Глава 1 — Дом под светом луны

Когда-то давно ко мне подошёл какой-то мальчишка и задал странный вопрос:

«Вот как ты думаешь, что способно разрушить мечту человека?»

Тогда я лишь отмахнулся и попросил его уйти с дороги. А вопрос засел, как заноза и годами крутился в голове.

Только сейчас, стоя на краю обрыва и глядя на горящий город я наконец понял ответ. Эх… чёрт возьми. Жалко, конечно, что понял это слишком поздно.

Небо над разрушенным городом тонуло во мраке. Где-то вдали метался глухой звон колоколов. Люди давили друг друга, спотыкаясь об обломки камней и чужие тела, прятались в развалинах и хватались за любую возможность выжить.

Горящие здания рушились, осыпая всё вокруг горячим пеплом. А на холме у старого особняка стояли двое — уже почти незнакомые друг другу люди.

Девушка первой нарушила долгое молчание.

— Значит… всё это время это был ты.

Он ничего не ответил — только сильнее сжал руку на груди, будто пытался удержать то, что уже давно треснуло.

— Я тебя даже не сразу узнала, — тихо добавила она.

Он поднял взгляд. В нём не осталось ничего, кроме усталости.

— Смотрела и всё думала: кто это передо мной.

— А ты изменился, — слабо улыбнулась она.

Серебристая мантия мягко спадала с её плеч, длинные пряди волос ловили лунный свет. Она была точно такой же, как в его воспоминаниях. И именно это резало сильнее всего.

— Прости, — хрипло выдавил он. — Я не думал, что всё зайдёт так далеко.

— Ты всегда так говорил, — она сделала шаг ближе. — «Я не думал», «Я не хотел».

Между ними повисла тяжёлая пауза.

— Ты хоть добился того, чего хотел?

— А сама как думаешь?

— Я тебя спрашиваю, — её пальцы крепче сжали посох. — Всё то, о чём ты мечтал… ты этого действительно хотел?

Он отвёл взгляд. Даже город внизу, казалось, рушился тише, чем его молчание.

— Я хотел изменить мир.

— Ну так посмотри, — горько сказала она. — Изменил.

Коротко усмехнувшись, девушка отвела взгляд.

— А знаешь, что самое мерзкое? Я всё равно тобой восхищалась.

Он шагнул было к ней, но остановился, словно между ними вдруг выросла стена.

— Хотя уже не важно, судьба за нас всё решила.

В её глазах блеснули слёзы, но ни одна не скатилась.

— Возможно, – тихо ответил он. – Когда-нибудь наши пути еще…

— Прощай, – перебила она и, почти шёпотом добавила: — Мой любимый младший брат.

Когда грянул гром, обрушился холодный беспощадный дождь. Вода стекала по их лицам, смешиваясь с тем, что они так и не решились сказать. Потоки затапливали улицы, смывая кровь, пепел и следы шагов.

Она неподвижно стояла, сжимая посох как последнюю опору. А он уходил всё дальше, не позволяя себе оглянуться.

Их последние слова ещё долго отдавались в его душе далёким эхом — как сон, который невозможно забыть.

817 год эпохи Священной войны

Согласно хроникам того времени, битва на хребте Кровавого Дракона стала одним из переломных сражений войны.

К тому моменту армии Альянса уже несколько лет удерживали инициативу. Захваченные крепости возвращались под их контроль одна за другой, а Союз тёмных сил отступал всё дальше на восток.

Во многих записях тех лет причиной этих перемен называли одного человека.

…Именно об этом рассказывала книга.

Утренний свет мягко просачивался сквозь высокие окна библиотеки, ложась на пыльные полки и старые переплёты. В воздухе витал запах бумаги, чернил и слегка остывшего воска — здесь всегда зажигали свечи, даже днём, будто боялись, что тени спрячут истину между строк.

Азарилл сидел на широком подоконнике, закинув ногу на ногу, и лениво перелистывал страницы увесистой книги с выцветшим гербом Империи Литиус на обложке.

