Глава 4 — До сегодняшнего дня тот ключ ещё не упоминали

Глава 4 - До сегодняшнего дня тот ключ ещё не упоминал

В феврале природа ещё спит.

Несмотря на
чувство, что весна приближается, часто возвращаются холода. А время года
сменяется лишь в календаре. Голым веткам деревьев ещё понадобится время, чтобы
одеться в листву. Даже бульвар, протянувшийся вдоль прибрежного парка, выглядит
неизменно тоскливо.

Я ехал в школу на
велосипеде своим привычным маршрутом. С моря дул резкий ветер, который ещё
изрядно попахивал зимой.

То ли из-за длинных
выходных, то ли из-за последовавшей за ними благодарности Комачи, поначалу
чувствовал себя я довольно вяло. Но удары холодного ветра в лицо быстро
заставили меня взбодриться. Продолжавшиеся последние три дня вступительные
экзамены закончились, и снова пришло ощущение повседневной жизни.

Надо полагать, моё
тело просто адаптировалось. Я почти два года езжу здесь и теперь даже не
задумываюсь, где надо повернуть, а где остановиться на светофоре.

По этой дороге мне
ездить ещё целый год. Быть может, к его исходу я смогу добраться до школы даже
с закрытыми глазами. Нет, если быть точным, мне предстоит ездить в школу всего
один год. Может, конечно, проехаться по этой дороге мне доведётся и после того,
но только ещё год я смогу называть её дорогой в школу. От этой мысли меня
окутала ностальгия.

Такие временные
ограничения существуют везде и всегда. Каждое утро солнце восходит, каждый
вечер садится. Но для особого события вроде первого восхода солнца в году
подобное постоянство обесценило бы весь его смысл.

Наверно, что-то
подобное можно сказать и про родственные отношения. Мы с Комачи родственники, и
это не изменится никогда. Но мы осознали, что больше не дети, и наши отношения
немного изменились.

Да, наши отношения
стали чуть более взрослыми. Хотя мы прекрасно понимаем, что за эти полтора
десятка лет ничего в них радикально не изменилось.

Раз уж Комачи и я
принадлежим одной семье, думаю, наилучшим выходом будет с этим смириться.
Похоже, благая карма Комачи исчерпана. Значит, ей ничего не остаётся кроме как
сдаться и сопровождать меня на протяжении всей оставшейся жизни. И вместе с
братиком спуститься в ад.

Но долго ли смогут
оставаться со мной люди, которым это не нравится?

Об этом я и
размышлял, когда наконец добрался до ворот школы. Плавно притормозил.
Проскользнул между другими ребятами и велосипедами. И пристроил своего
железного коня на парковку.

Щёлкнул замок. Я
огляделся и заметил, что пустых мест вокруг больше, чем обычно. Интересно,
почему?

После выходных все
выглядели оживлённее обычного. И весело болтали, их голоса слышались чётче, чем
всегда.

Кстати, вот и
ответ. Ученики третьего года обучения сейчас сдают выпускные экзамены, они сами
решают, надо им приходить в школу или нет. Большинство не приходят. Отсюда и
пустые места на парковке, и тишина в классах по пути к лестнице. Потому и
отдалённые голоса так хорошо слышны.

Такая атмосфера
холода и тишины невольно вызывает беспокойство, заставляет всех активнее
болтать. Не могу не ощутить звучащее в этой болтовне одиночество.

Подходя к своему
классу, я снова услышал возбуждённые голоса. Я бы даже сказал, чертовски
шумные. Меня не волнует, как вы провели выходные, так что лучше бы вам
заткнуться. И нечего совать всем и каждому под нос свои фотографии. Вы ведь всё
равно их уже в соцсети загрузили. А ваши друзья их посмотрели и даже лайкнули.
И сразу забыли об этом. Так вот оно что, вы их специально показываете. Боже,
какая подготовка. Настоящая атака вторым темпом!

Обходя
инстаграммовцев, я услышал сзади лёгкие шаги. Посторонился, давая дорогу, и
вдруг получил хлопок по плечу.

— Доброе утро,
Хачиман!

Оглянувшись, я
увидел человека, куда более достойного Инстаграмма, чем любой другой. Сайка
Тоцука в ветровке поверх школьной формы.

— У-угу… Доброе
утро… —с трудом выдавил я.

Тоцука игриво
улыбнулся, словно радуясь удавшейся шалости. И тихо спросил, не удивился ли я.
Мне оставалось только кивать, пока способность дышать наконец не вернулась.
Боже, настоящее поддразнивание Тоцуки [1]!

Нет, ясен пень, я
просто не мог не удивиться. Удивиться мощи его девичьей силы, когда он смеётся,
прикрывая рот рукавом. К чему постить дурацкие фотки пирожных из Дайканьямы или
Накамегуро [2]?
Вот, девчонки, учитесь, это и называется «девичья сила». Проиграйте с достоинством.
А я пока буду ставить лайки в своём сердце.

Постепенно мне
удалось успокоиться, перевести дух и взглянуть на Тоцуку нормальным взглядом.
Его довольно длинные тонкие белые и блестящие волосы были чуть взъерошены. Он
непринуждённым движение поправил на плече чехол с ракеткой и бодро улыбнулся.
На его щеках играл румянец. Да, судя по всему, он только что с утренней
тренировки.

Мне кажется, или я
в самом деле чувствую лёгкий цитрусовый аромат дезодоранта? Если да, надо
немедленно вдохнуть его изо всех сил, наполнить им грудь и позволить крови
разнести по всему телу. Как и полагается джентльмену с хорошими манерами.

— Гляжу, ты хорошо
потренировался, — заговорил я, сделав глубокий вдох. — В такой-то холод, просто
потрясающе.

— Угу. Да я уже
привык.

Тоцука широко
улыбнулся, по-прежнему глядя на меня. Уверенности в его улыбке было куда
больше, чем скромности.

— Скоро придут
новички. Надо больше тренироваться, чтобы показать им клуб с лучшей стороны.

Он сжал перед
грудью кулаки, словно давал себе клятву сделать всё возможное и невозможное.
Такое проявление боевого духа смотрелось обаятельно, очаровательно, мило,
надёжно… Да тут подойдёт практический любой эпитет, описывающий что-то хорошее.
Я мог лишь восхищённо смотреть на него сквозь навернувшиеся на глаза слёзы, не
в силах облечь свои чувства в слова. Да и к чему тут слова?..

Тоцука качнул
головой и посмотрел прямо на меня:

— А вы как
собираетесь новичков привлекать?

— А?— изумлённо
переспросил я, по-прежнему оцепенело глазея на него.

Тоцука, видимо,
подумал, что неправильно подобрал слова, и замахал руками:

— Ну, клуб
Помощников — это же нормальный клуб. У вас не будет проблем, если новички в
него не вступят?

Насчёт
нормальности можно поспорить. Но… Я задумчиво наклонил голову:

— Да кто ж его
знает… Я же там всего лишь подчинённый. Понятия не имею, как с этим всё
обстоит. Меня, к примеру, в клуб загнали угрозами и насилием.

— Ха-ха-ха,
понятно…

— Вот почему я
думаю, что никаких новичков не будет.

Тоцука опустил
глаза:

— Ясно… Что ж,
немного печально.

Без новичков клуб
Помощников канет в Лету. Очевидный факт, который я ещё раз осознал. Я опередил
Тоцуку на шаг, чтобы не было видно моего лица, и устало вздохнул:

— Да я тоже не в
восторге… Мне хотелось бы побыть семпаем и сказать кохаю что-нибудь типа: «Ты
не единственный, кто сталкивается с проблемами, все через это прошли». Или:
«Если сдашься сейчас, уже никогда ничего не добьёшься».

— К-какой жуткий
семпай…

Я спиной ощутил
немного напряжённую улыбку Тоцуки.

— Ой, я не то имел
в виду! Я просто подумал, что клуб Помощников — замечательный клуб, хорошо бы
он не распался…

Он догнал меня и
посмотрел с некоторым беспокойством.

— …Разве это не
президент клуба с куратором решают? У меня тут и права голоса-то нет.

И это чистая
правда. Тоцука хихикнул:

— Ты прямо как
офисный служащий говоришь.

Удивительно, но
тут он попал в точку.

