Глава 15 — Без названия
— Розалин! Куда ты идёшь?
— Эй, ты что, с ума сошла?
Розалин замерла, когда чья-то рука потянула её назад. Шерти, бледный как привидение, увидев приближающуюся Розалин, испуганно отошёл ещё дальше.
— Отпусти меня.
— Отпустить? Ты серьёзно? Когда он в таком состоянии, лучше всего закрыть его здесь, пока он не успокоится!
Иан Биллион резко дёрнул её за руку. Розалин нахмурилась, но осталась непреклонна, отказываясь сдвинуться с места.
— Именно из-за того, что вы всегда избегаете его, отец до сих пор не может контролировать свои силы, - коротко отрезала она.
— Что?..
— Отпусти, - повторила Розалин.
Она отбросила его руку и уверенно зашагала к Шерти.
— Я же сказал, не подходи ближе! – нахмурился и яростно закричал Шерти.
Вот только его сузившиеся зрачки выдавали его глубокую тревогу.
— Если ты подойдешь, станет только хуже...
— Но, если ты потеряешь контроль, я умру, отец, - спокойно сказала Розалин.
Шерти вздрогнул.
Хлюп! В-ш-ш-ш-ш!
Туфли на её ногах начали плавиться.
— Я же сказал, не подходи!.. — крикнул Шерти, но уже тише. Он до смерти боялся, что сила, внезапно вышедшая из-под контроля, может причинить ей вред.
«Так вот как Бездна выходит из-под контроля», — подумала Розалин, делая еще один решительный шаг вперед.
Хлюп!
Опасный фиолетовый яд разъедал её туфли, которые она выбрала этим утром.
Бездна.
Так называли эти особые способности. Данная сила пробуждалась у людей случайным образом, и никто не знал её источник, поэтому её и прозвали Бездной. Тот, кто пробуждал в себе Бездну, обретал силу, которой не было у обычных людей.
«Я знала, что отец обладает какими-то способностями, но…»
Она и подумать не могла, что он владеет такой силой, потому что никогда не видела, чтобы он её использовал.
Она знала, что некоторые виды Бездны сложно контролировать даже их обладателям, поэтому те, кто родился с мощной Бездной, носили украшения с камнями душ, чтобы подавлять свои способности. Количество таких украшений прямо указывало на то, насколько сильные у человека способности.
На каждом запястье Шерти было по три браслета с камнями души. И это еще не всё: помимо серег, его уши украшал небольшой пирсинг, а на пальцах красовались сразу семь колец. Даже герцог Биллион носил немало сдерживающих украшений, но Шерсти превзошёл его.
И всё же, несмотря на количество украшений, стоило его эмоциям взять вверх, как сила всё равно вырывалась наружу.
Шерти Беллион пробудил Бездну в тот момент, когда появился на свет. В тот же момент умерли его мать и акушерка, из-за чего его стали считать проклятым ребенком. Он вырос в изоляции. Одиночество было его единственным спутником, но, по крайней мере, его сила не представляла угрозы ни для кого.
— Не подходи…
Голос Шерти отчётливо дрожал.
Он не мог поверить своим глазам: его дочь, с невозмутимым и спокойным лицом, приближалась к нему, ступая прямо по смертельному яду, исходящему от его тела. Ему отчаянно хотелось, что всё это оказалось лишь сном.
— Мне, в общем-то, все равно, умру я или нет, — тихо сказала Розалин.
От её слов глаза Шерти расширились от шока.
— Меня здесь ничего не держит. В конце концов, я уже однажды умирала.
Гораздо более встревоженными выглядели не она, а Шерти и те, кто стоял позади неё.
— Отец, – осторожно начала Розалин. – У меня есть вопрос.
Если быть точнее, то мужчина перед ней не был её настоящим отцом. Если уж на то пошло, то… да. Человека, которому она могла задать этот вопрос, не было в живых в её мире. А мертвые, как известно, молчат.
И всё же Розалин не покидало грызущее чувство неправильности. Если люди в этом параллельном мире действительно являются отражением тех, кого она когда-то знала… то почему умер её собственный отец?
Если Бездна отца — яд, то у него должен был быть иммунитет к любым ядам…Так почему же он не заметил подлую уловку, которую провернула леди Кармель?
— Если человек, который невосприимчив ко всем ядам, умирает от отравления… как ты думаешь, почему? Какова причина смерти того, кто априори не мог погибнуть подобным образом?
Вопрос Розалин заставил Шерти замереть. Он пристально посмотрел на Розалин, в глазах которой читалось тихое, многозначительное выражение, и после долгого молчания наконец ответил:
— …Потому что организм этого человека перестал очищаться от яда.
На этот раз, услышав ответ Шерти, замерла Розалин.
Конечно.
В какой-то степени она ожидала именно такого ответа.
Розалин опустила взгляд и тихо вздохнула.
