Глава 4 — Интерлюдия: Комачи Хикигая не может решить судьбу кота

Работа – это здорово… Работа может питать душу.

Это последние слова, сказанные моим братом. Что случилось?
Он ведь только что был здесь, в клубе.

Однако на самом деле, он покинул клуб, сказав, что
собирается работать. Я также хотела взять сумку и отправиться домой, потому что
это моя обязанность – присматривать за братом. Однако Юкино-сан также ушла с
ним. Это странно… Теперь начальником моего брата должна быть Комачи… Конечно, в
этом случае есть нечто отличное от отношений начальника и подчиненного, но есть
ли у нее такой высокий авторитет? Какие тогда у них отношения? Я не осмелилась
спросить, потому что, если бы мне даже ответили, вряд ли Комачи что-то поняла в
его путаных объяснениях. Что ж, даже если у кого-то есть сила жизни и смерти,
старший сын сможет удержать ее. Кто знает? Итак, Комачи и Томиока-семпай все
еще в клубе.

Юи-сан и Ироха-семпай ушли домой.

— Вы не проголодались? Хотите пойти куда-нибудь поесть? (Ироха)

— Ах, хорошо! Мы обсуждали еду, и я чувствую, что я очень
голодна! (Юи)

Сказав это, они ушли с улыбкой:

— Хе-хе!

Не уходите! Как раз тогда, когда я нуждаюсь в их помощи!
Теперь я не мог забыть их смех: «Хе-хе», не могу! Это как некая статуя Атами [1].
Я была сильно расстроена, но потом по LINE от Ишшики пришло сообщение: «Мы здесь!» с приложенной
фотографией этих двух личностей. Так что я решила больше не переживать по этому
поводу. Хотя это и не имеет значения, но независимо от того, под каким углом вы
их фотографируете, они всегда выглядят идеально… Ах, какая замечательная
девушка, этот человек… правда, я уважаю ее. Но как насчет совмещения работы
школьного совета и футбольного клуба, а? Странный человек…

Что ж, у Комачи тоже есть своя работа… Поскольку мне
доверили клуб помощников, Комачи будет выполнять свои обязанности.

… Это должно быть сделано.

Кстати, Комачи заметила еще кое-что.

Через год, нет, может, через полгода, а то и через 3 месяца
в этой комнате может остаться только один человек.

Самое время заводить новые знакомства и расширять круг
общения.

Что ж, поработаем!

— Итак, подведем итоги того, что мы сегодня обсуждали!

— Да, извините, но это займет ваше время…

— Нет-нет!

Томиока-семпай склонила голову, чтобы извиниться и Комачи
замахала руками в ответ. Ой, ты еще и так вежлива даже с младшеклассниками! Я
чувствую, что такое понимание важности уважительного обращения производит
сильное впечатление. Она заслуживает большего доверия, чем люди, которые не
задерживаются на работе. Я даже до сих пор не могу поверить, что она
старшеклассница…

Комачи напевает песню, вспоминая содержание сегодняшнего
обсуждения и решенные вопросы, а Томиока-семпай смотрит в лицо Комачи.

Что происходит? Я задала этот вопрос глазами, и
Томиока-семпай, казалось, на мгновение заколебалась, а потом заговорила,
осторожно подбирая слова:

— Это по поводу Хикигая-сан…

Комачи вздрогнула, когда услышала это. Конечно, Комачи тоже
носит эту фамилию. Но когда кто-то использует такие выражения, говоря о моем
брате, мне становится страшно.

Что… что вы хотите сказать… что натворил мой брат?.. Комачи
затаила дыхание, и Томиока-семпай, улыбаясь, продолжила:

— Он довольно разговорчивый.

Итак, было сделано некое заявление, и мне, как заинтересованному
лицу, уже невозможно сделать вид, что я его не слышала. В любом случае мне надо
правильно интерпретировать чужие слова. Здесь имеется глубокий смысл, поэтому
первичное реакцией на такое заявление может быть только: «Эх…» Думай сердцем,
Комачи!

— Я не уверена, что могу с этим согласиться. Думаю, что на
самом деле более или менее нормально он общается только с близкими людьми. Но
то, что он говорит, в основном бесполезно… Он просто мусор, не правда ли?

— Ах, это не так, это сильно отличается от впечатления,
которое он производит при общении.

Томиока-семпай поспешно махнула рукой, и даже, кажется,
слегка вспотела, но не перестает улыбаться. Хм, я чувствую, что эта реакция
довольно неожиданная… Я чувствую, что таких девушек, как она, не так много вокруг
моего брата. Сенсор старшего брата, казалось, среагировал на Томиоку-семпай.
Такое может понравиться этому парню, Комачи это очень хорошо знает.

Комачи потеребила хохолок на голове, а Томиока-семпай
продолжила шепотом:

— Он встречается с кем-нибудь?..

Кто, кто, кто, кто, кто, кто и кто?.. Я не могу ответить на
такой прямой вопрос! И хотя Комачи не сделала ничего плохого, она вдруг начала
покрываться холодным потом. Как это выглядит с точки зрения Томиоки-семпая?..

Конечно, Комачи все понимает.

Если вы меняетесь, у сторонних наблюдателей может возникнуть
различие во мнениях. Когда изменится это внешнее восприятие, возможно,
изменятся и отношения вокруг моего брата. Благодаря присутствию наблюдателя
определяется форма предмета, то есть кота Шредингера. Того кота, которого посадили в ящик. Ах, есть ли у него надежда? Короче говоря, есть ящик и кот. Теперь поместим кота в ящик.

До тех пор, пока мы не откроем ящик, невозможно сказать, что
именно находится внутри.

Это кот? Это надежда? Тем не менее, можно ли вселить в кота
надежду?

Возможно, ящик пуст, а на крышке написано что-то вроде:
«Ваша связь – вот настоящее сокровище».

Однако открыть ящик может только один человек.

Только братик.

Комачи молча приложила указательный палец к губам.

-------------------------------------------------------

Примечания

[1].
Вероятно речь идет о статуе «Каничи и Амия» в городе Атами, префектура
Сидзуока. Персонажи из известного романа «Золотая ночь»