Моя позиция была и
остаётся неизменной. С просьбами или запросами у нас появляется работа, а с ней
приходят и проблемы, которые я стараюсь решать по мере сил. Я всегда говорил об
этом: «Это всего лишь моя работа».

И потому мои
следующие слова прозвучали с оттенком мазохизма:

— Вот именно.
Когда приходит работа, всё становится труднее и говённее. Я вообще не хочу
работать.

Мы дружно
хмыкнули, заходя в класс, махнули друг другу и разошлись по своим местам.

Здесь было куда
теплее, чем в коридоре — работал обогреватель. И потому атмосфера ощущалась
более расслабленной. Меня бодрил холодный воздух из двери рядом с моей партой,
но многие явно пригрелись. Саки Кавасаки, сидящая впереди у окна, к примеру,
пристроила подбородок на руки и, кажется, задремала.

С другой стороны,
компания у окна сзади пребывала в своём обычном бодром настроении. В центре
внимания был Тобе, болтающий обо всём подряд. Наверно, из-за недавнего нашего
мастер-класса по приготовлению шоколада, который закончился довольно удачно.

Даже интересно,
изменилось ли теперь что-то в их отношениях. Миура желаемого не добилась, но
всё же немного сократила дистанцию. У Эбины тоже есть некоторый прогресс, а
Тобе… да бог с ним. Пусть себе веселится, это же всего лишь Тобе.

Что же до того,
кто сказал, что всё прошло хорошо… Юигахама заметила, что я смотрю на них, чуть
приоткрыла рот и слегка махнула рукой. Ну вот зачем, мне же неловко… Но
игнорировать её не стоило, и я кивнул в ответ.

Остальные увидели,
куда смотрит Юигахама, и тоже заметили меня. Миура глянула мельком и снова
уткнулась в экран смартфона, покручивая свои локоны. Эбина протянула что-то
вроде «о-о». Тобе с остальными обошлись небрежными «угу», «йо», и «прив».
Вполне в их стиле.

Хаяма
поприветствовал меня улыбкой и движением глаз. Я в ответ буркнул «йо» и
поспешно уселся на место. Прилёг на парту и закрыл глаза.

А ведь странно
как-то получается.

Полноценным
общением такое не назовёшь, но мы уже достаточно знакомы, чтобы приветствовать
друг друга при встрече.

Спросите, когда
всё это началось? Ответ прост — когда я начал смотреть в их сторону.

Когда я только
поступил в школу, я, конечно, знал и Хаяму, и остальных, но скорее как детали
интерьера. Однако я знал их имена, знал, в каких клубах они состоят, знал в
лицо.

Хотя я бы не
сказал, что знал их… Впрочем, я и сейчас не возьмусь утверждать, что знаю.

То ли от подобных
мыслей, то ли от приветствий, к которым я не привык, мне вдруг стало очень
неуютно сидеть в классе. И я поспешно вскочил со стула.

В такие моменты я
всегда сваливаю в туалет. Пусть убегать и постыдно, зато полезно. В своё время
один знаменитый комедийный дуэт попал в ДТП. Так они использовали все свои
таланты, чтоб сбежать с места происшествия, а потом ещё сделали из этого
комедийное шоу.

С туалетом я
разобрался быстро. Подумал, что неплохо бы теперь попить себе купить и направил
стопы к торговому автомату. Время от времени мимо пробегали другие ученики,
стараясь успеть до начала урока. Хотя сейчас тут уже было заметно спокойнее.

И потому я сразу
услышал звуки шагов за спиной. Не вплотную, но близко. Шаги следовали за мной.
Когда я остановился у автомата, шаги тоже замерли.

Забрав свой MAX
Coffee из лотка, я поспешно отступил в сторону. Человек за спиной шагнул к
автомату и нажал кнопку, заказав чёрный кофе.

— Я уже слышал.

Он заговорил,
наклоняясь за своим кофе и не поворачиваясь ко мне. Словно будучи твёрдо
уверен, что я никуда не денусь.

Раньше я бы
занервничал и ответил резко, но сейчас всё иначе. Потому что Хаято Хаяма не тот
человек, который просто так будет на кого-то наезжать.

Кроме того, я
понимаю, что он пришёл, чтобы мне что-то сказать. И потому я совсем не
раздражён. Впрочем, вру: раздражён, да ещё как!

Нет, правда, что у
него за манера?.. Будто проверяет меня. Говорит совсем как я…

Хотя бывают
случаи, когда люди заражаются чужими манерами при общении. Возможно, причина в
том, что мы уже какое-то время знакомы. Получается, он ведёт себя совершенно
естественно.

— Похоже, тебе
было тяжеловато. Сейчас полегче?

Он наконец
посмотрел на меня, перекидывая горячую банку из руки в руку. С видом «я всё
знаю». Знаешь, Райден [3]?..

— А? Ты про что? —
качнул я головой. — Про мою младшую сестру и её вступительные экзамены?

— Нет, — вздохнул
он, пожимая плечами. — Это, конечно, тоже на тебя давило, но… Впрочем, да. Не
мог бы ты поздравить её от моего имени?

— Да что с тобой?
Почему я должен ей такое передавать? Впрочем, я рад, что ты беспокоишься.
Спасибо, — ответил я мрачным взглядом на широкую улыбку Хаямы. Тот удивлённо заморгал:

— Никак не ожидал
услышать от тебя «спасибо».

Банка пшикнула,
открываясь. Хаяма поднёс свой кофе к губам, отхлебнул и горько усмехнулся. Нет,
а что такое? Я тоже умею говорить «спасибо». Хотя я и сам себе сейчас удивился…

Видя мою
искренность, Хаяма предпочёл вернуться к прежней теме:

— Я не про твою
сестру говорю. Я про её младшую сестру.

Её? Кого? Ты про Кейку, что ли? Ну да, это
маленькая девочка и правда порой пугает… Но посерьёзневшее лицо Хаямы говорило,
что он не расположен валять дурака.

Мы уже более-менее
научились понимать друг друга.

Точнее, мы
предположили, что понимаем друг друга. Разочаровались, сдались и приняли
нынешнее положение вещей. И теперь лишь навязываем друг другу свои
эгоистические сентименты.

Слова, что мы
говорили друг другу, никогда не принимали форму вопроса. И всегда были не по
делу. Нет способа убедиться, что твои слова кого-то достигли, но мы всё равно
не могли молчать.

Мы понимали, что
наши позиции диаметрально противоположны, но игнорировали это, чтобы раздражать
друг друга. Поэтому все наши разговоры состояли из иронии и намёков.

— Ну, похоже, всё
становится сложнее, но я не уверен.

— Конечно.

Хаяма натянуто
улыбнулся, допил кофе и швырнул банку в мусорное ведро. Та описала идеальную
дугу, и тишину пустых коридоров первого этажа нарушил громкий стук.

Он вздохнул,
словно пытаясь стереть улыбку с лица. И пока я пытался понять, означает этот
вздох удовлетворение или одиночество, неспешно пошёл прочь.

— …Но это лучше,
чем раньше. Я всегда думал, что ничего уже не изменится, — с болью пробормотал он, не ожидая моего ответа. В конце концов он никогда не думал, что мне есть что сказать.

Да, наш обычный
разговор. Который и разговором-то не назовёшь.

Мы выдавливаем из
себя слова, которые не хотим говорить. И интерпретируем их как хотим. Это
больше смахивает на помощь при сеппуку [4]. Похоже, слова, которые могли бы стать
осмысленным разговором, давно уже закончились.

Хаяма уже отошёл
на несколько шагов, и я двинулся следом, размышляя над услышанным.

Интересно, откуда
он узнал, что Юкиносита вернулась домой? От её родителей? Или от Харуно? Или
просто Юигахама проболталась? Да какая, впрочем, разница.

Суть в том, что
действия Юкино Юкиноситы изменили что-то, что по мнению Хаямы всегда оставалось
неизменным.

Но я рад, что
Хаяма воспринял это как позитивную новость. Учитывая, что он давно знаком с
сёстрами Юкиносита и вхож в их дом, я склонен поверить его словам.

Мне даже стало
легче на душе. Хорошо, что Юкиносита старается, пусть даже я не в курсе.

Когда Хаяма
спрашивал насчёт «полегчало», я намеренно притворился непонимающим и заговорил
про Комачи. А ведь, быть может, не так уж я оказался неправ. То, что я
чувствовал сейчас, сродни моим чувствам, когда Комачи благодарила меня.

