Глава 6 — Без названия
Глава 6.
– …… – маркиз попытался
что-то сказать, но снова замолчал. Его голос звучал немного взволнованно, но
постепенно успокаивался. – ……Это, не слишком ли рано? Похороны были лишь
вчера……
– Будет ведь нехорошо
откладывать это? Если вы не возражаете, я бы хотела уйти сегодня или завтра.
– ……Как насчёт того,
чтобы увидеться с моей женой?
– Мадам будет лишь
тяжелее, если она посмотрит на меня.
– ……Хорошо…… – ответил
маркиз, словно думал о чём-то другом, но не стал отрицать слов Эмилии.
Это было естественно.
«Маркиз хладнокровен. Поскольку его
любимая дочка теперь мертва, он больше не видит во мне пользы.
Нет, скорее, видит проблему.
Если он думает о том, чтобы сделать
Лэотиса наследником маркизской семьи, то будет во многих отношениях странно,
если я останусь в семье Виндроуз, ведь я не их родная дочь.
Лэотис также после смерти Офелии
должен будет как можно скорее жениться на юной леди из приличной семьи, а я
буду несколько похожа на незамужнюю женщину, живущую с маркизом.»
Эмилия думала, что,
хоть маркиз и был хладнокровен, он волновался, не желая выбрасывать любимицу
своей дочери, едва закончились похороны, но всё же кивнул:
– ……Тебе что-то нужно?
Я дам что угодно.
– Всё в порядке.
«У меня немного багажа,» – Эмилия планировала уйти лишь с несколькими
простыми вещами и ценностями.
«У Офелии есть множество платьев,
которые я была вынуждена подогнать по размеру, но на самом деле они мне не
нужны, поскольку я не собираюсь дебютировать в светском обществе, а хочу
прожить жизнь простолюдинки.
Я подумываю о том, чтобы оставить
большую часть из них здесь. Чтобы провести линию.
Пусть я и жила в семье Виндроуз с
тем же, что и Офелия, обращением, но всё это было лишь заимствовано мной на
очень короткое время.
Это не было моим с самого начала. Я
не должна совершать ошибок.»
– Поскольку все, должно
быть, устали после проведения похорон, я собираюсь уйти тихо, чтобы не вызывать
беспокойство. Я была бы признательна, если бы вы сохранили это в секрете.
– ……Если ты так хочешь,
то я выполню это.
– Благодарю.
– Но если передумаешь,
можешь в любое время сказать мне об этом. В этом особняке ты прожила вместе с
Офелией десять лет. Приятно, когда можешь чувствовать себя комфортно, как дома.
Никто в нашем особняке не скажет тебе уйти.
Вместо ответа Эмилия
улыбнулась.
«Иногда, даже если это пустые
слова, бывают моменты, когда ты благодарен за сказанное. Как сейчас.
Неважно, проживу я здесь десять или
двадцать лет, в конце концов я просто член из побочной линии рода Виндроуз с
каплей родственной крови.
Падшая аристократка, которая едва
может носить дворянский титул.
Маркиз и маркиза купили меня у
родителей. Это была очевидная сделка. Я делала это лишь ради того, чтобы мой
выкуп окупился.
Не то чтобы я не была благодарна.
Если бы не это, мои дрянные родители продали бы меня куда похуже.»
– Благодарю. Если всё в
порядке, я пойду.
Маркиз смотрел на
Эмилию озадаченными глазами до самого конца, но всё же не стал удерживать её.
Девушка вышла через
дверь, которую открыл дворецкий.
Поскольку здоровье
маркизы было слабым, в коридорах было тихо, а горничные деловито носили
туда-сюда тряпки и горячую воду.
Эмилия остановилась в
коридоре у двери, ведущей в комнату маркизы, а затем вновь продолжила путь.
«Если я сейчас увижусь с маркизой,
она может в меня вцепиться.
Если я скажу, что ухожу, она
обязательно скажет «нет». Из-за чувства вины перед мёртвой дочерью или
психологии замещения.
В любом случае очевидно, что она
подумает, что нельзя отпускать меня, как только похороны закончились, словно
меня прогоняют. Ничего бы у меня не получилось.
Я не являюсь и не могу быть её
дочерью. Не нужно лишних заблуждений. Это моя черта.
Если я подойду к маркизе, которая
потеряла дочь и у которой слабое сердце, и буду ласково шептать, что стану ей
дочерью, тогда да, она не оттолкнёт меня.
Возможно, мне бы даже удалось
получить эту фамилию.
Как все и предполагают, эти
действия могут помочь быстро занять место погибшей Офелии,» – Эмилия горько улыбнулась.
«Я не ошибусь так.
Я никогда не стану Офелией. В этом
мире нет никого, кто бы мог заменить её.
В подобном контексте можно сделать
вывод, что и мужчины, которые её любили, будут несчастны.
Я любила Офелию. Особняк маркиза
Виндроуз, где проживала Офелия, также очень хорош.
Вот оно. Маркизская семья без
Офелии ничего для меня не стоит.
Было бы легче, если бы я, как
говорят в обществе, была незрелой юной аристократкой, которой посчастливилось
поймать больную, слабую духом, юную леди?
Офелия велела мне жить хорошо. Она
сказала мне быть счастливой ещё и за неё.
Была бы я счастлива, если бы надела
кружевную свадебную фату, настолько длинную, что волочится по полу, несла бы
букет из дорогих цветов, привезённых из-за границы, и вышла замуж за молодого
господина из престижной семьи, которого никогда бы не встретила, будучи сама собой?
Не знаю. И никогда не узнаю.
