Глава 214 — Без названия
Когда Бай Юньфэй вернулся в свои покои, он посвятил весь остаток дня
тщательному исследованию золотого кинжала, который создал Коу Чанкун.
Каждая мелкая деталь, каждый угол и каждое пятнышко духовного предмета
словно были намертво впечатаны в память юноши, словно он пытался создать
его копию у себя в голове.
Второй день он провёл за тем же самым занятием.
****
«Итак, Юньфэй, я рассказал тебе об основных моментах, играющих важную
роль в фазе Сжижения. Пришла пора тебе попробовать повторить это
самому. Покажи своему учителю, чего ты достиг за это время, — с улыбкой
проговорил глава Коу. Он взмахнул рукой, и на его ладони возник кусок
чёрной породы размером с кулак. – Это точно такой же кусок
вермикулитовой породы, как и тот, что я использовал в последний раз.
Вперёд, приступай», — с этими словами он бросил камень Юньфэю.
«Да, мастер», — с серьёзным видом ответил тот. Подхватив кусок
породы, юноша пару секунд внимательно его осматривал, после чего глубоко
вздохнул.
Его глаза словно прикипели к вермикулиту, а духовная сила начала собираться в правой руке.
Очень скоро над его правой ладонью под аккомпанемент приглушённого
взрыва вспыхнул ослепительный сгусток пламени, который полностью вобрал в
себя чёрный камень.
Подхваченный огнём, кусок вермикулита воспарил на несколько дюймов
вверх. Интенсивность потока духовной силы всё нарастала, и пламя с
каждой секундой становилось всё более жарким, и чёрный камень вдруг
начал уменьшаться в размерах прямо на глазах.
Примеси выделялись на поверхности сжимающегося куска породы и тут же сгорали без остатка, обнажая под собой золотистые участки.
Коу Чанкун улыбнулся, одобрительно кивая.
Но в какой-то момент Бай Юньфэй неожиданно скачком поднял температуру
пламени, и золотая жидкость, сочащаяся из остатков вермикулитовой
породы, вскипела.
«Не торопись, не торопись, Юньфэй. Ты ещё не закончил Сжижение», — раздался предупреждающий голос главы Коу.
Бай Юньфэй, не теряя сосредоточенности, коротко кивнул. Он тут же, не
повышая температуры пламени, направил в правую руку ещё больше духовной
силы, и золотая жидкость начала уплотняться и сжиматься.
Через некоторое время Коу Чанкун внезапно снова заговорил: «Достаточно! Юньфэй, стоп!»
Мысленно охнув от неожиданности, Бай Юньфэй поспешно остановил поток
элементального огня, но было уже поздно. Золотой сгусток жидкости не
выдержал жара и давления и вспыхнул ярким пламенем. А когда пламя опало,
потемневшая вязкая жидкость растеклась по ладони Юньфэя.
«М-мастер…» — юноша с тяжёлым сердцем взглянул на Коу Чанкуна, сгорая от стыда.
«Ха-ха, не бери в голову. Недостаток контроля огня – это нормально
поначалу, — глава Коу беспечно махнул рукой в утешение. – Опыт
складывается из тысяч неудач. Не думай, что у тебя всё должно получаться
с первого раза, с таким образом мысли нельзя подходить даже к самым
ответственным задачам».
В следующий миг Коу Чанкун взмахнул рукой, призывая груду
вермикулита, по высоте доходящую Бай Юньфэю до груди, аккуратно опустил
её на пол и протянул юноше единственный красный камень: «Что ж,
продолжим. Предупреждаю, на этот раз не спеши, ты должен сделать всё
сам».
«Да, мастер».
Бай Юньфэй покорно принял кусок породы и принялся за дело…
Неудача.
Неудача.
Неудача…
Прошло часов пять, прежде чем Бай Юньфэй наконец сумел отделить эссенцию очередного огненного камня от всех примесей.
Количество получившейся прозрачно-алой жидкости было совсем
небольшим, с полкулака, однако юноша несколько долгих секунд с гордостью
вглядывался в текучий шарик, парящий над его покрытой потом головой.
Коу Чанкун улыбнулся: «Очень хорошо. Теперь можно приступать ко
второй фазе. Юньфэй, попробуй скомбинировать полученную эссенцию с этими
тремя вторичными материалами…»
****
С утра до позднего вечера Бай Юньфэй упорно экспериментировал, изучая
каждую фазу процесса под неусыпным наблюдением главы Коу. Тем не менее,
каждая его попытка в конечном итоге оканчивалась неудачей… К этому
моменту юноша уже извёл на свои тренировки больше полутонны различных
материалов.
Если бы свидетелями этого истребления беззащитных камней стали члены
какой-нибудь мелкой школы или клана, то они бы однозначно решили, что у
юноши не все дома…
К наступлению ночи Бай Юньфэй так и не смог одолеть вторую фазу
Совмещения. Каждая попытка слить воедино различные материалы терпела
крах из-за недостаточно искусного контроля над элементальным огнём. Либо
ингредиенты сгорали дотла, либо оказались соединены в неверных
пропорциях.
