Глава 438 — Благодарственное письмо от научного сообщества?
Глава 438.
Благодарственное письмо от научного сообщества?
«Здравствуйте, уважаемый профессор Лу, я профессор Кербер
из лаборатории Вендельштейна 7-Х. Мы встречались примерно в это же время в
прошлом году, не знаю, помните ли вы нашу встречу.
Я пишу вам лишь по одной причине. От имени Института
физики плазмы Общества Макса Планка, всей области термоядерного синтеза и ИТЭР
хочу поблагодарить вас.
На самом деле в прошлом месяце мы завершили установку
дивертора с водяным охлаждением, однако результаты оказались не столь хорошими,
как мы надеялись.
Но очень вовремя мы получили письмо с просьбой сделать
рецензию на статью от PRX. Используя предоставленную вами математическую
модель, мы переработали схему управления компьютера. И тут свершилось чудо!
Вы даже не представляете, как мы были потрясены.
Количество стабильной плазмы на орбите увеличилось на 50%!
Уверен, если мы продолжим менять схему управления и
чувствительность управления, то это число увеличится еще больше. В вашей
математической модели есть большой потенциал. Однако из-за технических
ограничений мы не в состоянии реализовать его.
Что касается расчетов изменений, то мы представим доклад
на следующей конференции МАгАтЭ (П.П.Международное агентство по атомной энергии).
Если вам интересно, то я могу получить для вас приглашение. Конечно, если вы не
можете присутствовать, то все равно можете посмотреть отчет на сайте МАгАтЭ.
В общем, благодарю вас. Кроме того, уверен, что многие
люди тоже должны поблагодарить вас…»
Лу Чжоу сидел с неописуемым лицом после прочтения письма.
Вот это совпадение.
Рецензентом оказался
профессор Кербер?
Но думая над этим, это логично. Область термоядерного
синтеза не велика. К тому же лаборатория Вендельштейн 7-Х — одна из немногих,
где есть стелларатор. Сложно придумать лучшего рецензента.
Слышал, что пуск
стелларатора стоит недешево и сжигает деньги с бешенной скоростью.
Думаю, это может
быть самым дорогим обзором статьи в истории PRX.
Внезапно к нему подошел Джимми:
— Что случилось, профессор?
— Ничего, — ответил Лу Чжоу и покачал головой, убирая
телефон, — мне нужно идти. У меня появились кое-какие дела. Это твое последнее
соревнование в университете, убедись, что выложишься на все сто.
— Однозначно! — Джимми широко улыбнулся и пошутил. — Планирую
закончить с трофеем в руках.
Клуб дронов продолжил тренировки. Попрощавшись с членами
клуба, Лу Чжоу вернулся в свой кабинет в Институте перспективных исследований.
Следом вошла Вера со стопкой документов в руках.
В глазах девушки появился огонек, когда она увидела Лу
Чжоу, после чего сразу начала отчитываться перед ним.
— Профессор, вот резюме для поступающих весной в следующем
году. Я распечатала их для вас.
Лу Чжоу кивнул:
— Спасибо, положи их на стол.
Кстати говоря, до конца года оставалось всего два месяца.
Обычно он пил кофе, тщательно отбирая несколько хороших
резюме из кучи. Затем он находил время и проводил собеседования, прежде чем
решит кому из “счастливчиков” достанется предложение от него.
Однако в этом году он не планировал набирать новых
студентов.
Во-первых, он слишком занят.
Во-вторых, после того, как он закончит со своими нынешними
студентами, наступит пора возвращаться в Китай.
Вера неловко спросила:
— Хотите, чтобы я разобрала их за вас?
Лу Чжоу улыбнулся:
— Не надо, я сам просмотрю их.
— Хорошо.
Вера кивнула и направилась к своему столу, возвращаясь к
своим делам.
Вэй Вэнь сидел рядом и увидел, что Лу Чжоу даже не
прикоснулся к стопке резюме, после чего внезапно спросил:
— Вы не будете брать новых студентов?
— Нет, я слишком занят.
Вэй Вэнь задумчиво кивнул.
Наверное, мне стоит
поторопиться и закончить дипломную работу…
Вэй Вэнь отбросил эти мысли и сосредоточился на работе.
……………………
Свежая статья в PRX вызвала сенсацию в мире физики плазмы.
На самом деле, не только в физике плазмы. Из-за своего
содержания она также стала сенсацией в прикладной математике, механике жидкости
и даже гидрологии и метерологии.
До этой статьи турбулентность считалась неразрешимой
хаотической системой.
А плазменная турбулентность — одна из самых сложных
проблем турбулентности.
Многих ученых в смежных областях поразила статья Лу Чжоу.
Потому что это было слишком внезапно.
Если бы Лу Чжоу не решил уравнения Навье — Стокса, или
если бы он не был известным ученым с хорошей репутаций, большинство подумало
бы, что это первоапрельский розыгрыш.
Статья содержала огромное количество сложных
математических методов. Для людей, не имеющих опыта в дифференциальной
геометрии и уравнениях с частными производными, понять работу Лу Чжоу
чрезвычайно трудно. Даже для людей, разбирающихся в математике, понадобится
прочитать статью Лу Чжоу в «математическом ежегоднике» о многообразиях Лу.
Те, кто потратил силы и время на чтение и понимания
статьи, были тут же шокированы используемыми математическими методами.
Точно также как полвека назад, когда Роберт Крайчнан
использовал квантовую теорию поля для исследования турбулентности,
удовлетворяющей уравнениям Навье — Стокса. Это единственная самосогласованная
теория на основе энергетических каскадов на сегодняшний день, задающая
современную теорию анализа турбулентности.
Работа Лу Чжоу в каком-то роде напоминала его или даже на
уровень превзошла ее.
Потому что никто никогда не думал, что можно разобраться с
турбулентностью вот так!
Через две недели после публикации статьи она вызвала
ажиотаж в научном сообществе.
В последнем выпуске Physical Review Letters пригласили
известного физика плазмы профессора Дитер Гофман, бывшего декана факультета
ядерной физики Дармштадтский технического университета, написать отзыв к работе
Лу Чжоу. Он выразил свои будоражащие профессиональные взгляды на индустрию.
«Его идея математической модели очень уникальна, но
используемые теоретические инструменты не являются чем-то новым. В конце
концов, многообразия Лу уже были опубликованы несколько месяцев назад и
использовались для решения уравнения Навье — Стокса.
Обычно применение математики в физике — работа
физика. После рождения надежного инструмента проверка его надежности — лишь
вопрос времени.
Если бы эта статья не появилась, то через пять-десять лет,
появилась бы аналогичная. Все, что последовало за этим, также произошло бы
через пять-десять лет.
Он в одиночку добился десятилетнего прогресса в области.»