— Мда… — протянул он, захлопывая том. — Скучная какая-то книжка. Всё одно и то же.

Он откинул голову назад и уставился в потолок, украшенный резьбой времён, когда этот дом только строился.

— Очередная сказка, — продолжил он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Свет побеждает Тьму, герой спасает мир, все счастливы. Как будто иначе и быть не может.

— Ты слишком вольно обращаешься с историей своей страны, — раздался нежный голос сбоку.

Азарилл вздрогнул и резко выпрямился.

— Фиора?! Ты откуда здесь взялась?!

Девушка стояла у одной из полок с тонким фолиантом в руках. Взгляд сосредоточенный, но уголки губ выдавали сдержанную улыбку.

— Кто-то ведь должен присматривать за младшим братом, пока родители в отъезде, — тихо усмехнулась она.

— Ты меня старше всего на девять минут! — возмутился Азарилл. — Девять! Хватит уже смотреть на меня сверху вниз.

Фиора медленно закрыла книгу и повернулась к нему.

— Девять минут — это всё равно старше, — заметила она. — А судя по твоим словам, ещё и умнее.

— Ой, да ладно тебе, — отмахнулся он. — Ты сама это читала? Тут всё слишком… правильно. Будто мир делится только на чёрное и белое. Герой всегда прав, враг всегда зло. Даже марсионы — ну скажи, разве они не звучат как выдумка?

— Ты опять за своё…

— Серьёзно, — оживился Азарилл. — Великая раса, исчезнувшая без следа и оставившая только легенды. Ни городов, ни артефактов, ни доказательств. Как будто кто-то специально написал красивую историю, чтобы пугать или вдохновлять детей.

Фиора несколько мгновений молча смотрела на него.

— Что-то ты слишком легко отмахиваешься от того, чего не понимаешь, — наконец сказала она. — А потом удивляешься, что я отношусь к тебе как к ребёнку.

— Что я не так сказал? — вспыхнул Азарилл. — Разве сомневаться — это плохо?

— Проблема не в сомнениях, братец. Ты читаешь, чтобы подтвердить своё мнение, а не чтобы узнать правду, — с усмешкой добавила она.

Фиора развернулась и направилась к выходу, но у самой двери остановилась.

— Тебе стоит больше времени уделять учёбе, Азарилл. Фехтование — это хорошо, но если будешь и дальше игнорировать магию, однажды окажешься позади… Даже меня.

Он хотел ответить, но сестра уже добавила:

— Идём, а то ужин остынет.

Когда её шаги стихли, Азарилл ещё несколько секунд сидел неподвижно. Потом отложил книгу, почесал затылок и поплёлся за ней.

— Вот же зануда…

Дом Мунрэй не принадлежал к великим родам Империи, но и незаметным его было не назвать. Старый двухэтажный особняк на окраине Рагоса хранил уют, особенно по вечерам, когда сад тонул в тенях, а окна загорались мягким светом.

Под покровом наступающей ночи Азарилл выбрался на крышу — туда, где всегда было тише, чем внизу. Лёг на спину и уставился в небо.

Облака медленно плыли, на миг закрывая луну, и каждый раз сад внизу то уходил в густую тень, то вспыхивал холодным серебром. Лунный свет ложился на листья, стекал по черепице и задерживался в его светлых волосах. Мир казался слишком спокойным.

— Глупо, да? — тихо произнёс он, будто обращаясь к небу. — Мечтать… о большем.

В груди щемило.

— Батрас… — пробормотал он.

Если кто-то смог пройти через такую войну и победить — значит, это возможно.

— Я стану таким же, — прошептал Азарилл, потом нахмурился и сердито добавил: — Нет… Я стану лучше!

Он сжал кулак и поднял его к лунному свету. В этот момент заметил карету, медленно подъезжающую к дому.

— Вернулись!.. — выдохнул он и вскочил.

Во дворе уже стоял пожилой мужчина с прямой спиной и седыми волосами. Дворецкий Рамонс служил дому столько лет, что давно перестал удивляться выходкам юного хозяина.