Бам!
Волны пламени с грохотом прокатились по залу, а сфера золотой
жидкости, секунду назад плясавшая внутри огненной клетки, с шипением
расплескалась по полу подобно расплавленному металлу.
И снова неудача.
«Ф-фух…» — Бай Юньфэй резко выдохнул и с жадностью набрал в грудь
свежего воздуха. Его лоб был весь в поту из-за необходимости так долго
поддерживать максимальный уровень концентрации. С учётом огромного
расхода духовной силы и всех этих неудач, Бай Юньфэй чувствовал, что
практически дошёл до предела.
«Юньфэй, довольно на сегодня, ночь на дворе», — раздался голос Коу
Чанкуна, когда юноша уже потянулся к новому куску вермикулита.
Упав духом, юноша повернулся к учителю: «Мастер, ваш ученик хотел бы
попробовать последний раз… Возможно, именно в этот раз у меня наконец
получится…»
Коу Чанкун покачал головой: «Юньфэй, ты слишком нетерпелив. Тебе
стоит избавиться от этой черты, если ты планируешь всерьёз заниматься
изготовлением духовных предметов. Возвращайся к себе и как следует
обдумай всё, чему научился за сегодня. А завтра продолжим».
Бай Юньфэй с явной неохотой окинул взглядом изрядно уменьшившуюся кучу вермикулита.
«Да, мастер, — разочарованно вздохнул он. – В таком случае, позвольте откланяться…»
****
Вернувшись к себе, Бай Юньфэй даже не вспомнил про голод и жажду. Он
молча улёгся на свою кровать, упёршись взглядом в потолок, и погрузился в
размышления.
«Искусство создания духовных предметов оказалось… таким сложным! Я не
смог освоить даже первых, самых элементарных шагов…» — вздохнул он про
себя.
В самом деле, всё оказалось намного сложнее, чем он ожидал.
Неустанный контроль над элементальным огнём, который должен был иметь
разную температуру в зависимости от формы и строения материала, а также
необходимость сохранять мощный и устойчивый поток духовной силы уже в
другие участки – такая многогранная задача выматывала настолько, что
голова грозила взорваться от перенапряжения. По прикидкам Юньфэя, к
концу сегодняшней практики от его немалого запаса духовной энергии
осталась хорошо если половина…
Ещё пару мгновений рассеянный взгляд Бай Юньфэя блуждал по потолку,
но затем выражение его лица словно затвердело, а руки сжались в кулаки.
Разочарование и усталость в его глазах улетучились, а им на смену пришла
непреклонная решимость.
«Бездна, это же только первый день, а я уже чувствую себя
побеждённым? Да даже если я действительно потерплю неудачу, то это
великолепная возможность набраться опыта, как и говорил мастер! Нужно
просто продолжать впитывать в себя эти знания, и рано или поздно я
достигну своего!»
Изгнав из души пораженческие настроения, Бай Юньфэй сомкнул веки и
начал восстанавливать в голове картину сегодняшней практики. Он
внимательно изучал каждую свою неудачу, а самый незначительный прорыв
разбирал на кусочки и анализировал до мельчайших деталей. Каждое
предупреждение Коу Чанкуна было высечено у него в памяти, чтобы в
дальнейшем использовать эти замечания в качестве ментальных ориентиров
на пути к улучшению ремесленного искусства. Шажок за шажком, неудача за
неудачей, снова и снова. Бай Юньфэй учился…
****
На следующий день Бай Юньфэй вернулся к Коу Чанкуну для продолжения
обучения, и снова попытался взять штурмом вторую фазу, фазу Совмещения.
Неудача.
Он попробовал снова.
Неудача.
И снова.
Неудача.
Опять…
Ещё один день пролетел незаметно, но Бай Юньфэй так ни разу и не смог довести до конца этот этап.
На третий день всё повторилось.
И на четвёртый.
И на пятый…
****
Бай Юньфэю понадобилось десять дней, чтобы наконец прорваться к следующей фазе – Очищению. Только чтобы снова упереться в тупик…
Юноша стоял в центре зала, а в его руках уже принимал форму кинжала с
трёхдюймовым лезвием ослепительный сгусток света. Налитыми кровью
глазами глядя на него, Бай Юньфэй почти прорычал про себя: «Последнее
препятствие! Мощность огня на 70%! Пожалуйста, пусть всё получится!!!»
Тудум!
Огонь волной разошёлся во все стороны, но багровый кинжал в руке Бай Юньфэя не потерял своей формы.
«Я… Я сделал это! Я након…» — неистовый восторг затопил сознание
юноши, но в следующий миг его безжалостно пресёк внезапный отчётливый
хруст. Опустив глаза, Бай Юньфэй увидел, как по клинку пролегла трещина.
А затем… кинжал распался на куски.
«……»
От горечи и разочарования у юноши зазвенело в голове. Он сжал руку в
кулак, и металлическая пыль от неудавшегося предмета запорхала в свете
светящихся кристаллов, медленно оседая на каменный пол…