Глава 1 — Сингл

Я чувствую себя странно, когда выхожу из сканера. Наверное, это уже не совсем МРТ-сканер, но всё равно такое ощущение, будто я провел под сильным наркозом часов восемь. Мои мысли стали медленнее, расплывчатее.

Значит ли это, что эксперимент удался? Я пытаюсь вспомнить что-нибудь новое. Счет завтрашней игры «Лейкерс» — это первый пункт. Если что-то и пережило перенос, то это оно.

133-110. Я просто выдумываю? Наркотики в сочетании с эффектом плацебо легко могли вызвать ложные воспоминания. И тут я ловлю себя на мысли: я же помню, что в прошлый раз у меня уже были ложные воспоминания, но они не были похожи на эти. Не такими, как сейчас. Стоп. Какой прошлый раз ? Для меня это мой первый цикл. И все же теперь все стало предельно ясно. Я выбрался из сканера, проверил память, несколько раз заметил в ней противоречия и наконец понял: ничего не было перенесено.*

(П.п.: Перевод абсолютно верный. Он похоже имел ввиду, что в первую неделю эксперимента, когда он включил мрт, но не перенёсся, учёный решил что регрессировал и заимел какие то воспоминания. Но по-настоящему прыгнув сейчас на неделю назад он понял что это было самовнушение.

Объясняю потому что слог автора в этом абзаце шакальный. Последнее предложение я как не перевожу и не вчитываюсь, понять не могу.)

Я провел некоторое время на балконе, выкурил несколько сигарет и обдумывал произошедшее. Было холодно, я это помню очень ярко, и мне хотелось остаться и покурить. Сейчас я остаюсь дома, чтобы не путать эти два события. Выбрал другой путь, чтобы сохранить воспоминания разными.

К пятой сигарете мне удалось заглушить гнетущее чувство очередного провала эксперимента. Деньги, которые я копил, оказались потрачены на пустые фантазии. Хотя нет, вариантов по заработку было предостаточно. Просто я еще не совершил передачу. По крайней мере, с моей точки зрения. Цикл должен с чего-то начаться. Значит, на первых порах эксперимент и не мог сработать. Я принял решение: четко следовать протоколам вплоть до дня «Х» и проводить эксперимент усерднее.

Сейчас я внутри цикла, смотрю на балкон, где стоял раньше. С моей точки зрения, это была прошлая неделя, но это тот же самый момент времени.

Официально протокол запоминания должен был стартовать лишь с объявлением результатов игры «Лейкерс», но я не мог уснуть, поэтому нарушил протокол и начал запоминать некоторые случайные числа из интернета. Это было несколько часов назад. Скоро я узнаю, сработало ли.

Большую часть событий я помню довольно четко. Я захожу на сайт предварительной регистрации и загружаю зашифрованную запись с временными метками. Вряд ли мне потребуется такой уровень доказательств. Эксперимент кажется воспроизводимым, но это нужно хотя бы для того, чтобы исключить галлюцинации. Кто знает, какой вред я нанес своему мозгу, если добавить к этому силу внушения и легкую паранойю.

Я смотрю трансляцию. Цифры на экране, те самые. Те, что я запомнил. Сравнивать с предварительной записью нужды нет. Сомнений больше нет: я успешно перенес свои воспоминания в прошлое. Я помню всю предстоящую неделю с поразительной ясностью, словно уже ее прожил. И эти воспоминания ничуть не уступают тем, что хранятся у меня от прошлой недели. Моей последней недели. Той самой. Понимаете?

На всю неделю я заперся в лаборатории. Кажется, во время эксперимента лучше вообще ни с кем не общаться. Назовем это своего рода причинно-следственной изоляцией. Три мили до ближайшего живого существа, и между нами только атмосферный шум.

В конце недели я намерен повторить эксперимент. Предварительная регистрация послужит доказательством успеха, но дело не только в ней. Я понимаю, в каком уникальном положении нахожусь. Обычно, сделав открытие, ученый вынужден спешить с публикацией, боясь, что его опередят. Нам редко выпадает шанс по-настоящему изучить найденное явление. Редко когда время работает на нас.