Возвращаясь в
класс, я держался всё на том же расстоянии от Хаямы. Уроки должны были скоро
уже начаться, спешащие по своим классам ребята приветствовали Хаяму. Тот
отвечал им, взмахивая рукой.

Почему-то мой
взгляд именно на его руке и сфокусировался.

Я вдруг понял,
что Хаяма думал о том же, о чём и я. Он чувствовал к ней или к ним то же, что я
к Комачи. И эта мысль не оставляла меня всю дорогу до класса.

Дистанция между
нами сократилась лишь на мгновение, когда он взялся за ручку двери.

***

По мере приближения
конца уроков поначалу тихие и спокойные классы становились всё более шумными и
активными. Словно у всего школьного здания началась лихорадка.

Особенно
отличались ребята из спортивных клубов. Быть может потому, что на период
вступительных экзаменов вся клубная деятельность была приостановлена. Со
стадиона уже доносились вопли регбистов и бейсболистов. Даже в нашем классе уже
не осталось ни одного из спортсменов, включая компанию Хаямы. Да и все
остальные потихоньку расползались.

Клубы, хех…
Интересно, а наш клуб уже работает или нет? Надо бы пойти проверить. Я собрал
вещи и уже начал подниматься со стула, когда сзади прозвучали торопливые шаги.

Должно быть, это…
Я начал оборачиваться, и в этот момент она сунула голову мне через плечо. Наши
лица оказались вплотную друг к другу.

— Ой-й! Ты меня
напугала…

— И-извини!

Покачивающиеся
розовые волосы, увязанные в шарик, невинные широко распахнутые глаза, дыхание,
срывающееся с мягких губ, большая упругая грудь, подпрыгнувшая от резкого
движения, сладкий цитрусовый аромат, донёсшийся до меня, когда я попытался
отвернуться… Каждая деталь всё сильнее подстёгивала моё сердцебиение.

Юигахама глубоко
вздохнула, глядя на меня:

— Что-то ты
слишком уж напугался.

Она фыркнула и
похлопала меня по плечу. Завязывай, ты же меня так смущаешь, что хочется сквозь
землю провалиться. Несколько раз подряд… И говори потише, а то на нас уже
пялятся… И не надо за руку меня трогать. А то ведь могу собраться с силами и
начать выпендриваться…

— Я насчёт клуба…
ты идёшь?

— …У-угу.
Наверно, — немного туманно ответил я, всё ещё стараясь унять бешено колотящееся сердце. Юигахама задумалась на секунду и кивнула:

— Ага. Понятно.
Погоди секундочку.

Юигахама побежала
к Миуре с компанией. Обменялась с ними парой слов, быстро сгребла все свои вещи
в рюкзачок и вернулась ко мне.

— Пошли.

Она вдруг
подтолкнула меня в спину, словно поторапливая. Да иду я, иду, не надо меня
пихать… В кризисных ситуациях особенно важно не бегать, не толкаться, не
разговаривать. Я так хорошо подготовлен по программам предотвращения стихийных
бедствий, что и в обычной ситуации предпочитаю избегать регулярных разговоров с
окружающими.

А ситуация-то и
правда чрезвычайная. Да, мы и раньше ходили в клуб вместе. Но насколько я
помню, сегодня впервые мы вместе выходим из класса. Случай беспрецедентный.

Я оглянулся,
опасаясь сонма чужих взглядов. Но нет, оставшиеся в классе просто болтали между
собой, на обращая на нас никакого внимания.

Что же до тех, с
кем раньше была Юигахама, они лишь мельком глянули на нас. Эбина помахала
рукой, прощаясь, а Миура как всегда покрутила свой локон. И никакой
подозрительности.

Какое облегчение.

Наверно, для
остальных эта сцена выглядит совершенно естественно. Известно, что Юигахама
после уроков идёт в клуб помощников. Также же известно, что я состою в этом
клубе. Ничего странного, что мы идём туда вместе.

Хотя в былые
времена были бы, наверное, и странные взгляды. И на меня, и на Юигахаму.

Когда я смотрел
на элиту класса как на нечто единое, я ни о чём подобном даже не задумывался.
Но когда общаешься с отдельными личностями, узнаёшь кое-что о их прошлом и
настоящем. И начинаешь разбираться, что к чему. Хотя пониманием я бы это всё
равно не назвал.

Конечно, всё это
относится и к шагающей сейчас рядом со мной девушке.

Уроки только что
закончились. И потому, наверно, коридор, ведущий в спецкорпус, ещё более
пустынен, чем обычно. И как всегда холоден.

Хотя холод совсем
не чувствовался.

Потому, наверно,
что идущая рядом Юигахама тащила в руках пушистое одеяло, зарывшись в него
подбородком. Линус? Ты что, Линус? Это что, отсылка на Арахис, который только в
Чибе и найдёшь [5]?

— Слушай, что это
у тебя за одеяло?

Мы шли молча,
поэтому я решил как-то завязать разговор. Юигахама вопросительно наклонила
голову:

— Одеяло? Ты
имеешь в виду плед?

— А какая
разница? Одно и то же ведь… Оба слова — иностранные заимствования, как «паста»
и «макароны».

— А? Так ведь
написано же «плед»… Так они оба заимствования…

Юигахама надула
губы и недовольно нахмурилась. Заметила, наконец… Впрочем, особого внимания на
её реакцию я обращать не стал и присмотрелся к пледу. Хоть он и был свёрнут, но
большим всё равно не казался. Где-то в половину татами [6].И я сразу вспомнил слова, точно его описывающие:

— Так это накидка
на колени…

Юигахама кивнула,
зарываясь лицом в плед:

— Ну да, верно.
Как-то так.

— Хм-м. А разве
ты такой уже не приносила?

Я вдруг вспомнил,
как в клубе время от времени Юигахама с Юкиноситой садились рядом и прятались
под один плед как под котацу. Я ещё тогда подумал, что хорошо, небось, что так
тепло, когда вокруг так холодно, что очень хочется домой. А то там, где я сижу,
и правда холодно, знаете ли…

Мой взгляд на
плед блеснул лёгкой завистью. А Юигахама удивлённо уставилась на меня:

— А ты на
удивление много внимания уделяешь…

— Да не уделяю я
внимание, как-то само собой на глаза попадается…

— Само собой…

— Ну, да,
понимаешь, у меня широкое поле зрения… — машинально отреагировал я, сам не зная, насколько оно у меня широкое. Впрочем, как бы я ни отворачивался, всё равно краем глаза видел покрасневшие щёки зарывшейся лицом в плед Юигахамы.

По коридору эхом
разносились звуки шагов. А ещё слышны были стук ветра в окно и тихое дыхание
рядом.

Чёрт, как же меня
нервирует эта тишина! Даже кажется, что я сам рою себе могилу. Ещё пять секунд,
время истечёт, и мне засчитают неверный ответ. Я получу «плох в общении» и мне
урежут зарплату! Нет, о «великолепен», ясен пень, речь не идёт, но надо бы
получить «хорош», даже нет, «нормален». Впрочем, даже от «великолепен» мои очки
привлекательности не увеличатся [7].

— Слушай, а зачем
ты покупала этот плед? — спросил я первое, что пришло в голову. — У тебя же уже
есть накидка на ноги. Ты что, сороконожка?

— Я не покупала!
Это подарок к одному из журналов, что я покупала!

Юигахама резко
вскинула голову, но её задор быстро угас. Она помрачнела и начала ворчать:

— …Я и сама не
заметила, как у меня их столько оказалось. Даже не знаю, как от них
избавляться.

— А-а, понятно…

Значит, ты вот
так избавляешься, да?.. Действительно, зимой можно сколько-то подарков получить.
Кажется, у нас тоже такие появляются. Не реже, чем тарелки с весеннего
фестиваля булочек Ямазаки. Эти тарелки почти не бьются и быстро накапливаются…

— Вот я и
притащила его из дома, — с улыбкой кивнула Юигахама. — Да и холодно ещё пока
что. И…

Она вдруг
замолкла, устремив взгляд вперёд. Я проследил, куда она смотрит, и увидел дверь
клуба помощников.

Помолчав, словно
подбирая слова, Юигахама тихо вздохнула:

— …Я вот
подумала, почему бы не оставить его в клубной комнате, если есть хоть какой-то
шанс, что клуб будет работать…

Она снова
замолчала, опустив взгляд, словно ей стало не по себе. Глядя на неё, я не мог
ничего ответить, даже просто угукнуть не мог. Тут бы пошутить как обычно, но
ничего в голову не приходило.

