Глава 417 — Без названия

Пэн Ю Цай был удивлен и зол: Что значит они все исчезли?

Ученик испуганно опустил голову. Он не знал, что ответить учителю.

Внутри зала высшие чины переглядывались между собой. Они опасались,
что если тронут Ню Ю Дао, то это разозлит Шан Чао Цзуна, и тогда он
заберет своих воинов. Они ожидали, что Шан Чао Цзун утратит контроль, и
именно поэтому они собирались захватить Ню Ю Дао.

После всех приготовлений они с огромным трудом дождались нужного момента и ворвались к Ню Ю Дао, но внутри никого не оказалось.

Все понимали, что Ню Ю Дао не просто так исчез в самый решающий
момент — это было спланировано. То есть они выжидали, а их противник не
тратил времени зря и тоже ждал подходящего момента. Две стороны
одновременно сделали свои ходы, которые они планировали не один день.

Такой ход соперника привел Пэн Ю Цайя в ярость. Он быстро прошелся по
комнате, не в силах сдерживать собственный гнев. Его лицо просто
перекосилось от переполнявших его эмоций. Ведь он и Ню Ю Дао вынашивали
план, только их замысел отличался. Получается, что он сам не знал о
плане противника, а вот противник его давно разгадал, что очень
тревожило Пэн Ю Цайя.

Раньше его совершенно не заботили прошлые дела Ню Ю Дао, потому что и
Пэн Ю Цай и секта Небесного нефрита были охвачены чувством
превосходства над Ню Ю Дао. Они были высокомерными и думали, что Ню Ю
Дао требуется защита секты Небесного нефрита.

В настоящий момент никто даже и предположить не мог, куда направился Ню Ю Дао.

Пэн Ю Цай в этот момент чувствовал себя обманутым, даже внутри него
что-то затрепетало в предчувствии беды. Он опасался, что Ню Ю Дао не
допустит каких-либо потерь у Шан Чао Цзуна. Если этот парень вмешается,
то кто его знает, что произойдет и какие будут последствия.

Расхаживающий по комнате из стороны в сторону Пэн Ю Цай остановился,
посмотрел в небо и тяжело вздохнул. Действия остальных его не
интересовали, однако этот человек — Ню Ю Дао в конечном счете оказал
огромное давление на него и остальных. Он заставил Пэн Ю Цайя и его
подручных волноваться.

Фэн Энь Тай испытывал множество эмоций: от ликования до тревоги. Он
радовался, что Ню Ю Дао сбежал и тем самым не попал в трудное положение.
Но тревожился он о том, что Ню Ю Дао теперь создаст огромные проблемы
для секты Небесного нефрита. Для всей секты сейчас наступил напряженный
момент без права на ошибку.

— Что вы тут встали, как вкопанные! Пошлите людей на поиски, в конце концов!

Несмотря на то, что он знал о совершенно ничтожном шансе найти Ню Ю
Дао. Однако этот тип мог также скрываться от людей дворца Утренней луны,
которые преследовали его с целью убийства. Поэтому посылать много людей
за ним со стороны секты Небесного нефрита было нецелесообразно.

— Слушаюсь! — ученик тут же ответил, поклонился и быстро ушел.

Немного помолчав, Пэн Ю Цай повернулся к остальным:

— Нужно обсудить это дело. Как вы думаете, станет ли Ню Ю Дал
вмешиваться и помогать Шан Чао Цзуну после своего ухода? И если станет,
то как? Нужно это все обдумать, обсудить и принять меры!

— Возможно он просто почувствовал опасность и сбежал.

— Не факт. Этот парень тесно связан с семьей Шан, поэтому он обязательно вмешается.

— Тогда говори, каким же это образом он помешает нам? И царство Янь и
три секты дали свое согласие. Кто теперь посмеет вмешаться в это дело?
Ню Ю Дао уже ничего не сможет сделать.

— Царство Янь здесь не годится, он может найти силы и за пределами
царства Янь. Например, со стороны Цинчжоу. Он, кажется, находится в
хороших отношениях с Хай Жу Юэ. Она сама к нему в Циншань сбежала. Но
если вмешаются люди Цинчжоу, то это будет накладно.

— Это невозможно. Хай Жу Юэ прекрасно понимает все плюсы и минусы
данной ситуации. Это вполне реально. Она не может не понимать, что если
захватить друзей Южной области, то это будет очень выгодно для Цинчжоу. В
этой ситуации Хай Жу Юэ является решающим звеном. Небесный дворец
Вандун не может просто сидеть и смотреть, как их возможная выгода
ускользает. По-моему, это вполне реально, что Цинчжоу выставит войска
против нас?