Не вызывает сомнений то, что я
уверена, что не буду счастлива, если останусь в семье Виндроуз и займу
пустующее место Офелии.
Я любила её, но в итоге стала бы
завидовать тому, что у неё было.
Легче отложить это в самый дальний
угол, чем завидовать тому, что я не испытывала и не могу желать.
В любом случае я даже её заменой
стать не смогу.
Ведь в недалёком будущем появится
симпатичная девушка, очень похожая на Офелию.
Девушка, которая неизвестно, будет
счастлива или нет.»
Эмилия медленно
собиралась. Кто-то постучал к ней в дверь. Когда девушка разрешила войти, одна
из горничных просунула голову в комнату. Эмилия слегка улыбнулась знакомому
лицу.
Это была Дороти.
Горничная, которая долгое время заботилась о ней и Офелии.
– Мисс, всё в порядке?
Я подумала, что вы плохо кушаете, поэтому принесла немного перекуса с кухни.
– Спасибо. Я поем.
– Нет, что случилось с
комнатой? Никто не позаботился об уборке в ней?
– Нет, мне просто нужно
кое-что прибрать.
– Прибрать? Но…… Мисс
тоже хочет сменить комнату……
Не зная, насколько
сильно горничная неправильно поняла её, Эмилия просто улыбнулась из-за
громоздкости объяснений.
«Я очень привязана к слугам семьи
маркиза.
Они говорили, что я слишком худая,
и Ганс с кухни всегда пытался чем-нибудь накормить меня, когда я проходила
мимо.
Одиль – няня, которая воспитывала
меня вместе с Офелией.
Дороти, которая долгое время
заботилась обо мне и Офелии.»
Эмилия схватила Дороти
за запястье и, вытащив из стола бирюзовую атласную ленту, завязала её на ней.
– Это подарок, который
получила мисс, – сказала горничная с широко раскрытыми глазами.
– Я даю её тебе.
– Что? Это, это ведь
то, что мисс Офелия дала вам……
– У меня больше нет
любимого цвета. Давай разделим его между мной, Офелией и тобой.
Лишь тогда Дороти, шмыгнув
носом, кивнула. Эмилия улыбнулась.
– Я, мисс, почему вы
слабо улыбаетесь? Мне становится плохо, когда я вижу это. Лучше плачьте……
– Так ты ругаешь меня?
– Хны-ы-к, разве я знаю
вас всего день или два? Я же вижу, когда вы улыбаетесь по-настоящему, а когда
нет…… – по щекам Дороти скатилось несколько слёз.
Эмилия погладила
горничную по плечу. И Дороти разревелась ещё сильнее.
Эмилия утешающе обняла
её.
– Хны, хнык, мисс……
– Да, да.
– Ми, мисс Офелия,
мисс……
– Да.
– Как же…… в таком юном
возрасте, уже……
– ……
– Как же мне жаль……
Эмилия медленно
поглаживала Дороти по спине. Звук плача лился и распространялся, подобно
движущей воде.
– Ми, мисс Эмилия и
мисс Офелия, вы ведь так, так близки были……
«Верно.
Я улыбалась. Но хотела, чтобы она
попросила меня умереть вместе с ней.»
Спрятав лицо за её
спиной, Эмилия долго-долго обнимала Дороти.
Продолжительно
проплакав, Дороти ярко улыбнулась с красными глазами, сказав, что, к счастью, у
них есть мисс.
Эмилия не могла
сказать, что завтра уезжает из особняка, смотря в это лицо.
*****
На рассвете Эмилия
выехала из особняка в карете.
Дворецкий настоял на
этом, поскольку поместье Виндроуз было настолько большим, что лишь по главной
улице необходимо было идти целый день.
На рассвете в особняке
было тихо.
Прямо перед тем, как сесть
в карету, Эмилия невольно посмотрела на главную сторону особняка.
И горько усмехнулась,
когда поняла, что бессознательно посмотрела в сторону комнаты второго этажа,
где остановился Лэотис.
«Что, чёрт побери, это такое?
Может, подсознательно я хочу, чтобы
он поддержал меня? – Эмилия
покачала головой.
Десять лет. Я приехала в семью
Виндроуз в восьмилетнем возрасте и познакомилась с восьмилетней Офелией.
Офелия умерла до моего
восемнадцатилетия, и я уезжаю из семьи маркиза.
Если подумать, ситуация выглядит
немного забавно, ведь это похоже на то, словно я сбегаю ночью. Вызывает улыбку.
Кто будет искать меня?
Я забыла, каково это быть никому не
нужной, прожив жизнь дорогой подруги Офелии, которая была любима всеми.
Я начала ошибаться, забыв, что
каждый день смеялась и разговаривала с замечательными людьми, которых никогда
не увидела бы, если бы была сама собой.
У меня ничего нет. Если убрать
Офелию, меня никто и никогда не любил.
По понятным причинам. А нужны ли
для этого причины?
Я не хочу стать уродливой. Не хочу
стать несчастной, из-за жадности забыв о своём месте.
Я не хочу падать из-за ревности и
жадности к чему-то, что не может быть моим. Значит, так и должно быть.»
Эмилия, не оглядываясь,
села в карету. В простой карете без единого украшения ехала лишь девушка и её
багаж.
После некоторого пути
карета остановилась. Эмилия поблагодарила кучера и сошла с дороги.
Было раннее утро. Среди
людей, которые с самого утра были заняты делами, она медленно посмотрела на
небо.
Оно было пасмурным и
серо-холодным.
.
.
.
– Пожалуйста, не
забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш
перевод. –