Если и наступал момент, когда умирало бессмертное существо, то когда именно? Наверное, только тогда, когда оно само отказывалось от жизни. Когда каждая клеточка тела отрекалась от борьбы. Когда в глубине души оно решало, что пора прекратить.
«Почему?»
Этот вопрос не давал покоя Розалин — именно его она отчаянно хотела задать.
Однако у мертвеца больше ничего нельзя было узнать, поэтому она молчала.
Не успела Розалин оглянуться, как уже стояла прямо перед Шерти. Тот посмотрел на её туфли, наполовину расплавленные ядом, протянул руку, но в нерешительности замер.
— Я всегда думала, что ты меня ненавидишь, отец. Думала, что я просто не оправдываю ваших ожиданий.
— …
Глаза Шерти, обычно скрытые за его длинной челкой, широко распахнулись.
А что если…
Если это неправда…
Взгляд Розалин потускнел.
— …Нет.
Бледная рука ухватилась за край одежды Розалин.
— Это не так…
Голос Шерти дрожал.
В этот момент Розалин медленно подняла руки, словно желая обнять его, но вместо этого она засунула что-то в рот Шерти.
Он рефлекторно сглотнул.
Это было необычайно сильное успокоительное. Разумеется, созданное исключительно для тех, в ком пробудилась Бездна.
«Как хорошо, что я приготовила его на всякий случай», — подумала она. В этом мире такого лекарства ещё не существовало — его создадут лишь через несколько лет.
Кадык Шерти, который в шок вытаращил на неё глаза, дернулся, и уже в следующий миг его тело повалилось вперёд.
Бах.
Едва Шерти ухнул на пол, Розалин отступила назад и сняла испорченные туфли.
— Ох, я уж реально подумала, что у меня сейчас ноги расплавятся, — тихо пробормотала она под нос и подняла голову.
Трое членов семьи Биллион смотрели на неё в шоке. На их лицах застыло горькое разочарование, словно какое-то невероятно долгожданное событие только что с треском провалилось.
— …Что-то не так? — спросила Розалин, отбрасывая в сторону испорченные туфли.
— Да нет, просто… дядюшка думал, что племянница наконец обнимет этого упрямого дурака.
Слова Эгиса заставили Розалин усмехнуться.
— Ты правда думаешь, что объятие что-нибудь изменит?
В конце концов, она не планировала оставаться в этой стране.
— И в любом случае, я не услышала его последних слов. Он потерял сознание, прежде чем успел договорить, — добавила она, бросив искоса взгляд на то, как Эгис закидывал её потерявшего сознание отца себе на плечо.
— Кстати, скоро на аукцион выставят шахту Нолан. Советую вам сделать ставку, — непринужденно обронила Розалин. Затем она подозвала горничную и приказала: — Принесите мне любую обувь, какую найдете. Мне все равно, чья она. Главное, чтобы она была мне по размеру.
— Ах, да! Сию минуту!
Розалин снова перевела взгляд на герцога Биллиона.
— Маркиз Герон тоже нацелился на эту шахту и, вероятно, предложит около миллиарда оллангов. Поэтому вам, на всякий случай, лучше предложить около двух с половиной миллиардов.
Герцог Биллион ничего не сказал, а выражение его лица было нечитаемым.
— Ха-ха-ха! Шахта Нолан? Ты про ту мусорную яму, в которой ничего стоящего нет? Там можно найти только никому не нужный дешёвый янтарь и мусор. И кто, по-твоему, станет покупать эту бесполезную груду камней за два с половиной миллиарда? Даже бродячая собака над тобой посмеялась бы.
Несмотря на смех и грубые слова Иана Биллиона, лицо Розалин оставалось равнодушным.
— Разумеется, покупать её или нет — исключительно ваше дело.
— В любом случае, прекрати вечно ввязываться во всё подряд, как идиотка. Ты вообще помнишь, кто он? Он убил свою собственную мать в момент своего рождения…
— Иан! — резкий, предупреждающий голос Эгиса разнесся по комнате.
Иан поджал губы и фыркнул, но замолчал под пристальным взглядом брата.
— Розалин.
— Да, Ваша Светлость? — ответила она, повернувшись к герцогу.
Герцог Биллион прищурился, глядя на нее, его взгляд был острым и непроницаемым, а его брови на мгновение сердито вздернулись.
— Зови меня дедушкой. Моя единственная внучка совсем не испытывает ко мне никакой привязанности, — проворчал герцог.
Розалин слегка нахмурилась, услышав его ворчание.
— Эх… Мои знакомые каждый божий день хвастаются, что их внучки для них делают. Совместные походы по магазинам, милые мелочи, всякие очаровательные выходки…
— А эти знакомые случайно не упоминали, не просят ли их внучки во время таких совместных прогулок что-нибудь им купить?
— Ну… думаю, да.
Розалин кивнула, ничуть не удивившись.
— Просто они не хотят тратить свои собственные деньги, поэтому им нужен ходячий кошелёк.
Герцог замер, сбитый с толку ее прямотой. Он явно не ожидал такого ответа.