Глава 37 — Без названия
Глава 37. Проклятое Дитя: Нечто Бесценное.
Личное пространство
остается местом, куда остальным лучше не лезть, даже если оно воплощено в качестве
Подземелья с сотней монстров, каждый из которых может какой-нибудь городок в
потенциале расфигачить.
Поэтому мое
недовольство тем, что в мое личное пространство лезут всякие готик-лолиты, было
вполне понятным. Но ей об этом прямо я говорить не решился и вместо этого хотел
ее выпроводить по-хорошему.
Но она просто
пропала.
Вот так вот, даже
не попрощавшись, взяла и свалила куда-то в свой портал.
Следом мое
подземелье покинули и мы с моей «дочуркой». Поначалу стоял вопрос о том, что
делать и куда податься – дома теперь у меня нет, а у девочки все родственники
погибли. Но Нао проявила чудеса храбрости и здравомыслия, попросив меня
похоронить дедушку и сестру.
Я был особо и не
против.
Только вот, гости
нас в том доме встретили совсем уж нежданные.
— Ты серьезно и в
это влез? — бросил на меня нечитаемый взгляд парень моих лет в форме полиции.
— К твоему
сведению, я уже как три дня в этом деле играю чуть ли не главную роль, — пожал
я плечами, глядя на Андрея Семина с ухмылкой. — И если бы я не имел привычки быть
в центре событий, то носил бы ты еще лейтенантские погоны.
Мой контакт в среде
полиции лишь фыркнул. Мы с Андреем не первый год помогаем друг другу, и не
удивительно, что он оказывался во многих местах быстрее своих коллег, и
заработал за мой счет вагон официальных благодарностей и маленькую тележку
медалей.
— Так это дело тоже
связано с этими фанатиками? — вскользь посмотрел Андрей на девочку, чью руку я
держу.
— Да, как можете
видеть. Девочка стала их целью, и… ну, ты знаешь. — не стал я так свободно говорить
перед Нао о смерти ее близких. — А вы что тут, из-за убийства?
— Есть такое, —
вздохнул он. — И потому придется у девочки взять показания.
— Инцидент случился
вчера ночью, и ей следует отдохнуть, — не согласился я, пока девочка
неосознанно чуть сильнее сжала мою руку. — Да и вы уже засранцев поймали, и
некоторые из них во всем сознались.
Озвучивать то, чего
хочу, я не стал, но это и так было понятно.
— Хорошо, следствие
будет идти еще долго, показания взять мы еще успеем, — кивнул он, прекрасно понимая,
что сейчас я отступать не намерен. — Ты будешь за ней присматривать?
Я задумался.
Девочка тоже занервничала, и почему-то я это чувствовал.
И что ответить?
Сказать нет и отдать ее властям? После всего что она пережила?
— Пару дней поживет
со мной, потом посмотрим. — решил я не принимать решения с наскоку, а хорошо
все обдумать.
— Твое дело, —
пожал он плечами. — Если что позвоню, но на всякий случай оставь место, где
собираетесь ночевать.
Он не стал
упоминать, что мой дом взорвали? Или хочет сначала проверить, знаю ли я, чтобы
потом удивить?
— В гостинице
«Пандора», знаешь ведь где это? — принял я решение.
Он удивленно пару
раз моргнул.
— Нет, впервые
слышу…
— Вот и хорошо, —
кивнул я. — Значит не будет незваных гостей.
На этом разговор с
Андреем закончился.
Тела родителей
забрали на допрос. Мой приятель может пойти ради меня на уступки, но всесильным
Андрей не является, и слишком уж выходящие из правил вещи приказывать своим
подчиненным не стоит.
Да и я не был
против того, чтобы тела старика и девушки полежали немного в морге. Мне меньше
хлопот.
С Нао я
действительно отправился в гостиницу, но название у этой гостиницы было другое,
и принадлежало учреждение нашей гильдии. Бронировать там номера могли только
члены гильдии, и на случай ЧП там всегда пустовал целый этаж.
Заведовала этим
заведением не то чтобы моя подруга, но что-то вроде знакомой, которая по
совместительству является сестрой Лены – девушки, что встречает всех членов
гильдии ДТБ в главном филиале. Вера, сестра Лены, была почти неотличима от нее,
хотя и вроде не близняшки. Даже поведение у них было одинаковым.
Поэтому снять номер
для меня не составило проблем. Никаких ненужных вопросов мне не задавали. Вот
если бы вместо маленькой Нао со мной была какая-нибудь девушка постарше,
вопросов было бы гораздо больше, ибо комнаты в этой гостинице не предназначены
для «такого» времяпрепровождения.
Получив ключ от
комнаты «5-13», я поднялся на пятый этаж по лестнице – ибо лифтам доверять я
перестал еще в семь лет – и, наконец, открыв дверь, не рассматривая номер,
свалился на кровать.
— Сумасшедшая
неделька… — простонал я, не обращая внимание на то, что тут я не один.
Нао встала в углу,
и оглядывалась на интерьер. Учитывая, в каком доме она жила до сего дня, она
вряд ли удивится. Номер этот был самым обычным, который встретишь в средненьких
гостиницах. Именно из-за таких условий я и считаю это место гостиницей, а не
общежитием.
— Чего не
присаживаешься? — взглянул я на чересчур тихую в последние полчаса девочку. —
Тебя что-то беспокоит?
Наверное, было
странно задавать этот вопрос, ведь у нее там сестру и деда убили, ее саму чуть
в жертву не принесли, так мы еще и на место, где все это случилось, только что
пришли. Но должен я был с чего-то начать ее успокаивать, так почему не с этой
фразы? Передо мной умный, но все еще ребенок, за такое она меня дураком не
посчитает и уж точно саркастично не ответит.
