Глава 4 — В лес

Ты делаешь глубокий вдох, заставляя себя успокоиться. Если ты хочешь выжить и найти новый шанс сбежать, тебе нужно играть умнее.

Ты поднимаешь на него глаза, полные боли и отчаяния, но теперь в них появляется ещё кое-что — смирение. Или, по крайней мере, его иллюзия.

— Ты правда так сильно меня хочешь? — твой голос дрожит, но в этом есть доля игры.

Его взгляд становится ещё более тёмным. Он наклоняется ближе, его пальцы всё ещё крепко держат тебя, но теперь не с такой силой.

— Я одержим тобой, — отвечает он тихо, но в этом слышится угроза. — Я уничтожу весь мир, если он попытается разлучить нас.

Ты опускаешь взгляд, делая вид, что сдаёшься.

— Тогда… почему ты делаешь мне больно? — шепчешь ты.

Он замирает. Ты чувствуешь, как его хватка ослабла, как в его взгляде промелькнуло что-то похожее на сомнение.

Это твой шанс. Если ты сумеешь убедить его, что тебе можно доверять, у тебя появится возможность сбежать.

Ты решаешь продолжать играть на его эмоциях. Опускаешь голову, изображая сломленность, и тихо говоришь:

— Если ты так меня любишь… почему мне так страшно рядом с тобой?

Эти слова застывают в воздухе. Ты чувствуешь, как его руки дрожат, но он не отвечает сразу. Ты знаешь, что он одержим тобой, но всё ещё человек, а не чудовище — и тебе нужно заставить его почувствовать это.

Ты осторожно касаешься его руки — твои пальцы холодные, дрожащие, словно ты в самом деле напугана.

— Я не сбегала от тебя… — добавляешь ты мягко. — Я просто хотела дышать. Хотела понять… что для меня значишь ты.

Он замирает. Ты видишь, как его взгляд смягчается, как в его глазах мелькает боль и желание.

— Ты… ты лжёшь, — шепчет он, но в его голосе уже нет той уверенности, что была раньше.

Он сомневается. Значит, ты всё делаешь правильно.

Ты решаешь продолжать свою игру. Медленно поднимаешь на него глаза, полные едва сдерживаемых слёз, и делаешь несмелый шаг вперёд.

— Я не лгу, — твой голос мягкий, дрожащий. — Я просто… боялась.

Ты протягиваешь руку и осторожно касаешься его ладони. Он не отдёргивается, но напряжение в его теле ощутимо. Его глаза — наполнены одержимостью, но теперь в них проблёскивает что-то новое.

— Ты запер меня, как птицу в клетке, — шепчешь ты. — Но если ты откроешь дверь, я не улечу… Я вернусь к тебе сама.

Его дыхание становится неровным. Ты видишь, как он борется с собой, с собственными страхами потерять тебя.

— Ты правда… вернулась бы? — его голос звучит неуверенно, но ты знаешь — он уже поддался.

Ты делаешь вид, что немного колеблешься, словно сама не уверена в своих чувствах. Затем мягко киваешь, позволяя своей руке остаться в его ладони.

— Да… — шепчешь ты. — Если бы ты дал мне свободу… Я бы вернулась.

Он смотрит на тебя так, будто хочет в это поверить, но его одержимость борется с разумом. Его пальцы сжимают твою руку, но не с силой, а скорее с отчаянием.

— Ты… ты заставляешь меня терять голову, — его голос низкий, почти срывающийся. — Если ты убежишь, я уничтожу всё, чтобы найти тебя.

Ты видишь, что он уже не тот холодный тиран, который поймал тебя. Теперь он мужчина, боящийся потерять то, что для него самое дорогое.