…Если клуб будет
работать, да.

По голосу
Юигахамы чувствовалось, что она и сама не очень-то верит, что он выживет.

Пока мы шли до
двери, я так и не смог найти нужный ответ. И просто взялся за дверную ручку.
Дверь брякнула, но открываться отказалась.

— Заперто…

Юигахама
посмотрела на дверь через моё плечо:

— Значит, Юкинон
ещё не пришла…

Она перекинула
плед на одну руку и принялась рыться в карманах куртки. Не обращая на это
внимания, я развернулся:

— Пойду за ключом
схожу.

— А? Э-э…

Юигахама
попыталась что-то сказать, но я просто отмахнулся от неё. И быстро зашагал к
учительской.

Я только сейчас
понял, что эту дверь всегда открывала Юкиносита. Только она держала в руках
ключ. Я к нему никогда даже не прикасался.

* * *

Приоткрыв дверь,
я заглянул в учительскую. Кажется, атмосфера там была довольно напряжённой.
Потому, наверно, что только что закончились вступительные экзамены. На столах
громоздились кучи бумаг, кто-то бурно что-то обсуждал с другими, кто-то
разговаривал по телефону. Ох, даже как-то неловко про ключ спрашивать…

В такие моменты
лучше всего обращаться к Хирацуке. В конце концов, она здесь, как правило,
смотрит аниме или что-то жуёт.

Пробормотав «я
вхожу…», я прокрался в учительскую, словно готовя какой-то розыгрыш, и
направился прямо к столу Хирацуки.

Я уже чёрт знает
сколько раз видел этот стол, когда меня сюда вызывали. Но сейчас всё выглядело
совсем иначе.

Обычно на нём
царит бардак, валяются какие-то бумаги, конверты, банки из-под кофе, бонусные
фигурки… Но сейчас стол был пуст и чист. На нём лежали лишь тетрадь в чёрной
обложке и шариковая ручка рядом с ней. И больше ничего.

Я даже
засомневался, не перепутал ли я столы. Но крутящийся стул был развёрнут в
сторону, как обычно делала Хирацука. Вот только её самой нигде не было видно.

— О, Хикигая.
Что-то случилось?

Я развернулся на
голос. Хирацука с сигаретой во рту выглядывала из-за занавески, отделяющей
место для посетителей. А, ну точно, она же всегда там курит. Наверно, решила
немножко отдохнуть от бумажной работы.

Она махнула мне
рукой, и я послушно направился к ней. В руке была зажата банка кофе.
Разумеется, MAX Coffee. Почему? Потому что он особенный [8].

— Э-э, я тут за
ключом пришёл… — сообщил я, усаживаясь на диван. Хирацука озадаченно взглянула на меня:

— А его только
что Юкиносита забрала.

Она выдохнула
густой клуб дыма и стряхнула пепел с сигареты. Поморщилась от запаха и ехидно
усмехнулась:

— Что тебе мешало
позвонить ей и уточнить? Общение — это очень важная вещь.

— А у меня её
номера нет.

— А у Юигахамы?

— Ну, это…

Под её
подозрительным взглядом я тщетно пытался отшутиться. А что я мог ещё сказать?
Что пришёл сюда только для того, чтобы взять ключ?

Но Хирацука,
кажется, сама что-то поняла, хотя и не стала высказывать это вслух. Просто
пожала плечами и улыбнулась. Под её тёплым взглядом я почему-то почувствовал
себя неловко и отвернулся.

И обратил
внимание на остальных, до невозможности занятых учителей.

— Похоже, у вас
много дел… — сменил я тему. Хирацука проследила мой взгляд:

— Хм? А-а. Так
конец года же. В это время тут всегда так.

Вот как. Похоже,
дело не только во вступительных экзаменах. Наверно, и с выпускниками возни
много, и с переводом в следующий класс. К тому же, Хирацука нами занимается,
учениками второго года, вряд ли её проблемы связаны с поступающими.

— Наверно, в
конце семестра или финансового года везде завал. Мои родители тоже заняты по
уши.

— Ну, у разных
компаний и конец года может быть разный, но обычно это конец марта. И мы должны
пахать как проклятые, чтобы уложиться в срок… Домой хочу… И пошли к чёрту все
эти отчёты, сроки, дедлайны… — мрачно пробормотала Хирацука, повесив голову.

Что-то она такой
уж занятой не выглядит… Я молча посмотрел на неё, и она сразу поняла
невысказанный вопрос:

— Слушай, я тоже
очень занята, понимаешь? Нет, правда.

Она выпрямилась и
демонстративно надулась. Увы и ах. Будь она помоложе, выглядело бы и правда
очень мило… Но в её возрасте получается наоборот, весьма мило. Чёрт, опять, что
ли, получилось «мило»?

— А сейчас я… ну,
перерыв у меня. Да. Короткий, верно?

Хирацука затушила
сигарету в пепельнице, словно отбрасывая с ней все сомнения. Но нет дыма без
огня, как говорится…

— А почему тогда
стол совершенно пустой?

— Ну-у,
понимаешь, когда сильно занята, ударяешься в своего рода эскапизм, вот, — увильнула она, со смехом почёсывая голову.

Не могу сказать,
что не понимаю её… Когда сильно чем-то загружен, порой теряешь связь с
реальностью и обнаруживаешь себя, скажем, играющим в игры. Хм-м, ничего не
попишешь. Она невиновна. Обвинять её в такой ситуации — это лаять не на то
дерево. Во всём виновата работа. Она истинное зло. Не ненавидь людей, ненавидь
работу.

Я согласно
кивнул. Хирацука вздохнула.

— Всё-таки надо
разобраться с работой… — пробормотала она уже не мне, а словно про себя. И бросила взгляд на пепельницу. Там уже не было ни дыма, ни огня, остался лишь резкий запах.

Хоть я уже вроде
бы привык к табачному дыму, я вдруг обнаружил, что незаметно для себя
нахмурился. А может, тому виной воспоминания о разговоре с Харуно. Угнетающий
запах той ночи, запах, вызывающий чувство дискомфорта. Изо всех сил стараясь
забыть вспомнившееся, я поднялся:

— …Мне пора идти.

— Да, давай.

Хирацука пошла
следом, словно провожая меня. И когда я уже собирался выйти за занавеску, вдруг
окликнула:

— Хикигая.

— Да?

Повернувшись, я
увидел, что её рот чуть приоткрыт. Но она молчала, просто глядя на меня. В её
взгляде не было обычной резкости. Но не был он и мягким, какой она время от
времени демонстрировала.

Такой взгляд я
видел впервые. Мне стало любопытно, что же он значит, и я вопросительно
наклонил голову.

Но Хирацука лишь
прикрыла глаза и слегка покачала головой. А затем улыбнулась, совсем как
девчонка:

— …Ничего. Лови!

И бросила мне
банку кофе. Я не без труда поймал её и снова поднял вопросительный взгляд.

Хирацука
приложила руки к щекам, подмигнула мне и показала язык:

— Никому не
говори, что я тут бездельничаю, хорошо?

Ну и ну… Что это
за манеры Юмекавы [9], а? То
есть, банка кофе — это взятка за моё молчание? Впрочем, даже если я откажусь,
мне всё равно рассказывать некому… Так что я просто ответил «замётано», махнул
на прощание рукой и покинул учительскую.

Если клуб уже
открыт, нет никакого смысла торопиться. Юкиносита уже наверняка впустила
Юигахаму. Так что я шёл неспешным шагом, жонглируя банкой кофе.

Снаружи,
естественно, Юигахамы уже не было. Зато изнутри доносились голоса. Из-за них,
наверно, в зимнем холоде чувствовалось некоторое тепло.

Дверь, совсем
недавно отказывавшаяся подчиняться, теперь послушно открылась. Обогреватель был
включён, и поток тёплого воздуха от него смешивался с запахом чёрного чая.
Девушки обнаружились на своих обычных местах, ближе к окну. Приветствуя их, я
тоже пристроился на привычное место, ближе к двери.

— Привет.

— Добрый день.

Завершающая возню
с чаем Юкиносита закончила наливать кипяток в чашку, подняла голову и
улыбнулась. Но улыбка тут же стала какой-то виноватой:

— Прошу прощения.
Должно быть, мы разминулись. Мне следовало связаться с тобой.