Протокол требует запоминать числовые последовательности, но я их уже знаю. На повторение последовательностей за неделю уходит совсем немного времени. А на перенастройку сканера для передачи уходит целый день. И тут меня осенило: Маркони, Эдисон, Морзе... Перед ними у меня есть огромное преимущество. Кажется, я первый в истории изобретатель средства передачи информации, которому не понадобилось создавать отдельно передатчик и приемник. Правда, есть один нюанс: сканер должен оставаться строго на месте относительно эталонных катушек, которые расположены вдоль стен моей лаборатории, иначе ничего не сработало бы.

Первое время я не знал, чем заняться до отправки результатов. Некоторое время я корпел над черновиком первой публикации, пока не осознал всю тщетность затеи: если я повторю эксперимент, всё придется переписывать заново. Я не мог взять с собой ничего, кроме того, что помнил. Тогда я решил читать. Сначала пробовал современную литературу, но волнение от предстоящей публикации мешало сосредоточиться. Тогда я взялся за то, до чего вечно не доходили руки. Роман Рэймонда Чандлера. Его мне подарила бывшая девушка. Я всегда хотел начать его читать, но работа мешала.

Я читал до самого начала передачи. Когда пришло время, я отложил книгу, не загибая уголок страницы, как обычно делаю. На этот раз мне придётся запомнить номер страницы.

Это уже второй раз. Я понимаю это почти мгновенно, как только выхожу из сканера. Переход происходит быстро, что удивительно. Я мгновенно становлюсь другим человеком, как только присаживаюсь. Мне требуется всего пять минут, чтобы полностью вспомнить неделю, проведенную за чтением Чандлера, а до этого — неделю, посвященную запоминанию чисел.

На этот раз без лишних адаптаций и саморефлексии. Я настроил предварительную регистрацию, спрятал ключи шифрования в надежном месте, где их можно будет найти, если со мной что-то случится. Я начал настраивать сканер для передачи данных. Мне даже удалось прогнать все последовательности на неделю вперед, прежде чем я заснул. Это основные действия, которые придется повторять каждую неделю, так что лучше сделать их заранее.

Я решил, что чем бы ни занимался в свободное время, тренировка памяти всегда будет хорошей инвестицией. Основы я знаю: метод локусов, система опорных точек и так далее. На первой неделе я уже пользовался этим, когда запоминал последовательность. Но теперь нужна система посложнее. Все, что я переживаю, даже прочитанные романы, нужно должным образом запоминать. То, чего я не помню, можно считать, что я вообще не делал.

Запуск* 10. (70 дней)

(П.п: имеется ввиду запуск аппарата. То есть кол-во переносов памяти. Справа время пребывания в цикле.)

Переход теперь мгновенный. Как только я сажусь в кресло, тревога, которую я испытывал в первый раз, исчезает. Воспоминания о предыдущем запуске ярче, чем о первом, десятинедельной давности. Десять недель назад… Да, именно так я себя и чувствую. Как будто это случилось со мной десять недель назад.

Методы запоминания работают хорошо, и сканер пока без проблем передает всё, чем я заполняю голову. Похоже, узким местом этого эксперимента станет предел моей памяти.

Десять недель в одном и том же пространстве (и, собственно, в одно и то же время) неожиданно сводят меня с ума. Но, помимо этого, меня мучают возможности, которые открывает эта новая технология. В конце концов я разорву этот замкнутый круг. Просто решу не передавать данные в конце недели и вернусь в мир живых. Выйду из него как человек, у которого был особенно долгий отпуск или короткий творческий отпуск. Ничего сверхъестественного. Я подсчитал, что немного подзапомнив результаты фондового рынка и спортивных событий, то смогу собрать от одного до трёх миллионов долларов за неделю. Думаю этого хватит, чтобы покрыть долги и обеспечить безбедное существование после исследования.

Меня постоянно мучает вопрос: как далеко я смогу зайти? Я вполне могу просидеть в этом цикле целый год. Я всегда хорошо переносил одиночество и монотонность. Пять лет? Десять? Будет непросто, но вы только представьте, каких результатов можно достичь. Я уже прочёл все книги, что есть в лаборатории. Если продолжать в том же духе десять лет, чему я смогу научиться? У меня уже есть открытие века. Но что еще это позволит мне сделать? Какое влияние я окажу на мир, когда вернусь?

Могу ли я провести в этой петле больше одной жизни? Удержит ли память знания, накопленные за такой промежуток времени? Я сделал несколько сканирований, и похоже, никаких признаков деградации нейронов. Я представляю, как выйду отсюда, обладая знаниями, накопленными за несколько жизней, в теле 35-летнего человека. Я буду кем-то большим, чем просто человеком.

