Глава 357 — Ча Чон У (Часть 3)

Взрыв света.

Бесчисленные буквы разлетелись и окутали Ён У и Чон У.

***

Как сильно кружится голова.

Я даже не пил, тогда почему мне так плохо? Пил?

Стоп. Разве я когда-нибудь напивался раньше? В свой последний день
рождения мы с братом купили тайком бутылку соджу, но не более. Брат
сказал, что ему это не нравится, я сделал один глоток и больше не пил.

Нет.

Мы всю ночь пили с Вальдбичем.

Узнали, что у Хеновы в погребе бродит пиво, и незаметно прокрались
туда ночью. В итоге опустошили пять дубовых бочонков. И Хенова отлупил
нас трубкой, потому что мы отключились на месте.

Но это пиво того стоило. От одной мысли о нём у меня слюнки текут.
Может, есть способ пробраться туда снова? Кажется, Хенова потихоньку
сбраживает его где-то в другом месте. Осмотреться?

Нет, стоп.

Хенова? Кто это?

Голову заполнили какие-то непонятные мысли.

Мне снился странный сон?

Появляются и исчезают незнакомые имена. И многочисленные
воспоминания. Фрагментированные, настолько разрозненные, что трудно
сказать о чём они, но всё так живо, словно было вчера.

Радость, счастье, подавленность, грусть и мрак в конце… Как будто посмотрел печальный фильм.

Всплывшие, было, воспоминания вдруг растаяли, как тает сон после пробуждения. Все сцены смыло, словно песчаный замок на пляже.

— Что это?..

Открыв глаза, я потёр виски. И увидел аккуратный стол и забрызганные
книги. Блокнот, рядом ручка. Я подумал, что, прозанимавшись всю ночь,
уснул.

Что это были за воспоминания?

Они казались важными, но я не мог ничего вспомнить, сколько ни старался. Я нахмурился, снова пытаясь пробудить их.

Громко сигналил будильник, возвращая меня в реальность. Головная
боль, сдавившая голову, пропала, как будто и не было ничего. Нет. Я даже
не заметил, как она исчезла.

07:32

— Чёрт…

Уроки начинаются в восемь. Я опаздываю.

Странные воспоминания выветрились из головы.

***

— Уф! Я едва справился.

— Вот дерьмо. Что? Ты справился?

— Конечно. Хе-хе. За кого ты меня принимаешь?

— Проклятье. Они в открытую нас дискриминируют. Как грустно жить в мире тем, кто не может учиться.

В это утро в классе было шумно. Потому что это школа для мальчиков, полная грубых, потных парней.

Раздался грохот. Должно быть, они играли в кучу-малу, потому что
какой-то пухлый чувак поскользнулся и упал. Столы и стулья вокруг него
сложились, как костяшки домино. Те, чьи книги и перекусы попадали на
пол, ругались, топча пухлого парня.

Гнездо, полное зверей и замешательства.

Чёрт.

Не думал, что вернусь сюда. Я даже рад — много времени прошло, однако
все приятные чувства как будто разом исчезли. Что мне делать среди этих
распалённых звероподобных придурков?

А?.. Много времени прошло?

Я вчера приходил в класс, но о чём я только что подумал? Я снова сжал
виски и отогнал странные ощущения. Всё из-за утренней головной боли.

— Что с тобой? Голова болит?

Озабоченно спросил мой друг. Всего мгновение назад он шутил. Мы
сблизились, поскольку с первого класса учились вместе. Его зовут… как?
Как его зовут?

— Может, сходишь в медпункт?..

— Всё в порядке. Правда. Не говори брату. Он опять будет меня пилить, — отмахнулся я.

Мне с детства часто становилось плохо, и я постоянно простужался.
Теперь стало получше, только головные боли остались, но из-за природной
болезненности я осторожничал.

Маме тоже часто становилось плохо. Врачи говорили, на современном
уровне развития медицины поставить диагноз по таким симптомам трудно.
Обсуждали, вносить это в счёт или нет. К счастью, мы смогли расплатиться
по больничным счетам, но болезнь всё равно ужасная.