— А-а. Да ничего,
всё нормально.

Я показал ей
банку MAX Coffee, намекая, что заодно и к автомату заглянул. Юкиносита
облегчённо вздохнула. Зато надулась Юигахама:

— Я же сказала
тебе, что позвоню ей.

Я вдруг
обнаружил, что криво усмехаюсь ей:

— Не припомню,
чтобы ты такое говорила…

— Всё потому, что
Хикки убежал раньше, чем я успела сказать.

— Но зато я MAX
Coffee купил, понимаешь? Ладно, извини.

Второй раз MAX
Coffee за отмазку не прокатил. Я заметил, что взгляд Юигахамы холодеет, и
поспешно извинился:

— …Ничего
страшного.

Она наконец
выпустила воздух из надутых щёк. Юкиносита тихо засмеялась, глядя на нашу
перепалку, и посмотрела на меня, опуская чайник:

— Я приготовила
чай… Будешь?

— А, спасибо. Как
говорится, сладкое уходит в отдельный желудок.

— Ты это про
кофе? Он же до жути сладкий.

Юигахама с ужасом
на лице взглянула на мой MAX Coffee. Ну конечно, я про кофе. Он куда слаще
новомодных низкоуглеводных обезжиренных сладостей…

В общем, оставлю
MAX Coffee до момента, когда проголодаюсь. А пока выпью чёрного чая в моё
послеурочное чайное время [10].

— Готово.
Пожалуйста.

— Спасибо.

Глотнув из
налитой Юкиноситой чашки, я облегчённо вздохнул, чувствуя, как расслабляется
всё тело. И осознал, насколько до сих пор был напряжён.

В результате
перестал болтать чёрт знает о чём и замолчал, лишь выдыхая насыщенный паром
воздух.

До сих пор
молчание совсем меня не тяготило. А сейчас возникшая атмосфера неловкости даже
пугала.

Я искоса глянул
на Юигахаму. Та уткнулась взглядом в свою кружку, рассматривая рябь на
поверхности. Похоже, ей тоже было не по себе.

Пока мы молчали,
Юкиносита со спокойной улыбкой сломала лёд тишины:

— Спасибо тебе за
тот раз…

Держа чашку
обеими руками, она плавным и прекрасным движением склонила голову.

Я ощутил лёгкое
облегчение. Мне показалось, что эту изящную, правильную позу, эти изумительные
волосы, эту мимолётную улыбку я уже где-то видел. И благодаря этому дежавю,
неожиданно для себя сумел пробормотать несколько слов.

— …Переезд
нормально прошёл?

Хоть я уже слышал
это от Хаямы, всё равно спросил. Потому что такие вещи лучше узнавать из
первоисточника.

— Да. Хотя я бы
не называла это переездом… Кроме того, мне помогала Юигахама.

Юкиносита бросила
тёплый взгляд на упомянутую Юигахаму. Та отчаянно замахала руками:

— Да ерунда,
никаких проблем! Я же почти ничего не делала…

Юигахама смущённо
засмеялась, отворачиваясь в сторону и поглаживая свой шарик волос. Но Юкиносита
не отвела взгляд:

— Ты
действительно помогла мне. Спасибо…

И улыбнулась
потрясающе яркой и спокойной улыбкой.

Юигахама искоса
глянула на Юкиноситу, встретившись с ней взглядом. Улыбнулась со слезами на
глазах, кивнула и судорожно вздохнула.

Кажется,
Юкиносита тоже смутилась:

— Пожалуй, надо
бы напечь чего-нибудь к чаю.

В комнате стало
немного теплее, она наполнилась ароматом чёрного чая. Кажется, даже воздух
поменял цвет под лучами закатного солнца.

Неожиданно воздух
вздрогнул. Его тряхнул стук в дверь.

— Войдите, — спокойно ответила Юкиносита. Дверь медленно отворилась.

* * *

Одинокий
солнечный луч выпал сквозь открытую дверь. В неё потёк холодный воздух из
коридора, вытесняя из комнаты тепло включённого обогревателя как порыв ветра.
Наверно, одно из коридорных окон было открыто для проветривания.

— Прошу прощения!

За дверью стояла
особа, устроившая сей незапланированный бриз. Ироха Ишшики. Она улыбнулась нам,
но входить, кажется, не собиралась. Интересно, почему? Она что, намерена так и
держать дверь открытой? Холодно же… Я бросил на Ишшики укоризненный взгляд, но
она лишь прижала к щеке указательный палец и слегка наклонила голову:

— Э-э, у вас ведь
есть компьютер, верно?

— Ну да, один
есть… — немного растерянно ответила Юкиносита. Ишшики тут же отреагировала новым вопросом:

— А на нём можно
смотреть DVD?

Юкиносита
задумчиво качнула головой и полезла в ящик стола за ноутбуком. Но я и без того
знал ответ.

— Можно. У нас
старая модель.

— Хе-е…

Ишшики почему-то
казалась впечатлённой.

— Что-то не так?

— Нет, просто
проверяю.

— Ха-а… И что же
ты проверяешь?..

Она махнула
рукой, всем своим видом показывая, мол, ничего особенного. Но зато наконец
вошла, закрыла за собой дверь и направилась к нам.

— Можно было бы
купить в интернете, но там ведь квитанции не дают. Да и банковскую карточку для
этого иметь надо, верно?

— Хоть ты и
спрашиваешь… — пробормотала Юкиносита. Не она одна, мы все трое были озадачены. О чём вообще речь? Но Ишшики, игнорируя наши подозрительные взгляды, просто включила ноутбук.

— Понимаете, я
взяла напрокат DVD. А в школьном совете новый ноутбук, он такие не проигрывает.

Хех… Новый
ноутбук, да? Красиво жить не запретишь… Впрочем, в большинстве новых моделей
DVD-привода и правда нет.

Ишшики полезла в
сумку и выудила оттуда белую прямоугольную коробочку размером с ладонь.

— …Что это?

Юигахама
постучала пальцем по коробочке. Резонный вопрос. Что же это? Тофу? Но нет, при
ближайшем рассмотрении на коробочке обнаружились какие-то кнопки и что-то,
смахивающее на линзы. Значит, не тофу…

Ишшики достала
кабель, подключила один конец к коробочке, второй воткнула в ноутбук. Юкиносита
восхищённо вздохнула:

— Очень похоже на
проектор, хоть и такой маленький.

— Он самый.
Подождите, сейчас экран опущу.

Ишшики кивнула,
поднялась и с шуршанием развернула висящий на стойке в углу комнаты экран.

И что сейчас
будет? Я задумчиво посмотрел на Ишшики. Та нажала кнопку на коробочке. Тихо
зашумел вентилятор, и на экране появился рабочий стол ноутбука.

— Потрясающе…

— Да, очень
чёткое изображение.

У Юигахамы
отвисла челюсть. Юкиносита сложила руки на груди и задумчиво взялась за
подбородок. Ишшики окинула их взглядом, прочистила горло, вскинула палец и
гордо выпятила грудь:

— Он может даже
со смартфонов видео показывать!

— Хех. А. Но… это
же очень дорогая штука, да? — с ещё большим удивлением поинтересовалась Юигахама. Ишшики широко раскинула руки:

— Вообще-то, да!
Но сейчас за всё платит школьный совет, так что для меня получается практически
бесплатно!

— Худший вид
демо-версии…

Нет ничего
подозрительнее в рекламе, чем слова «практически бесплатно». Что «практически
бесплатные» игры, что системы многоуровневого маркетинга, обещающие прибыль в
средне- и долгосрочной перспективе, не доверяйте им. Я мысленно поклялся, что
меня на такую удочку не поймают.

— Так что там с
этим проектором?

Он ведь совсем
новый, даже прозрачная защитная плёнка ещё не снята. Услышав мой вопрос, Ишшики
пристально посмотрела на проектор, склонив голову:

— Ну, это…
недавно купленное оборудование, да?

С тем же успехом
можно было сказать «сила прыжка, да»? Братец Ирохасу [11], будь поувереннее, представляя нам нового друга школьного совета,
Проектора…

— Это не главное.
Зачем ты его принесла?

Юкиносита
приложила руку к виску. Резонный вопрос. Я как раз хотел спросить то же самое.

