Глава 5 — Без названия
Мужун Цинъянь пришла в себя и быстро обнаружила, что попала в
какое-то другое место - она больше не находилась в своей старой
маленькой комнатушке.
На этот раз она совершенно точно не знала, куда её занесло.
Девушка сидела на зелёной травке, а вокруг неё было видно горы, вдалеке -
реку, а совсем рядом - небольшую хижинку.
Разглядывая этот пейзаж, Цинъянь не испытывала даже толики
паники, хоть она и не имела представления, где оказалась. Поднявшись,
невольная путешественница решила осмотреться ещё раз.
"Видишь - теперь ты внутри".
Девушка всё ещё размышляла, когда внезапно её ушей достиг голос.
Он звучал так, будто был предельно старым, с миллионами лет жизни за
плечами. Кроме того, в этот же момент Цинъянь ошутила давление на своё
тело, исходящее неизвестно откуда. Впрочем, она не колебалась и
продожала стоять, как ни в чём не бывало.
"Кто ты?" - перерожденная сдвинула брови и насторожила глаза.
Она находилась в неизвестном месте, была крайне слаба и просто не
могла продемонстрировать свои былые боевые умения. Девушка не знала,
сможет ли постоять за себя, если ей будет грозить какая-то опасность.
"Я? - вновь зазвучал голос. - Я - хранитель этого пространства, и тот, кто спас тебя".
"Ты спас меня? - Цинъянь прищурилась. - То есть, я попала в эту эру и переродилась в теле Мужун Цинъянь благодаря тебе?"
"Именно так, это я перенёс тебя сюда, - на мгновение голос сделал
паузу, но затем продолжил, - однако то, станешь ли ты сильнейшей в этом
мире, зависит только от тебя и твоих умений".
"Что?" - услышав последнюю фразу, девушка замерла, пытаясь понять, что именно ей пытались сказать.
"Скоро увидишь всё сама".
Когда старый голос договорил, Цинъянь ощутила могучий прилив
духовной энергии. В отличие от прошлых попыток, в этот раз она
беспрепятственно текла через тело девушки и вливалась в даньтянь, бешено
циркулируя по нему, что немедленно вызывало дикую боль, будто бы тело
несчастной готово было разорваться на части.
Внезапно в мыслях путешественницы возник сложный на вид манускрипт.
С губ Мужун Цинъянь без всякой воли с её стороны стали слетать
слова заклинания, руки её изобразили странный и сложный жест, а всё тело
озарилось ярким золотым сиянием, становящимся всё сильнее и сильнее,
заставляя её походить на священного и неприкосновенного пророка.
Если бы кто-то видел девушку со стороны, то он безусловно был бы
шокирован. Золотой свет, льющийся сквозь кожу Цинъянь, стёр её родовое
пятно, не оставив и следа, так что её деликатное личико, прекрасное
творение Бога, отныне ничем не омрачалось.
Сама она не могла заметить этого - бедняжка всё ёще испытывала адскую боль от всей энергии, вливающейся в её даньтянь.
Большинсво людей столь сильные ощущения довели бы до криков и
слёз, но Цинъянь терпела, не проронив и звука. Сжав зубки, она
концентрировалась, пытаясь направлять потоки силы внутри себя.
Она прекрасно понимала, что происходящее было ей во благо - если
она не может перетерпеть подобное, то что и говорить о том, чтобы стать
сильнешей?
Спустя некоторое время девушка ощутила, как интенсивная боль стала постепенно отступать.
Когда же она совсем исчезла, Цинъянь почувствовала, что духовная
энергия всё ещё была внутри её даньтяня и циркулировала по всему телу.
Вскоре, она могла ощутить, что внутри неё было нечто, похожее на цветок лотоса размером и формой.
Эта вещь сияла, постоянно вбирая в себя всю энергию вокруг.