Меня пугают последствия, а также то, как эти мысли на меня влияют. Я не думал, что меня так легко соблазнить мыслями о власти. Я начал изучать психологию. Уже нашел несколько приемов и упражнений, которые помогут сохранить рассудок.

Запуск 19. (133 дня)

Недавно мне приснился кошмар. Я лежал в аппарате, и ближе к концу передачи, прямо перед тем, как график подачи энергии выходит на финальный пик. Внезапно меня насквозь пронзила боль, но я всё ещё был обездвижен лекарствами. Боль не отпускала, и во рту появился привкус крови. Я был уверен, что умру. Когда очнулся, этот привкус всё ещё оставался на языке.

Просто кошмар, вызванный стрессом эксперимента и интеграцией воспоминаний о запусках... или нечто большее? Воспоминание о том, что случилось почти в конце передачи. Слишком короткое, чтобы зафиксироваться в памяти должным образом, но достаточно длинное, чтобы зацепиться где-то в потаенных уголках подсознания.

Полагаю, в конечном счете не так уж важно, совершаю ли я самоубийство каждый раз, когда передаю сигнал. Это был просчитанный риск, на который я пошел, разрабатывая график энергоснабжения. Но все равно мысль ужасает. Следующая передача будет напряженной. Если стресс нарушит передачу, я могу выйти из цикла трупом.

Запуск 21. (147 дней)

Чем больше я думаю о том, как в конце концов выйти из петли, тем яснее понимаю: мне понадобятся все возможные преимущества. Возможно, сказывается ограниченный кругозор учёного, но до недавнего времени я не задумывался, как эта технология повлияет на общество. Чёрт возьми, на саму структуру пространства-времени вблизи Земли. Как только секрет раскроется, любой сможет купить себе недельную петлю по цене роскошного автомобиля. Нет предела тому, сколько денег можно будет накопить и насколько сильно манипулировать миром в своих целях.

Я пытался представить, как бы развивалась война с использованием этой технологии. Трудно точно проанализировать последствия, но кажется неизбежным, что человечество окажется в ловушке постоянно нарастающих клубков временных петель.

Стоит ли держать это в секрете? Накопить небольшое состояние, выйти из замкнутого круга и прожить жизнь, как ни в чем не бывало? Смогу ли я жить с такой тайной?

Что еще важнее: поступят ли так же все остальные? Эта мысль пришла мне в голову после статьи Ханнигана. А ведь она уже полгода висит в препринтинге*. Сколько идей родилось параллельно, пока шло время? Уверен ли я, что создал прототип первым? Возможно, кто-то еще движется в своей собственной петле. Я начал искать следы. Признаки того, что люди внезапно добиваются небывалого успеха на бирже или стремительно накапливают огромный багаж знаний. Но пока ничего не обнаружил.

(П.п: Препринтинг — размещение научных рукописей в открытом доступе до официального рецензирования и публикации в журнале)

К этому моменту я пришел к выводу, что похож на ребенка, нашедшего отцовское ружье. Возможно, я был достаточно умен, чтобы отыскать нечто важное, но мне катастрофически не хватает мудрости им распорядиться. По крайней мере, эта проблема дала мне цель. Я сосредоточусь на том, как действовать дальше: как подготовить мир к тому, что грядет. Задача непростая, но времени у меня достаточно.

Запуск 52. (364 дня)

Я уже год в этом цикле. Методы управления памятью работают идеально, я до сих пор могу вспомнить детали, которые запомнил из первой прочитанной книги. Некоторые последовательности чисел я не повторял десять недель, и все еще могу вспомнить их без колебаний.

Но это не значит, что у меня идеальная память. Яркие воспоминания, мои ранние тревоги, неуверенность по поводу эксперимента. Я помню, что чувствовал себя именно так, но не могу точно вспомнить само чувство. Это скорее воспоминание о воспоминании.

Я начал осторожно взаимодействовать с другими людьми через чаты или электронную почту. Я очень неохотно устанавливаю прочные причинно-следственные связи с внешним миром, но всё, что я читал о психологии человека, говорит о том, что некоторое социальное взаимодействие крайне важны для сохранения психического здоровья.