— Но, мне кажется, тебе следует рассказать Ён У…

— Всё нормально. Я лучше знаю своё тело. Надо просто потерпеть, и всё
пройдёт. К тому же, если я приведу парня, которого, скорее всего,
изобьют ещё у школьных ворот, я буду плохим человеком.

В отличие от болезненного меня, Ён У рос особенно здоровым. Хотя мы
однояйцевые близнецы, он никогда не страдал ни от каких странных
симптомов и всегда был очень спортивным. Он всё время ввязывался в
драки. Из-за чего учителя заклеймили его проблемным ребёнком и постоянно
наказывали. Он очень отличался от меня, считавшегося примерным
учеником, и был довольно известен в школе.

Я, хоть и торопился, опоздал на десять минут, но учителя меня
пропустили. Брата, пришедшего на пять минут позже меня, безжалостно
избил палкой у входа в школу директор.

Наверное, сейчас он, стиснув зубы, терпит жестокие побои.

Утром я улизнул из дома, хотя знал, что мы опаздываем. И собирался
сегодня избегать его. Не стоило ему есть моё манговое желе в
холодильнике без разрешения.

Отомстив, я почувствовал себя обновлённым.

Это, конечно, трусливо, но я больше ничего не мог сделать. Не мог победить его силой, так что оставалось только одно.

— Какое облегчение. В любом случае, если будет совсем плохо, сразу
скажи мне. Не надо просто падать в обморок, как в прошлый раз. Чтоб
тебя. Ён У надавал мне столько подзатыльников, что у меня затылок теперь
плоский, — ворчал друг, качая головой.

Да, он тоже стал жертвой вспыльчивости моего брата. Какая жалость. Мне надо быть с ним добрее.

— Мой старший брат всегда такой, да?

— Вы оба одинаковые.

После его слов я нахмурился.

Я лучше своего брата. Нет. Нас даже сравнивать нельзя. Как можно сравнивать меня с этим шизофреником?

— Старший бьёт людей, когда ему становится скучно, а младший насмехается над ними. В чём разница?

— Во внешности? Разве я не красивее?

Я постоянно получал признания от девушек, несмотря на то, что учился в старшей школе для мальчиков. Вот придурок.

— Этот… Аргх! Давай не будем, — вздохнул мой друг.

Прозвенел звонок на первый урок.

Друг всё время жалуется, но он добрый парень и постоянно заботится о нас, братьях.

Цундэрэ. Как Хенова.

Хенова?.. В голове снова всплыло это странное имя. Я как будто по
нему скучаю. И совсем ничего не помню. Почему? Это имя какого-то
философа?

Подумал я про себя, провожая глазами друга, вернувшегося на своё место.

Правда, что это за имя?

***

[Наш бедный шизик] Эй ты, сволочь. Ты труп. Точно.

[Я] М-м-м?

[Наш бедный шизик] Трудно было меня разбудить?

[Я] Что?

[Наш бедный шизик] Да пошёл ты.

Я не ответил.

[Наш бедный шизик] Да-да, заткнись. Пока не получил.

Я снова не ответил.

[Наш бедный шизик] Я тебе говорил, хватит посылать мне эти странные штуки.

Я отправил ему котика с отчаянными глазами и сложенными лапками.

[Наш бедный шизик] Я тебе покажу, как со мной связываться.

[Я] Что-о-о?

[Наш бедный шизик] Ах, ты! %T$@#!@#!

— Боже. Он и правда не умеет спорить, когда речь заходит о нём.

Я усмехнулся, глядя на полные проклятий сообщения. Судя по тому, с
какой скоростью они прокручиваются, шизик в бешенстве. Наверное, из-за
того, что его сообщения помечены как прочитанные, но ответа нет, он ещё
больше расстроился.

Урок был такой скучный, что я зевнул.

Как старшеклассники мы уже всё знали. Занятия проводились только ради
оценок: приближались вступительные экзамены, и большинство занималось
самостоятельно. Учителя ничего не говорили ученикам, которые сами
выполняли задания из учебников.

Я мог спокойно выйти с телефоном. Конечно, если бы учитель заметил,
что я слишком увлечён перепиской, он бы его забрал, но, если извиниться,
учитель просто его вернёт.