— Господин Азарилл, — вздохнул он. — Вижу, вы снова успели вовремя.

— Герои всегда появляются вовремя, — сказал мужчина, выходя из кареты.

Азарилл невольно улыбнулся. Отец выглядел точно так же, как перед отъездом: те же серебряные волосы, то же спокойствие во взгляде. Будто ничего и не произошло. Он элегантно протянул руку матери, помогая ей спуститься.

— Сегодняшняя луна и вправду необычайно красива, не так ли? — мягко сказала она, заметив сына, и чуть заметно улыбнулась.

В лунном свете её светлые волосы серебрились, а тонкие черты лица казались ещё нежнее. Родинка под левым глазом придавала улыбке родное очарование.

Азарилл застыл, не сводя с них глаз. Все приготовленные слова внезапно исчезли. Осталось только странное облегчение, от которого стало тяжело дышать.

Он подошёл ближе и обнял родителей.

— Матушка… Отец. Вы вернулись.

— Рад приветствовать вас в добром здравии, господин Азарет, госпожа Эсмеральда, — произнёс дворецкий и склонился в поклоне.

— Пройдём в дом, — спокойно сказал отец. — Ты же не хочешь, чтобы мы простояли здесь всю ночь.

— Да! — тут же оживился Азарилл. — Фиора так долго вас ждала, что уснула в кресле. Думаю, она уже третий сон видит.

Он по-детски рассмеялся, и смех эхом разнёсся по двору, разбавляя ночную тишину.

Утро следующего дня выдалось тёплым и шумным. В доме Мунрэй впервые за две недели все собрались за одним столом.

Фиора надулась, сидя напротив Азарилла.

— Почему меня никто не разбудил? Я тоже хотела вас встретить.

— Самое главное — мы снова вместе, — мягко сказала Эсмеральда. — Разве это не счастье?

Фиора отвела взгляд и кивнула.

Несколько мгновений все ели молча, пока Азарилл внезапно не поднял голову.

— Отец… — он замялся, но потом решительно продолжил: — Я хочу обучаться магии по-настоящему. Пожалуйста, стань моим наставником.

В столовой повисла тишина. Фиора тихо хихикнула, Эсмеральда улыбнулась, а Азарет долго смотрел на сына, словно видел его впервые.

— Магии?.. — наконец произнёс он.

— Да, но… я не хочу быть обычным магом. Я хочу владеть и магией, и мечом. Знаю, что это почти невозможно, но не хочу выбирать лёгкий путь.

Он сжал кулаки под столом.

— Я хочу стать сильнее. Настолько, насколько это возможно.

Азарет медленно откинулся на спинку стула.

— Это… амбициозно, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Очень.

Помолчав, добавил:

— Что ж, попробуем. Если боги благословили тебя, то сам увидишь, куда приведёт этот путь.

Азарилл выдохнул и впервые за утро искренне улыбнулся.

— Нас не было дома всего две недели, — сказала Эсмеральда, меняя тему. Она приподняла фужер и сделала глоток. — А для меня это было как вечность. Как вы провели это время?

— На самом деле… — ответила Фиора. — Вы уехали внезапно, не сказали, когда вернётесь, а мы каждый день ждали.

Эсмеральда посмотрела на дочь с искренней нежностью.

Разговор постепенно стих. На смену словам пришло уютное молчание — то редкое, когда присутствие близких важнее любых фраз.

Завтрак закончился так же тихо, как начался: негромко звякнула посуда, заскрипели стулья. Эсмеральда осталась за столом с Фиорой, отец направился в кабинет. Дом наполнился привычными живыми звуками.

Азарилл уже шёл к выходу, когда вдруг остановился и обернулся. Его взгляд задержался на столе — на матери, отце, сестре. Всё было так правильно и спокойно, как и должно быть.

И всё же внутри кольнуло странное чувство. Почему-то ему показалось, что он запоминает этот момент, сам не зная зачем. Тряхнув головой, он прогнал мысль и вышел из столовой, оставив за спиной тёплый свет и тихие голоса.