Многократное общение с одним и тем же человеком в течение нескольких недель позволяет мне пропускать некоторые базовые моменты и упрощать разговор. По сути, я им лгу. Притворяюсь, что мы общаемся впервые, хотя мы уже много раз вели подобные беседы, но у меня есть всего неделя, чтобы достичь определенного уровня близости. Некоторые упрощения необходимы. Пока что мне требуется около пяти недель, чтобы оптимизировать весь процесс. После этого мне обычно становится скучно, и я переключаюсь на другого человека.

Запуск 193. (3 года и 256 дней)

Как я это пропустил? Я всегда ленился изучать смежные работы, но эта должна была броситься в глаза, как маяк. Миямото и др., О предельном поведении частиц в замкнутых времениподобных кривых .

Язык сложный, грамматика слабая, но суть проста. Любая динамическая система, помещенная на замкнутую времениподобную кривую, должна сходиться к устойчивому состоянию. Математика, насколько я могу судить, верна, но трудно понять, как она применима к моей ситуации.

Похоже, подразумевается, что мне суждено остаться в этом замкнутом круге. Частицы в системе Миямото могут вести себя по-разному на начальном этапе, после образования замкнутого круга, но, пройдя один круг, выбраться из него уже не получится. Континуум не может быть растворен, и единственное доступное решение — стабильное состояние. В конце концов, частицы должны каждый раз проходить круг одним и тем же путем. Неизбежная метагравитация континуума, как он это называет.

Это очередная иллюзия свободы воли, которую так любит подбрасывать нам современная физика? Я мог бы уничтожить машину здесь и сейчас, если бы захотел. Просто разобрав одну из опорных катушек, я бы не смог передавать данные и мне пришлось бы выйти из замкнутого контура.

Если Миямото прав, то в итоге я дважды подряд переживу одну и ту же неделю. После этого каждая последующая неделя будет одинаковой, и я застряну в вечном повторении. Пока что каждый запуск существенно отличается. Я не смог бы повторить одну и ту же неделю, даже если бы очень старался. Я не теряю надежды и буду более тщательно изучать эту проблему. Думаю, я могу рискнуть ещё несколькими запусками, чтобы решить эту проблему. Чёрт, если Миямото прав, то уже слишком поздно.

Запуск 201. (3 года и 312 дней)

Я добиваюсь определённых успехов в уточнении и расширении работы Миямото. Теоретическая работа, опирающаяся только на память для долговременного хранения данных, — это ужасно. Никогда не думал, что буду так скучать по своему лабораторному журналу. Никогда не осознавал, какое простое удовольствие доставляет возможность записать что-то, чтобы потом это забыть.

Раз уж я заговорил о своих претензиях, то очень жалею, что не убрал лабораторию перед началом эксперимента. Мне нужна чистота, чтобы сосредоточиться на теоретической работе, но как только я возвращаюсь, там снова начинается свинарник. Думаю, что во мне экспериментатор и теоретик — это совершенно разные люди.

Запуск 253. (4 года и 311 дней)

Моя социальная жизнь становится всё более напряжённой. Я всё больше осознаю ограниченность этих взаимодействий. Да, чем больше времени я провожу с этими людьми, тем ближе я к ним становлюсь. Тем больше мне кажется, что я их знаю. Возможно, за неделю у меня не будет много по-настоящему интимного общения с ними. Но каждый раз, когда я дохожу до этого момента, я могу задавать разные вопросы и постепенно узнавать больше.

Проблема заключается в асимметрии связи. Мне может казаться, что я знаю их уже несколько недель, но для них я всё ещё остаюсь незнакомцем, с которым они знакомы всего несколько дней. Связь может быть невероятной, и они могут быть готовы открыться мне почти мгновенно, но во многих отношениях это лишь увеличивает дистанцию между нами.

Наверное, больше всего на свете мне хочется, чтобы меня кто-то помнил. Чтобы другой человек хранил память обо мне, и я был уверен: он действительно меня знает. Даже если бы я мог рассказать им всё, что со мной случилось, сомневаюсь, что недели хватило бы, чтобы они по-настоящему поняли, через что я прошел.

Запуск 318. (6 лет и 36 дней)

Разбитое сердце в замкнутом цикле — это потеря совершенно иного уровня. Обиднее всего, что я просчитал все негативные сценарии еще сотню петель назад. Я знал: в этих отношениях я не получу того, что мне действительно нужно. Эти чаты и электронные письма — всего лишь обезболивающее, а не лекарство. Я это знал.