— Насчёт этого…

Ишшики выхватила
DVD, крутанула его на пальце и сунула в привод. Юигахама сразу вскочила.

Явно придя в
возбуждение, она задёрнула шторы и выключила свет. Нет, погоди, мы же не можем
смотреть фильм прямо в клубной комнате? Или…

По экрану
побежали знакомые картинки. Статуя Свободы, рычащий лев, загорающиеся буквы и
даже бегущая волна [12]. Всё это… Что? Мы в самом деле собираемся смотреть кино?

Не обращая
внимания на моё замешательство, Ишшики поставила свой стул так, чтобы было
удобно смотреть. Юигахама притащила стол с печеньками. Всё предусмотрели… А? Мы
что, в самом деле смотрим кино?

Юкиносита, решив,
видимо, что иного выбора нет, кроме как плыть по течению, начала готовить новую
порцию чая… Судя по всему, они в самом деле решили смотреть фильм.

Поскольку
единственным источником звука были маленькие динамики ноутбука, нам пришлось
плотно скучковаться вокруг него.

И потому мне
никак не удавалось расслабиться. Стоило пошевелиться, как я сразу натыкался на
кого-то рядом. Шуршание формы, вздохи удивления при касании, тихие
перешёптывания — вот и всё, что запечатлелось в моей памяти. Для самого фильма
места не осталось.

Я понял, что это
была иностранная драма. История о подростках в старшей школе. «Спортсмены — это
страшно. Отбирать учеников для школы надо очень придирчиво» — вот и всё, что я
из неё вынес. Где-то на середине фильма я вообще бросил его смотреть и принялся
медитировать, борясь с плотскими желаниями.

Едва я начал
чувствовать себя просветлённым, как фильм закончился. По экрану пробежали
финальные титры, и Ишшики выключила проектор.

— Да, это было
забавно, — сказала Юигахама вставая и отдёргивая шторы.

За окном уже
совсем стемнело. Когда вспыхнул свет, я заметил, что Юкиносита прикрыла глаза и
удовлетворённо кивнула. Кажется, им понравилось. А я мало что могу вспомнить…

— Танцующая
королева, м-м, м-м-м… — начала негромко напевать пребывающая в отличном настроении Ишшики одну из песен, что звучали в фильме. Но быстро перешла на мычание, потому что, надо полагать, плохо понимала английский. Не хотелось её беспокоить, но мне всё-таки надо было кое-что спросить.

— Слушай, а
почему ты решила смотреть фильм здесь?

— Это не фильм, а
драма.

— Да какая
разница…

Если на экране
веселятся американцы — это Голливуд. Если танцуют по поводу и без повода —
Индия. Все фильмы такие, да? Ну хорошо, это была иностранная драма…

Я глубоко
вздохнул. Ишшики удивлённо посмотрела на меня:

— Семпай, тебе
что, не понравилось?

Да нет, наверно,
понравилось бы, но неприятные моменты сами на глаза лезли… А самое сложное было
— смотреть всё это в окружении троих девушек.

— Похоже, вам
всем такое нравится.

— Ну, можно
сказать, да. Обычно они интересные.

— Так и есть.

Ответили Юигахама
и Ишшики. Юкиносита же молча кивнула.

— Понятно…

Нет, я тоже
смотрел фильмы, которые показались мне интересными. Вроде «24 часа» или «Побег
из тюрьмы». Но иностранная драма, которую мы только что видели, отбивала всякий
интерес. Она меня просто утомила.

— Наверно, такое
больше подходит девушкам.

Кажется, Юигахама
с Ишшики почувствовали себя задетыми.

— Думаю, парням
тоже такое нравится.

— Вот именно. Для
парней вполне естественно любить фильмы, которые нравятся девушкам. С другой
стороны, девушки, которые говорят, что им нравится «Безумный Макс» или
«Мстители», пребывают под полным влиянием своих парней.

— Что? Правда? — переспросила Юигахама, не в силах игнорировать услышанное. Ишшики зло ухмыльнулась:

— Ну, по большей
части.

Слушай, придержи
коней. Не смотри свысока на парней только за то, что им нравятся такие фильмы…
Есть и девушки, которым такое нравится. Источник: Хирацука. Её любимые фильмы —
«Дрожь земли», «Морской бой» и «Тихоокеанский рубеж». Когда она мне это
сказала, я чуть в неё не влюбился… Впрочем, я и сам понимаю, что источник не
слишком надёжен.

Я посмотрел на
ухмыляющуюся Ишшики, размышляя, какие же фильмы нравятся обычным девушкам.

— Вот я и говорю,
что девушкам нравятся фильмы элегантные, яркие, дерзкие и нахальные, вроде
«Амели»!

Ну и девица…
Такой старый фильм… Впрочем, довольно популярный. Его и сейчас несложно найти,
так что отчасти я её понимаю…

— Хм-м… Так какой
твой любимый фильм?

— «Амели»!

Ишшики приложила
руку к щеке, мило улыбаясь.

— Бесстыдный
фильм…

— Как-то не очень
верится…

Странный выбор
для девушки, так что я поспешил поддержать Юигахаму.

Юкиносита
отхлебнула чая и прикрыла глаза:

— Очень хороший
фильм.

Чуть было не
было! Хорошо, что я ничего больше не ляпнул. У каждого свои предпочтения, так
что лучше уважать чужое мнение. А то недолго и на мину наступить!

Впрочем, есть и
те, кто хоть и уважает чужое мнение, смело топает по минам.

— А. Вот, значит,
какие фильмы нравятся людям вроде Юкино-семпай.

— Не самые
вежливые слова.

Под холодным
взглядом Юкиноситы Ишшики на мгновение застыла, а затем спряталась за моей
спиной. Юкиносита приложила руку к виску и устало вздохнула:

— Так почему ты
решила посмотреть фильм здесь?

— Кстати да,
резонный вопрос.

Развернулся я к
Ишшики, вспомнив, что и сам недавно его задавал. Та хлопнула в ладоши:

— Я хочу
воспользоваться этим фильмом как источником информации. А если бы я смотрела
его в комнате школьного совета, все подумали бы, что я просто развлекаюсь.

— Не самая веская
причина…

— А ещё я хотела
опробовать свежекупленный проектор. В комнате совета и у меня дома нет такого
экрана. К тому же, я не из тех, кто берёт работу на дом.

Ишшики не
сдавалась, продолжая улыбаться. Теперь, наверно, ещё и дополнительные динамики
купит. Чисто для себя…

— А что ты имела
в виду насчёт источника информации? — подняла руку Юигахама. — Мы же этот фильм
просто смотрели.

— Вы ведь знаете,
что после выпускной церемонии устраивается что-то вроде вечеринки, да? За неё
отвечает школьный совет. Вот я и хотела посмотреть, как это делается.

— Вечеринка,
значит…

Я насторожился и
выпрямился, стараясь всем своим видом показать, что останусь глух к её
просьбам. Но Ишшики, не обращая внимания на мою демонстрацию, скрестила руки и
задумалась:

— Честно говоря,
мы могли бы просто накрыть стол, произнести поздравительные речи и так далее.
Но я подумала, что мне тоже предстоит выпускаться, и что неплохо было бы
придумать что-нибудь поинтереснее… Ну и выпускников заодно порадовать.

Ого! Хоть и под
конец, но всё же вспомнила выпускников. Растёт Ироха, растёт… Хотя её эгоизм не
перестаёт меня впечатлять.

Сбоку послышался
вздох, созвучный моим мыслям. Юкиносита понимающе кивнула:

— Понятно. Вот
почему ты взяла фильм с промом.

— Юкино-семпай
просто великолепна!

Ишшики хлопнула в
ладоши. Хотя не вижу ничего особенного. Тут кто угодно угадал бы, к чему всё
клонится.

Юкиносита
осталась спокойна, но всё же с чуть заметной гордостью выпятила грудь. Её щёки
тронул румянец. На редкость восприимчива к лести…

Кое-что я
всё-таки понял. Всё крутится вокруг прома. Что же такое этот пром?

— Пром?
Промоутер? Что-то продвигается?

Но Юигахама тоже
не знала ответа:

— Про… промашка?

— Нет, просто
пром.

— Так что же это
такое?

Юкиносита кивнула
и задумалась, подбирая слова:

— Пром — это
сокращение от «promenade dance», выпускной бал. Кажется, в зарубежных школах
так называют большую вечеринку в конце года. Не будет преувеличением сказать,
что это большой выпускной праздник. Помните, в фильме, в самом конце?