Послушно присев
рядом со мной на кровать, она со слезящимися глазами посмотрела на меня, и было
видно, что старается не заплакать.
— Что дальше будет?
— чуть ли не дрожащим голосом спросила она. — Что меня ждет?
Мало какой ребенок,
наверное, задавался бы таким вопросом. По крайней мере, в таком ключе. Я уж
точно не был в их числе. В одиннадцать лет для меня «завтра» было понятием не
особо волнующим. Жизнь сложится как сложится, а я просто выберусь из очередной
передряги, куда влипну по вине своей удачи. Будет ли за мной гоняться
маньяк-убийца, или забросит в колонию для несовершеннолетних, я со всем
справлюсь – я верил в это. Был готов терпеть голод, побои или даже смерть.
— А чего хочешь ты,
Нао? — взглянул я на нее.
Я знаю, что в
одиннадцать лет ответить на этот вопрос сложно. Я бы смог и в семь, и принял
свое решение и последствия, какими бы они не были. Но я был ненормальным
ребенком. Никому бы не пожелал такой же участи.
— Я… не знаю… — все
также стараясь сдержаться, ответила она.
— Ну, тогда
доверься случаю, — улыбнулся я.
— Случаю? —
переспросила она, явно удивленная, и главное, теперь уже чуть более спокойная.
— Верно, — кивнул
я. — В этот раз случай свел нас вместе. Среди тысяч людей, что могли оказаться
перед тобой в том переулке, именно я проходил там в ту же секунду. Что это,
если не случай? — пожал я плечами. — Ты можешь отказаться. На самом деле, зная
себя, я посоветовал бы тебе отказаться. Хорошим опекуном меня может назвать
только человек меня незнающий или моя ненормальная сестра, — фыркнул я и начал
говорить то же, что и своей сестре почти восемь лет назад. — Жесткие
требования, комендантский час, контроль твоей личной жизни вплоть до подруг, и
даже то, во что ты будешь одеваться, решать мне. Скажешь что-то вроде – «это
моя жизнь, и мне решать какой она должна быть», и ты вылетишь из моего дома, и
я никогда больше даже не взгляну в твою сторону.
Девочка удивленно
хлопала глазами, слушая все то же, что слушала Алиса чуть менее восьми лет
назад. Даже выражение лица у них было почти одинаковым, с поправкой на
азиатскую внешность девочки передо мной. Да что уж там, даже возраст у них
почти одинаковый – Алисе тоже было одиннадцать лет.
А я все продолжал и
продолжал. Фактически, я ставил условия, которые в наших реалиях многим
показались бы просто странными или ненормальными. В некоторых странах на меня
даже в суд могли бы подать.
Наконец все ей
объяснив, я перешел к самой главной части.
— И не подумай, что
этим я пытаюсь тебя напугать, чтобы ты не захотела, чтобы я стал частью твоей
жизни, — улыбнулся я ей, погладив по голове. — Восемь лет назад я и перед
сестрой ставил эти же условия, и только дурак сейчас скажет, что я ее не люблю.
Я просто предупреждаю тебя, чего ждать и за что можно оказаться вне моего дома.
Прекрасно понимая,
что одиннадцатилетняя девочка не поймет, я продолжал. Почему? Потому что это
запомнится в ее сознании. Сейчас большая часть того, что я ей буду запрещать,
для нее вообще что-то непонятное – как те же вечеринки и клубы, на которые она
точно ходить не будет – но это все равно отложится в ее голове, и, если я буду
как-то невзначай упоминать в отрицательном свете, или показывать свое призрение
к конкретным вещам, это же будет проявляться и у нее.
Правильно ли это,
что ребенка ставят перед такими условиями? Конечно нет. Волнует ли меня это?
Тот же ответ. Мой дом - мои правила, как говорится. Вон, Алиса, несмотря на
это, выросла вполне себе хорошей девочкой и никогда не жаловалась. Значит, не
так уж и ужасно мое воспитание.
Каждый человек
имеем право на тараканов в голове. А в моем случае можно и вовсе целый
исследовательский центр по изучению их разновидностей открыть. У меня их
хватает самых разных.
— Ну так что? —
потребовал я ответа, глядя на немного ошарашенную девочку.
Она не стала
кидаться мне в объятья со слезами радости и благодарности. Вместо этого она
отвела взгляд.
— М-можно я немного
подумаю, папочка? — слегка неуверенно попросила она.
А теперь гадай,
серьезна ли она, или просто пытается меня троллить.
«Ее воспитать будет
потруднее Алисы», — вздохнул я. — «Но сейчас у меня хоть помощники есть». —
вспомнил я непосредственно о сестре, моей рабыне и фамильяре. Не уверен, что
последние двое смогут научить Нао чему-нибудь хорошему, но пускай будет.
— Спасибо... —
медленно подползла ко мне кровати малышка и крепко меня обняла. — Я всегда буду
благодарна тебе, папочка…
«Ну, может все
будет не так уж и плохо», — утешился я, начав неосознанно гладить ее по голове.
Как же давно ко мне
так не пристраивалась Алиса. Я даже забывать стал, каково это, так нежиться в
чьих-то крепких объятьях.
Вот в такой позе я
и не заметил, как заснул. Нао, которая оказалась той еще соней, несмотря на
свой довольно активный характер, уснула со мной.
Так и прошла суббота.
Самый спокойный день на этой неделе, даже несмотря на разгром целого культа
фанатиков.
А впереди было
воскресенье.
*
*
*