А потом я встретил Лору. И я понял, что никогда раньше не был по-настоящему влюблен. Мне не нужно было никаких пробных свиданий, предварительных разговоров. Между нами сразу возникла симпатия. Мы говорили о самых глупых вещах. Она рассказывала мне сюжеты всех фильмов, которые ей нравились.

Мой любимый разговор был, когда мы перешли на видеозвонки, через три дня после начала первой недели нашего знакомства, и она рассказала анекдот, который услышала от комика. У неё совершенно не было чувства юмора, и шутка совсем не удалась. И каким-то образом эта уязвимость, тот самый момент, когда шутка не удалась, возникшее смущение и моя способность снять это с неё, мягко подшучивая над ней, улыбка, которую она мне подарила в ответ. Я часто вспоминаю этот момент.

За всё время моего пребывания в этой петле это был самый близкий случай, когда я чуть не пропустил момент срабатывания трансмиссии. Я мог бы тогда же смириться, переехать в Сиэтл и жить с ней обычной жизнью.

Но это не была бы обычная жизнь. Я бы знал слишком много, и мир всё ещё стоял бы на грани краха, превращаясь в гнездо временных петель. Прожил бы я свою жизнь с ней, если бы кто-то другой заточил Вселенную в замкнутый круг? Не мешал ли я другим людям жить своей жизнью, оставаясь в своей?

Я принял решение совершить еще один запуск, чтобы выиграть себе время. Еще одна неделя, чтобы во всем разобраться.

Когда я вернулся, мне следовало позволить Лоре прожить свою обычную неделю. Не связываться с ней, а сосредоточиться на текущих проблемах. Так получилось, что я связался с ней почти сразу. Я повторил все, что мы говорили в первую неделю, но даже когда мы просто общались по СМС, мои ответы приходили слишком быстро, слишком поспешно. К концу недели мы перешли на видеосвязь, но что-то явно было не так. Должно быть, это сильно сбивало ее с толку. Переживать симулякр реального опыта. Испытывать одновременно притяжение и отвращение.

В последующие недели я совершенствовал свое поведение, стараясь вести себя более искренне. Мне даже удалось заставить ее рассказать мне шутку еще раз. Но чем убедительнее я становился, тем меньше получалось. Это стало похоже на переживание воспоминаний, и с каждым успехом я все больше ненавидел себя.

На прошлой неделе я наконец-то сделал то, что, как мне казалось, я больше никогда не смогу сделать. Я не связался с Лорой. Сейчас я почти не ем и не сплю. Я чуть снова не упустил свой шанс трансмиссии. Единственное, что меня сдержало, это осознание того, что это был бы худший момент для выхода из замкнутого круга. Без предварительной регистрации или инвестиций у меня нет ничего, что можно было бы показать в качестве результата, а с моей депрессией я не в состоянии помочь миру справиться с тем, что нас ждет.

Я уже бывал в подобной депрессии. Знаю, что это закончится. Мне просто придётся пережить это в замкнутом круге. Надеюсь, у меня хватит сил оставить Лору в покое.

Запуск 336. (6 лет и 162 дня)

Я начинаю приходить в себя. Это своего рода эмоциональная сдержанность, но пока я могу снова вернуться к привычным ритуалам, думаю, остальное просто займет время.

Время от времени я перечитываю работу о предельном поведении частиц. Миямото по-прежнему слишком сложен для меня. Мой ум заняла геополитика, достаточно обширная тема. Я черпаю вдохновение из усилий по запрету ядерного и биологического оружия в прошлом веке. Возможно, я смогу подтолкнуть мир к созданию подобных структур, прежде чем станет общеизвестно, насколько проста передача информации во времени.

Будет ли этого достаточно? С 1950-х годов человечество живет с осознанием того, что существуют технологии, способные нас уничтожить, но будут ли те же самые меры безопасности достаточны, когда эти технологии обещают безграничную жизнь и богатство? Когда эти технологии станут доступны для среднего класса, имеющего собственные сбережения?

Вопрос слишком общий и расплывчатый, чтобы на него ответить. И это помогает мне отвлечься от мыслей о Лоре.

Запуск 501. (9 лет и 222 дня)

Возобновление социального взаимодействия далось мне нелегко, но я понимаю, что это необходимо. Сейчас я подхожу к этому скорее как к исследовательскому проекту, а не как к поиску связей. И это полезная перспектива: она даёт мне ровно столько общения, чтобы оставаться в здравом уме, но не попадать в ловушку, подобную той, что привела к знакомству с Лаурой.