А… Так та
американская вечеринка — это и есть пром. Я понимающе кивнул:

— А? Так это не
вымысел? Такое реально устраивают?

— Похоже на то. И
считают это делом обычным… Хм-м…

Ишшики достала
смартфон и полезла что-то искать. Минуты не прошло, как она нашла искомое и
продемонстрировала нам:

— Та-да…

— О…

На экране
красовались парочки в смокингах и бальных платьях, кружащиеся в танце.
Обстановка менялась — физкультурный зал, клуб, танц-холл, просто лужайка, но
всё выглядело просто шикарно. И никто из участников не выглядел как школьник.

— Смотрите,
смотрите! Это был бы просто хит в Инстаграмм! Я хочу сделать что-то похожее!

— Кончай
завязываться на такие бессмысленные стандарты…

Ишшики показывала
девушек, выходящих из шикарных лимузинов и шествующих в танц-холл. Как по мне,
парням интереснее Темджин [13], а не лимузины. Хотя некогда сейчас про Vurtual-On думать.

Те снимки, судя
по всему, относились к выпускным более высокого уровня, чем тот, который мы
имели в виду. Такое в ночных клубах вы не найдёте.

— Почему бы не
устроить обычную вечеринку?.. Зачем обязательно бал?..

— Хе-хе, потому
что я стану королевой бала! — провозгласила Ишшики, положив руку на грудь.

— А?

О чём она
вообще?.. Я полез в Гугль за разъяснениями.

Судя по всему,
королевой бала школьники выбирают самую красивую девушку из выпускников.
Кстати, там ещё и король имеется…

— Понятно… Хаяма
станет королём на своём выпускном…

— Ага, наверняка.
Иначе говоря, Хаяма — король, а я — коро… Ой.

Явно вспомнив про
разницу в годах, Ишшики кашлянула и повернулась ко мне:

— Кстати, семпай,
как насчёт остаться на второй год?

— И не мечтай…

— Не будь букой!
Всё равно же экзамены в университет провалишь, какая тебе разница? А так
сможешь скидками для школьников пользоваться.

— Хватит решать
за меня! В твоём сценарии больше минусов, чем плюсов. А если я завалю экзамены
в один университет, пойду сдавать в другой.

— Понятно… —
надулась Ишшики. — Тогда как насчёт взамен помочь организовать мне пром?

— Взамен… Взамен
чего?

Ишшики бесстыдно
сделала вид, будто предлагает мне компромисс. Но на самом деле я не мог просто
взять и проигнорировать её предложение.

— Так, придержи
коней. Ты решила организовать пром?

— Да, — безразличным тоном ответила она, не обращая внимания на мой скепсис. Мне оставалось лишь вздохнуть:

— Сейчас я не
могу. К тому же, мне такие вещи не нравятся, что ещё больше всё осложняет.

— У-угу… Думаю,
было бы здорово… Но будет трудно…

— Это верно…

Юигахама криво
улыбнулась. Юкиносита приложила руку к виску, закрыв глаза. Кажется, тут мы
единодушны.

— Ну да, я знаю…
Но всё равно хочу… Это в самом деле невозможно? — сказала Ишшики тише, чем раньше, глядя мне прямо в глаза и держась кончиками пальцев за мой пиджак. Манипулятивный приём, как обычно очень мощный. Заставляющий меня захотеть ей помочь.

В горле встал
комок, но мне всё же удалось выдавить нужные слова:

— Похоже, что да…
На то есть много причин… Уверен, ты и сама понимаешь.

Я чувствовал, что
нет нужды объяснять. У нас нет времени, нет денег, нет рабочих рук, нет опыта,
нет информации и много чего ещё нет. Уверен, что Ишшики и сама всё понимает.
Значит, у неё есть какая-то веская причина, почему она пришла к нам с такой
просьбой… Стоило бы её выслушать.

Ишшики, похоже, о
чём-то задумалась:

— Понятно… Тогда
школьный совет сам этим займётся.

— Да, так будет
лучше… Что ты сказала?

Я уставился на
Ишшики,решив, что ослышался. Но похоже, что нет. И понял я её правильно.

Она подняла
голову и строго взглянула на меня. Её глаза блестели решимостью.

— Ты слышала, что
мы сказали?

— Да. И потому мы
сделаем всё сами, — дерзко усмехнулась Ишшики.

Я невольно
вздохнул, не пытаясь ни остановить её, ни, наоборот, подбодрить.

— О-о… Понятно…

Юигахама была
удивлена не меньше меня. Мы недоумённо переглянулись. Я спросил одними глазами
«Что это она?», Юигахама пожала плечами. Юкиносита в нашем обмене мнениями
участия не приняла, её глаза оставались закрытыми.

Объяснить, что к
чему, могла только Ишшики, так что мы дружно уставились на неё.

— Не надо на меня
так смотреть… Да, я знаю, что будет сложно. И была готова к тому, что вы мне
откажете. Я же всё-таки не дура, — недовольно пробурчала она. Мы с Юигахамой начали кое-что понимать.

— Ясно. То есть
ты в любом случае намеревалась его провести?

— Понятно. Вот
почему ты не подготовилась к переговорам.

Ишшики слегка
улыбнулась и отвела взгляд, словно ей стало неловко:

— Ну, я думала,
что вы посмотрите фильм и тоже захотите устроить пром…

Это и называется
прийти без подготовки… Но хотя бы честно.

Под моим взглядом
Ишшики пару раз кашлянула, словно прочищая горло:

— Ну, если
передумаете, добро пожаловать в школьный совет. Вам всегда рады! Настолько, что
я вас даже домой не отпущу…

— Даже не
скрываешь желание нас поэксплуатировать… Значит, ты твёрдо решила провести
пром…

— Да.

Да, она и правда
приняла решение. Никак не показав, почему. Хлопотно это будет…

Пока я размышлял,
что же делать, заговорила Юкиносита:

— Могу я
поинтересоваться, почему ты так настаиваешь на проме?

Ишшики
вздрогнула. Наверно, не ожидала вопроса, потому что казалось, что Юкиносита
думает о чём-то своём.

— Э-э-э, ну я
ведь уже сказала, что хочу стать королевой бала…

— Но это может
случиться только через два года, верно?

Она почесала щёку
и потеребила воротник:

— Я хочу начать
готовить всё уже сейчас.

— Даже если не
начинать готовить сейчас, ты всё равно станешь королевой.

— П-понятно… Что?

Ишшики уставилась
на Юкиноситу, не веря своим ушам. Мы с Юигахамой тоже недоумённо переглянулись.
Юкиносита слегка вздохнула:

— Я говорю, что
нет никакой необходимости проводить пром именно в этом году.

— Да нет, я не
про то… — неуверенно пробормотала Ишшики, но Юкиносита не обратила внимания на её слова. Она пристально смотрела на Ишшики, ожидая другого ответа.

Та заколебалась,
но парой секунд спустя хлопнула в ладоши, словно что-то придумав:

— Ну, понимаешь,
нет никаких гарантий, что я и в следующем году буду президентом! Вот почему
начинать надо именно сейчас!

— Тебя
обязательно выберут, если ты этого захочешь. Во-первых, желающих всегда
немного, а во-вторых на твоей стороне будут заслуги и опыт работы. Думаю, ты
уверенно можешь запланировать пром на следующий год.

Юкиносита
говорила мягко, но так, словно видела Ишшики насквозь. И уверенно загоняла в
угол. Ишшики, кажется, совсем растерялась.

— Ну, это… м-м-м…
да, ты права, но…

— И через год…

— Не получится, — оборвала Юкиноситу Ишшики. Мгновение назад она выглядела растерянной, но сейчас в её голосе не было ни малейших сомнений. Юкиносита внимательно посмотрела на неё, стараясь понять, что она имеет в виду.

— Я, наверно,
предложу провести пром в следующем году, но вряд ли это получится. Просто
откажут, как вы, или скажут, что не хватит времени, и в итоге я просто сдамся…
Вот почему я должна что-то сделать сейчас, даже если это трудно или ничего не
получится…

Ишшики замолчала,
слышно было лишь дрожащее дыхание. Я хотел было спросить, всё ли с ней в
порядке, но в этот момент она встряхнула льняными волосами:

— Я должна
провести его в этом году. Мы можем успеть, если начать прямо сейчас.

