Глава 211.1 — Для завершения холма не хватило одной корзины земли

[обр. в знач.: Из-за пустяка сорвать дело на пороге успеха]

Вэнь Гэ вспомнила указания Линьань Гунчжу и встала:

— Го Цзя, даже если вы хотите выгородить своего брата, не пытайтесь
соврать! Это случилось на глазах у всех, неужели вы еще будете
опровергать?

Все видели такую картину: Го Дун сидит со связанными за спиной
руками, а Вэнь Гэ говорит с возмущением и гневно смотрит на Ли Вэй Ян.
Все вокруг невольно начали обсуждать случившееся между собой.

Вэнь Гэ давно уже все организовала и служанки, которые первыми
прибежали на крик принцессы, добавляли масла в огонь. По сути, они
только сейчас и начали описывать то, что произошло и давать оценку.

Вокруг все вокруг начали говорить о том, что современные общественные
нравы все ухудшаются и ухудшаются, и что даже сыновья известных и
влиятельных родов стали злыми и осмеливаются нарушать правила в
отношении Гунчжу, и что таких Гунцзы нужно приговаривать к смерти.

На самом деле, репутация Линьань Гунчжу уже была плохой, но она была
дочерью Императора и никто не мог не учитывать ее статуса, и никто не
мог упрекнуть ее в плохом поведении.

В отношении Гунчжу нельзя было позволить себе даже невежливость и это
уже было бы преступлением, а Го Дун осмелился домогаться Гунчжу…

Это был тот редкий случай когда Линьань Гунчжу показывала свою слабость и тем более, плакала.

В этот самый момент вошел Тайцзы Дянься. Увидев эту картину, он, естественно, был удивлен.

Линьань Гунчжу схватила его за рукав и начала жаловаться.

— Хуансюн [обращение детей Императора между собой], сегодня плохой человек хотел опозорить меня, вы должны заступиться за меня!

Выражение лица Тайцзы изменилось. Он огляделся вокруг:

— Что, черт возьми, здесь происходит?

Кто-то из стоящих вокруг объяснил ситуацию. Лицо Тайцзы исказилось.

— Если это действительно так, тогда это серьезное дело! Привести владельца дома, я хочу сам его допросить.

Он посмотрел на Ци Гогуна и холодно добавил:

— Гогун Гонье [обращение к обладателю титула – высшего из пяти рангов знатности], что вы об этом думаете?

Хотя Ци Гогун был уверен, что его сын не был виновен, кто сейчас станет слушать его аргументы? Он спокойно произнес:

— Как будет угодно Тайцзы. Если действительно Го Дун осмелился быть грубым в отношении Гунчжу, Тайцзы не может отпустить его.

Сказал он и с мрачным лицом пошел в направлении главного зала.

Го Чен гляда на Ли Вэй Ян, подал знак, затем намеренно пошел позади
народа и только войдя в сад, кратко рассказал, что он видел, войдя во
внутренний двор.

Выслушав его Ли Вэй Ян лишь произнесла:

— Похоже, Си Гэ попал в ловушку врага.

Конечно, Го Чен уже понял это. Он намеренно понизил голос:

— Что нам теперь делать?

Ли Вэй Ян усмехнулась:

— «Вторгнется враг — найдутся генералы, чтобы отразить его,
разбушуется паводок — дамба его остановит» [обр. принимать меры в
зависимости от конкретной ситуации; из любой ситуации всегда есть
выход]. Разве отец не это сказал? Нам с вами не нужно по своей
инициативе задевать их, они сами будут задевать нас и тогда пусть не
обижаются.

Сказав это, она подала знак Чжао Ю, что та, воспользовавшись суматохой может пойти осмотреть дом.

Чжао Ю кивнула и тут же юркнула куда-то в сторону и исчезла.

Увидев, что Ли Вэй Ян спокойна, Го Чен тоже успокоился.

Юань Ли подошел к ним:

— Линьань Гунчжу, выбрав такие совершенно вульгарные действия, теряет
лицо семьи Пэй, но тебе нужно продумать все как следует. В обычной
ситуации, если женщина решительно заявляет о домогательстве, но у нее
нет доказательств, что обидчиком был именно тот, на кого она указывает,
это дело трудно было бы доказать.

Т.е. обвинение в «проявлении большого неуважения» также зависело от родственных связей человека.

Кем был Ци Гогун и его резиденция?

Это был могущественный клан и подобное обвинение не могло уничтожить
всю семью. Император не мог вынести такое решение, однако Линьань
Гунчжу, как бешеной собаке, это обвинение позволит укусить несколько
членов семьи Го и может навлечь на них много неизбежных трудностей.

— Это направлено против меня.

Произнесла Ли Вэй Ян.

Юань Ли улыбнулся:

— Так или иначе, она не сможет навредить тебе. Пойдем, послушаем доказательства этой ведьмы.

С этими словами они пошли в зал.

В это время все уже собрались в зале.

Го Дун и Линьань Гунчжу стояли посреди зала.

Линьань Гунчжу все еще была в слезах и выглядела огорченной,а Го Дун,
судя по выражению лица, бы полон гнева и все еще стоял со связанными
руками.

Тайцзы Дянься посмотрел на Министра наказаний, который стоял рядом с ним и несколько равнодушно произнес:

— Линь Дарен [господин Линь], начинайте допрос по этому делу.

Шань Линь [министр наказаний] услышав его слова изменился в лице. На
самом деле он совсем не хотел брать на себя эту головную боль. Линьань
Гунчжу была любимой дочерью Имератрицы Пэй и если бы обычный человек
позволил себе домогаться ее, он сегодня же был бы казнен.

Но как бы то ни было, ему нужно было провести судебное следствие и он
сосредоточился на человеке, против кого свидетельствовала принцесса. Ее
обидчиком был не рядовой человек и даже не человек с небольшим домашних
хозяйством, а сын могущественного дома Ци Гогуна. Это дело
действительно было трудным.