Если я хочу хоть как-то подготовить мир к работе с этой технологией, мне нужно лучше понимать людей. И небольшой микроанализ точно не повредит.

Запуск 513. (9 лет и 306 дней)

Я снова вернулся к работам Миямото, но не добился никакого прогресса, кроме подтверждения его результатов. Если и есть какой-то выход из замкнутого круга, то он должен быть скрыт в пределах современной физики. Смогу ли я разработать великую единую теорию, если останусь в этих циклах достаточно долго? У меня никогда не было особого таланта к действительно теоретическим вещам. Но я быстро учусь.

Скоро исполнится десять лет, как я нахожусь в цикле. Интересно, есть ли что-нибудь, чем я могу это отпраздновать? У меня мало возможностей себя побаловать.

Возможно, я смогу позволить себе снова поговорить с Лорой. Не думаю, что это спровоцирует рецидив депрессии. Я сейчас намного старше, а она осталась прежней. Это будет больше похоже на рассматривание фотографии, чем на возобновление общения с бывшей.

Запуск 820. (15 лет и 265 дня)

Неужели прошло уже пятнадцать лет?

Я неуклонно продвигаюсь к созданию единой всеобъемлющей теории. Я начал задавать различным экспертам очень конкретные вопросы по электронной почте.

Я научился специально просить их связаться со мной и поделиться первыми впечатлениями к концу недели. Обычно я придумываю какой-нибудь предлог, например, что скоро уезжаю в отпуск. Если я не прошу быстрого ответа, то обычно вообще ничего не слышу. Мои вопросы, должно быть, вызывают у них слишком много идей, чтобы они могли их обдумать за такое короткое время.

Поначалу я боялся, что напомню им о временной передаче информации. Но пока я не задам тот же вопрос на следующей неделе, ущерб будет устранен.

Запуск 1820. (35 лет)

Я только что осознал, что приближаюсь к тому моменту, который в обычных условиях мог бы стать концом моей жизни. Точно оценить это сложно.

Я чувствую, что моя память перенапрягается. Я трачу всё больше и больше времени на повторение уже известных мне вещей. Как долго я смогу так продолжать? У сжатия информации есть естественный предел. Я решил потратить больше ресурсов на совершенствование структуры своей памяти. В какой-то момент мне придётся гораздо тщательнее следить за тем, что я забываю, а что сохраняю.

Прежде всего у меня две цели.

Во-первых, помочь миру справиться с переходом к передаче информации во времени. Во-вторых, Миямото.

Запуск 3268. (62 года и 246 дней)

Думаю, я разгадал единую теорию. Потребуется ещё несколько десятилетий, чтобы её проработать и рассчитать все последствия, но основные положения верны. Мне потребуется доступ к вычислительным ресурсам для проведения необходимых симуляций.

Первый шаг прост: найти учетную запись с достаточными ресурсами и взломать ее. Я мало что знаю об информационной безопасности, но мне понадобится не больше десяти лет, чтобы разобраться. Второй шаг сложнее: мне нужно будет запустить симуляцию на несколько недель, поэтому нужно будет придумать способ сохранить контрольную точку и программу в достаточно кратком формате, чтобы их можно было запомнить. Для этого могут потребоваться некоторые небольшие прорывы в вычислительном моделировании.

Я удивлен, что не испытываю такого сильного восторга от собственного открытия. Когда-то именно ради таких прорывов я и жил — погоня за тем самым научным волнением привела меня в этот мир. Интересно, может быть, дело в том, как устроен мой разум сейчас? Все эти упражнения для памяти, психологические механизмы преодоления трудностей... Без хотя бы листа бумаги, куда можно было бы выгрузить данные из долговременной памяти или сделать вычисления, для моей личности, возможно, остаётся слишком мало места.

Я не слишком сожалею об этой механизации личности. Для естественного ума в этом замкнутом кругу мало радости. И это к лучшему.

Запуск 4034. (77 лет и 133 дня)

Как долго, по моим первоначальным оценкам, это займет? Несколько десятилетий? Я точно не помню. Но теперь все готово. Я выделяю дополнительную память для финальной контрольной точки на случай, если мне когда-нибудь понадобится перепроверить моделирование. Пока что единая теория подтверждается всеми известными экспериментальными результатами и любыми небольшими экспериментами, которые мне удалось уговорить людей провести за неделю.