Вскинув голову,
она окинула нас решительным взглядом. Но выражение лица Юкиноситы ничуть не
изменилось:

— Почему ты
хочешь его провести? Ради кого?

Ишшики озадаченно
заморгала, невинно приоткрыв рот, но тут же уверенно улыбнулась.

— Ради себя
самой, конечно же! — во весь голос заявила она, гордо выпятив грудь.

Отлично, Ишшики.
Может, это правда, может, скрывающая что-то ложь, но такое поведение достойно
похвалы. Было бы очень неосмотрительно спрашивать сейчас что-то ещё.

Юкиносита от
удивления неверяще поморгала, но тут же улыбнулась:

— Понимаю.
Спасибо за ответ.

Её улыбка
светилась искренней радостью, словно она услышала именно то, что хотела
услышать. Быть может, она спросила просто из любопытства. Хотя следующие её
слова такую возможность опровергли:

— Тогда я помогу
тебе.

— А? Э? Правда?
Ого! Юкино-семпай, я тебя люблю! Это-было-очень-страшно-правда-я-бы-хотела-чтобы-ты-больше-никогда-так-не-делала!

Ишшики, раскрыв
объятья, рванулась к Юкиносите. Та пробормотала «подожди…», стараясь её
отпихнуть.

Наблюдая столь
трогательную сцену, мы с Юигахамой синхронно вздохнули.

— Что ж, если
начальство сделало свой выбор, ничего не попишешь. Время засучить рукава…

— Угу, точно, — кивнула мне в ответ Юигахама с какой-то вымученной улыбкой.

Как бы то ни
было, цель клуба помощников определена. Если возникла задача, мы должны её
решить.

— Не могли бы вы
выслушать меня? — тихо заговорила высвободившаяся Юкиносита, потянувшись и подвигав руками.

— Хм?

Кажется, она
немного нервничала. Мы с Юигахамой повернулись к ней.

— Это было моё
личное решение, и я не буду заставлять вас помогать, если вы этого не хотите.

— Э-э… Что ты
имеешь в виду?

Юкиносита
выпрямилась, набирая воздуха в грудь:

— Ну, я имею в
виду… Я приняла это решение не как глава клуба и потому не имею права
приказывать. Не воспринимайте его как часть клубной деятельности. Конечно, я
была бы признательна за помощь. Я просто хочу, чтобы вы знали, что я принимаю
на себя ответственность за пром и собираюсь воплотить его в реальность. Иначе
говоря…

Её голос
становился всё тише и тише, пока совсем не затих. Она крепко вцепилась в юбку и
опустила голову, прикусив губу.

Сдаётся мне,
что-то такое я уже слышал. И Ишшики вроде бы тоже помнит. Вот только на сей раз
всё намного масштабнее.

— Это значит, что
мы можем участвовать, если захотим?

Юкиносита
посмотрела на меня, не слишком уверенно собираясь что-то сказать. Но её
опередил другой тихий голос:

— Нет, Хикки.

В голосе Юигахамы
не слышалось ни осуждения, ни неодобрения. Он звучал очень тихо, словно
падающее в воздухе перо.

Я посмотрел на
неё. Юигахама опустила голову, уткнувшись взглядом в стол и слегка вздохнула. А
потом мягко улыбнулась Юкиносите:

— Юкинон… Ты
хочешь сделать всё сама, верно?

Та уверенно
кивнула.

Теперь понятно.
Какое облегчение. Я действительно ошибался.

Везде и всегда,
что бы она ни говорила, она всегда умалчивала самое важное. Юигахаме хватило
несколько слов, чтобы расшифровать то, что она сказала.

Юкиносита тихо
вздохнула, её губы слегка дрожали:

— У нас нет иного
выбора, кроме как сделать всё сейчас. Если сразу начнём, всё может получиться…
Наверно, это касается и меня.

Ишшики недоумённо
посмотрела на Юкиноситу распахнувшимися от удивления глазами. А вот Юигахама оставалась
спокойной. Наверно, она была единственной, кто всегда правильно понимала
Юкиноситу.

— Вот почему я
хотела бы, чтобы это стало началом… И чтобы вы смотрели, как у меня получается.

— Хорошо, я не
буду тебя отговаривать. Только пообещай мне кое-что.

Юигахама
выставила мизинец. Юкиносита смущённо приподняла руку, поколебалась, но потом
всё же подалась вперёд, сцепившись пальцами.

— Не глупи. Если
тебе понадобится помощь, дай нам знать. Не как членам клуба помощников, как
друзьям. Я бы хотела помочь, когда потребуется.

— Хорошо, обещаю…
Спасибо.

На лице Юигахамы
появилась привычная невинная улыбка:

— Ну и хорошо. Я
поняла. А ты, Хикки?

Вполне
естественная смена собеседника, но сразу отреагировать мне не удалось.

— Угу. — единственное, что я сумел выдавить из себя. Хотя даже не уверен, что сумел. Юкиносита бросила на меня взволнованный взгляд:

— Я в чём-то
неправа?

— Нет. Всё
нормально. Наверно.

Юкиносита
улыбнулась, я попытался ответить ей тем же.

Я наконец понял.
Что я увидел в её прекрасном поклоне. Что означают её уклончивые слова. Ничего
удивительного, что всё это так знакомо. Ещё бы не понять. Эти спокойствие и
одиночество я уже переживал.

— Понятно.
Кажется, я поняла, — тихо пробормотала Ишшики. И устало вздохнула. Похоже, Юкиносита тоже это заметила:

— Прошу прощения
за причинённые неудобства. Наверно, моя помощь окажется не слишком значимой,
но…

— Нет-нет, всё
нормально.

Ишшики улыбнулась
склонившей голову Юкиносите. Встала и шутливо поклонилась:

— В таком случае
жду завтра в комнате школьного совета.

— Да, давай
постараемся.

— Да, давай
постараемся, Юкино-семпай.

Юкиносита качнула
головой, словно ощутив что-то странное в её словах. Ишшики подхватила свои
вещи, помахала нам рукой и быстро юркнула в коридор, захлопнув за собой дверь.

Мы проводили её
взглядом, понимая, что нам тоже пора. Обычные сроки уже прошли, а ещё немного,
и мы вообще рискуем стать нарушителями.

— Пора
расходиться. — пробормотала Юкиносита, глянув на часы. Мы с Юигахамой кивнули и начали собираться.

Юигахама со своим
пледом в руках вышла первой. За ней я, следом Юкиносита.

За окном уже
совсем стемнело. А в коридоре изрядно похолодало, словно, выйдя из комнаты, мы
попали в какой-то иной мир.

Но для меня
прокатившийся по коже холодок был лишь доказательством того, какая приятная
атмосфера была в клубе помощников.

Просьба Ишшики не
считается заданием клуба. И потому у меня больше нет причин приходить сюда.

Наверно, это и
есть самостоятельность. Чувствуешь себя немного брошенным, но гордым. Вроде
моего мягкого, но неизбежного отдаления от Комачи. Что вполне можно
отпраздновать.

Щёлкнул замок,
запирая дверь в комнату клуба. Словно сберегая что-то очень ценное.

Этот ключ всегда
был у неё. Для меня он оставался нетронутым.

--------------------------------------------------------

Примечания

[1]
Отсылка
к манге и аниме «Karakai Jouzu no Takagi-san»

[2]
Районы в
Токио с роскошными бутиками и элитными кондитерскими

[3]
Отсылка
к древнему сериалу «Sakigake!! Otokojuku»

[4]
Ритуал
самоубийства путём вспарывания живота. Помощь заключается в отрубании человеку
головы, чтобы меньше мучился

[5]
Отсылка
на древний американский комикс «Peanuts» («Арахис»), один из героев которого,
Линус ван Пелт, частенько таскает с собой одеяло. Чиба, если кто забыл,
крупнейший японский производитель арахиса

[6]
Размер
татами — 90x180 см

[7] Отсылка к игре «The Idolmaster»

[8]
Фраза из
рекламы

[9] Героиня аниме «Idol Time PriPara»

[10]
Отсылка
к названию группы «Ho-kago Tea Time» из сериала «K-ON»

[11]
Отсылка
к «Kemono Friends»

[12]
Последнее
— студия «Toei Ltd»

[13]
Персонаж
игры «Virtual-on»