун Чэ вернулся в Восточный Дворец, Императрица ходила из стороны в
сторону и бормотала что-то про себя. Как только она увидела Гун Чэ, ее
глаза загорелись!
«Чээр, что ты пытался сделать? Твой Отец Император, он…»
Гун Чэ махнул рукой, давая сигнал ей успокоиться: «Отец уже согласился. Я все еще ответственен за все касающееся канала.»
Императрица была обрадована: «Правда?» - он явно встретился с императором всего раз, так почему добился такого великого эффекта?
Гун Чэ мягко улыбнулся: «Действительно.»
Но
по какой-то причине, глядя на знакомую нежную улыбку Гун Чж,
Императрица почувствовала себя странно чуждой для него. Ее сын… казалось
изменился.
В этот момент Гун Чэ выпил чашу, после улыбнулся.
Однако его тело было в этот момент слишком худым, из-за чего его улыбка была страшной.
Моер
отправилась в Си Чжоу, но он не смог пойти с ней. Это чувство контроля
других людей… ему уже достаточно! Он станет сильнее! Сильнее настолько
чтобы он смог сделать все что хотел! Он поклялся, что, когда Гун И Мо
ввернётся, он будет другим человеком.