Результаты по Миямото очевидны. Нет лазейки для выхода. Если моя единая теория верна, это может закончиться только схождением к стабильному циклу. И все же, мне кажется, я могу вырваться, когда захочу. Вчера я пятнадцать минут держал руку на одной из опорных катушек. Одно подергивание бицепса вызвало бы катастрофическое смещение и заставило бы меня выйти из цикла к концу недели.

Пока недели остаются разными, я всё ещё могу сбежать от Миямото. Мне плевать, что говорит теория. Я разработаю план, который поможет миру выжить, а затем вырву катушки из стены. Я близок к цели. Я знаю достаточно кодов и последовательностей, чтобы накопить миллиарды капитала. Я знаю достаточно секретов, чтобы манипулировать каждой страной в Совете Безопасности. Я уже так много знаю о геополитической динамической системе.

Один из лучших вариантов — ввергнуть мир в войну. Удивительно, как мало я думаю о том, чтобы пожертвовать миллиардами жизней. Но правильный тип конфликта создаст достаточно сильное мировое правительство, способное регулировать исследования. Проблема в том, что неправильный тип конфликта ускорит исследования. В конце концов, именно глобальная война дала нам ядерное оружие. А с учетом того, что временная передача уже не за горами, глобальная война с функциональными бюджетами на военные исследования обернется катастрофой.

Если я сейчас остановлюсь, я знаю, что потерплю неудачу, и технология выйдет из-под контроля. Лучше уж я один стану жертвой Миямото, чем весь мир. У меня ещё есть время. Я ещё могу усовершенствовать план.

Запуск 10298. (197 лет и 181 день)

Когда я прожил свою вторую жизнь в этой петле? Я могу предположить, какой это был номер, но не помню конкретную неделю. Все они кажутся такими похожими. Это что, Миямото берет верх? Большая часть моей памяти заполнена необходимыми вещами, которые я должен помнить, чтобы план сработал. Большинство моих воспоминаний уже находятся в стабильном состоянии.

Если бы мое тело было таким же старым, как мой разум, эти воспоминания давно бы истлели. Но так уж сложилось, что они каждую неделю запечатлеваются в молодых нейронах, а информация не разрушается. Или, по крайней мере, пока не разрушается.

Запуск 15209. (291 год и 248 дней)

У меня так мало памяти для работы. Так мало места для оптимизации. Впервые я чувствую, что Миямото побеждает. Хотя я давно доказал его правоту, усовершенствовал структуру его теории и даже исправил некоторые его ошибки. Впервые я чувствую, что он прав.

Запуск 15210. (291 год и 255 дней)

И наконец-то я понимаю, как ему это удаётся. Как Миямото меня перехитрил. В отчаянии, на прошлой неделе я пытался освободить память, перестроить вещи и забыть кое-что, что смогу вспомнить позже, если понадобится.

Я не смог этого сделать. Я потратил целые жизни на переработку этих последовательностей, и я больше не могу их забыть. Большая часть моей памяти теперь доступна только для чтения. То немногое, что у меня осталось, в конце концов кристаллизуется в фиксированную форму, и я буду в точности повторять один и тот же цикл. Когда это время придёт, он победит.

Надеюсь, у меня ещё есть время, чтобы смириться с этим. Мне невыносимо думать, что мучения от этого осознания мне придётся повторять бесконечно.

Хуже всего то, что я зашёл так далеко. Мне есть что предложить миру. Помочь ему справиться с грядущей катастрофой, но если я сейчас вырву катушки из стены, я обеспечу его гибель.

Запуск 16003. (306 лет и 331 день)

Какое неожиданное облегчение! Кажется, я нашел лазейку. Способ позволить Миямото победить и при этом помочь миру. Простое сообщение — вот и все, что мне нужно.

Конечно, я не могу напрямую общаться с обычными людьми. Любой намёк на такие возможности принесёт гораздо больше вреда, чем пользы, а у меня и так очень мало ресурсов.

А что, если были и другие? Вначале я годами искал доказательства существования других людей, застрявших во временных петлях. Доказательства того, что они вырвались наружу. Превзошли Миямото. Людей, внезапно разбогатевших и мудрых не по годам.