Вот почему репутация примерного ученика так важна. Я уже понял, как
вести себя в обществе. И подумывал вытащить учебник, чтобы позаниматься,
как все одноклассники, но странно, мне совсем не хотелось этого делать.

С самого утра.

Я как будто что-то теряю.

Что я теряю? Кажется, что-то важное…

Но сколько бы я ни возвращался к своим воспоминаниям, не мог ничего
вспомнить. И целый день тупо просидел за столом со своим телефоном.

Я чувствовал себя странно, но в последнее время много занимался, так
что решил, один день безделья не повредит. Хотя после обеда собирался
освободить голову и снова взяться за ручку.

Вдруг телефон у меня в руках завибрировал. Я уже собирался загрузить игру.

(Реклама) Пройдя Обелиск до конца, вы можете загадать желание.

Хотите принять участие?

ДА или НЕТ?

— Опять оно.

Этот спам я получал каждый день.

Надоедливое сообщение, которое я постоянно блокировал, но оно
приходило с другого номера. Мне даже стало интересно, как я получаю одно
и то же сообщение, с одной и той же информацией, в одно и то же время
уже примерно месяц.

«Обелиск».

Памятник поклонения богу или исторической победе. Хотя тут
говорилось, скорее, о «башне». Типичная реклама игры. Проблема в том,
что под кнопками «Да или Нет» никакой ссылки. Ничего, что позволяло бы
загрузить игру, даже если бы я захотел.

Они хотят, чтобы я поиграл или нет?

Я не понимал, чего хочет от меня это сообщение.

Телефон опять завибрировал. Пришёл новый текст. При виде номера отправителя моё лицо застыло.

Отец

Я удалил сообщение, даже не читая. Понятно, о чём там будет. В день,
когда брат узнает, что я общаюсь с этим человеком… может случиться
страшное.

Одно дело, когда брат бесится в шутку, и совсем другое, когда он
действительно в бешенстве. Он становится таким холодным, словно другой
человек. А что будет дальше и так понятно. Я не хочу этого видеть.

Неужели и правда ничего нельзя сделать?

Я просмотрел социальные сети — от нечего делать. Но по-прежнему
чувствовал себя странно, хотя и лучше, чем утром. Я отложил телефон и
взял ручку. Как бы то ни было, мне нужно учиться.

Я не могу забить на оценки за вступительный экзамен. На поступление в
престижный ВУЗ, на четыре года стипендии. На то, чтобы вместо несения
обычной солдатской службы, устроиться на производство боеприпасов и
заработать деньги для своей семьи, а потом сразу найти работу в крупной
компании.

Я мечтал о таком будущем: заботиться о больной матери и создать семью своей мечты, — отдыхать некогда.

Я уже собирался погрузиться в учебник, как телефон снова завибрировал.

Думая, что пришло новое сообщение, я уже хотел выключить его, но это
оказался звонок. А когда я увидел номер, моё сердце пропустило удар.

Больница

***

— Всё произошло так внезапно, ей как раз стало лучше… х-ха-а.
Экстренная помощь оказана, понаблюдаем за состоянием, а там видно будет.

Врач вышел, а я стоял и пустыми глазами смотрел на маму.

Она дышала через кислородную маску. Никто бы не поверил, что ещё
вчера она смеялась и шутила с нами. Выглядела она совсем неважно.

— Я вернусь, подышу свежим воздухом и вернусь.

Не слыша ответа брата, я шатко вышел из палаты. Мне казалось, вся
энергия покинула моё тело. Почему у меня с утра кружится голова?

Снова завибрировало в заднем кармане. Я безучастно вытащил телефон.

(Реклама) Пройдя Обелиск до конца, вы можете загадать желание.

Хотите принять участие?

ДА или НЕТ?

И хотя это был всё тот же спам, мне бросилось в глаза, что сообщение пришло в другое время. Особенно одно слово — «желание».

Было бы неплохо, если бы это оказалась не просто игра, а то, что
случается в фильмах и книгах. Если бы я действительно мог загадать
желание и вылечить маму от её загадочной болезни, больше мне ничего не
нужно.

Я коснулся экрана, пытаясь успокоиться.

Кнопка «Да или Нет» посинела. Ссылка сработала.

И я понял, что нажимаю «да».