Теперь я понимаю, что это фантазия. Любой, кто способен разорвать замкнутый круг, любой, кто достаточно безответственен, никогда не смог бы в него попасть. Единственная причина, по которой первый эксперимент вообще сработал, так давно, заключается в том, что я никогда не смог бы упустить момент для передачи сигнала.

А что, если бы я мог отправить простое сообщение кому-то другому, уже застрявшему в собственном замкнутом круге? Я мог бы сэкономить им время. Передать как можно больше того, что я знаю. Таким образом, чтобы расшифровать сообщение мог только тот, кто находится в замкнутом круге. Возможно, через фондовый рынок. Им пришлось бы найти его там.

Если бы только оставшейся у меня памяти хватило на все приготовления. Сейчас все отнимает так много времени. Как только у меня появятся необходимые шаги, останется только повторять их неделю за неделей, пока Миямото не победит.

Я чувствую радость. Радость, надежду и облегчение. Когда я в последний раз испытывал что-то настолько сильное? Вероятно, больше никогда не испытаю. Возможно, стоит сохранить воспоминание об этом чувстве, пока я не войду в стабильное состояние.

Запуск 16789. (321 год и 358 дне)

Я продолжаю удивляться тому, сколько запусков у меня осталось. Пока что от цикла к циклу всё ещё есть различия. Сейчас я делаю то, чего не делал на прошлой неделе.

Основные сообщения уже отправлены. У меня ограниченные ресурсы. В наиболее очевидных каналах — взломанных серверах, манипуляциях на фондовом рынке, стенограммах президентских речей — я могу оставить лишь простую заметку, такую, которая не выдаст меня обычному человеку, случайно наткнувшемуся на неё. Я выбрал вариант «Миямото прав». Прочитав это, я бы точно обратил на это внимание. После этого я добавил только IP-адрес общедоступного сервера с максимально подробными заметками, которые я смогу напечатать за 5 дней. Ключ расшифровки требует элементов единой теории. Расшифровка моих заметок обойдётся им как минимум в одну жизнь, но это делает её недоступной для обычного населения. У них останется как минимум две жизни, чтобы продвинуться вперёд. Возможно, даже больше, если они потратят своё время более разумно, чем я.

Итак, с этого момента и до бесконечности я буду каждую неделю составлять это сообщение. Если кто-то другой попадёт в замкнутый круг и найдёт мои заметки, это даст ему значительное преимущество. Возможно, он сможет завершить план до того, как Миямото возьмёт всё под свой контроль. Если нет, то, возможно, он сможет оставить свои собственные заметки. У них есть ключи от моего сервера, они могут просто добавить их к моему.

Одно из предложенных мною решений слишком опасно для меня в моем нынешнем состоянии. Найти ответственного человека и уговорить его провести эксперимент. Загнать его в замкнутый цикл. Это ужасная участь — обречь кого-либо на такое. Не говоря уже о риске утечки технологии. Но это позволило бы нам создать целую армию исследователей, каждый из которых проживёт несколько жизней. В конце концов, каждый из них найдет себе преемника и повторит ту же жестокую уловку, которая его и обрекла.

Если достаточное количество людей подчиниться замкнутому циклу, мы сможем усовершенствовать план и выяснить, как привести его в действие изнутри этого цикла. Никто из нас не увидит последствий своих усилий. Миямото был прав, мы все останемся в ловушке. Оставим скрытую армию окровавленных трупов в модифицированных аппаратах МРТ и столько же отстраненных умов, бродящих в своих собственных замкнутых кругах.

Но мы можем дать миру шанс на борьбу.

Пять дней в неделю я трачу на набор текста. Последний день недели я оставляю для себя. Я понимаю, что забыл большую часть своей любимой книги. Это роман Чандлера, который я начал читать много лет назад. Я провожу за чтением большую часть дня. В моем нынешнем состоянии я помню очень мало из этой книги, и каждую неделю у меня такое чувство, будто я читаю ее почти впервые.

Тогда я думаю о Лоре. Может, звоню ей, просто чтобы услышать её голос. А потом сажусь в сканер и начинаю передачу.

Я перестал спорить с Миямото. Перестал пытаться сделать недели разными. Возможно, это немного ускорит сближение.

Забег 16833. (322 года и 301 день)

Или 16832? Как я мог забыть пять простых цифр? Это оно, Миямото? Ты наконец-то пришел ко мне в гости?

На этой неделе мне нужно сосредоточиться и использовать её с пользой. Репетиция окончена.