— Его отношения с дворцом Льда и снега не совсем ясны. Он станет к ним обращаться?

— Он свяжется с Дворцом Льда и снега, тогда дворец максимум
предоставит ему защиту, не более того. Вряд ли они станут нарушать
правила игры и вмешиваться в это дело.

Несколько человек активно обсуждали сложившуюся ситуацию, но они не могли предположить, как Ню Ю Дао станет мешать им.

Все это время Фэн Энь Тай лишь молчал, поскольку не знал что говорить.

— Неужели он может напрямую руководить и перемещать людей в
подчинении Шан Чао Цзуна? — вдруг спросил кто-то и тут же заметил, как
насторожился Пэн Ю Цай, поэтому быстро добавил: По информации Фэн Лин
Бо, он сам контролирует действия армии, но никогда не допустит Ню Ю Дао
до командования войсками Шан Чао Цзуна. Он к этому не имеет никакого
отношения…»

В другом дворе на середине склона горы в инвалидной коляске сидел Мэн
Шань Мин под навесом. Шан Чао Цзун и Лан Жон Тин молча стояли рядом.

Фэн Лин Бо занимался контролем и управлением воинской дисциплиной.
Также он держал под контролем все переписки, которые проходили через
царей птиц. И переписки Шан Чао Цзуна тоже не были исключением. Это
означало, что все связи с внешним миром проходили через чужие руки,
поэтому Шан Чао Цзун уже не контролировал напрямую своих людей.

В то же время он все держал в строжайшей тайне и не допускал утечки информации наружу.

Несмотря на то, что Фэн Лин Бо был выдвинут как главнокомандующий,
после этого многие вещи сразу же прояснились и стало видно настоящее
положение дел.

Один из телохранителей подбежал к ним и доложил: Князь, прибыла княжна.

Когда дело дошло до этой точки, у них уже действительно не было
другого выбора. Поскольку ситуация полностью находилась в руках секты
Небесного нефрита, им оставалось лишь надеяться на Ню Ю Дао.

Пока они разговаривали, к ним пришла Шан Шу Цин: Брат, дядя Мэн, господин Лан.

— Княжна! — Мэн Шань Мин и Лан Жо Тин поприветствовали ее.

Шан Чао Цзун подал знак, чтобы телохранитель ушел, и тут же спросил: А Владыка Дао?

Шан Шу Цин покачала головой:

— Владыка Дао не пошел. Он сказал, что у него еще есть дела. Сказал,
что придет завтра. Точно! Перед тем, как уйти, Владыка Дао отдал мне
мешочек. Он сказал, если брат будет спрашивать о нем, мне нужно будет
отдать тебе этот мешочек.

Договорив, она из кармана достала парчовый мешочек с шелковой лентой.

На самом деле Ню Ю Дао дал ей два мешочка и несколько раз повторил,
когда и кому их отдать. Один она должна была отдать Шан Чао Цзуну.

А другой мешочек она может открыть только в особо критичный момент,
но не ранее, и никому не рассказывать про него. Иначе может случиться
что-то плохое.

Это дело особой важности, и оно касается всей Южной области, а также
множества людей. Она не могла отказать Ню Ю Дао в такой момент.

Шан Шу Цин поэтому сделала так, как сказал Ню Ю Дао. Она не стала рассказывать про второй мешочек.

Взгляд троих присутствующих мигом был притянут к мешочку.

Шан Чао Цзун спрыгнул на ступени и быстро забрал то, что ему принадлежало.

Когда он его открыл и заглянул внутрь, то Лан Жо Тин вдруг нахмурился и сказал:

— Раз он завтра придет, почему нужно было отдавать мешочек сегодня?

Это было очень точное замечание.

Мэн Шань Мин вскинул брови: Значит он не придет.

Шан Чао Цзун сразу же заволновался, ведь он так надеялся на помощь Ню
Ю Дао. Если он сбежал, то это конец. Значит им нужно быстрее открывать
мешочек и смотреть, что там внутри.

Заметив, что брат стал нервничать, Шан Шу Цин стала его успокаивать:

— Брат, не спеши. Владыка Дао — не такой человек, чтобы бросать людей.

Она была на 100% уверена в Ню Ю Дао и не верила, что он мог вот так
бросить их. Более того, она даже и не подумала о том, чтобы открыть
второй мешочек.

Шан Чао Цзун уже открыл свой мешочек и обнаружил, что внутри ничего
не было, кроме одного листа бумаги. Он раскрыл его — это оказалось
письмо.

Он наскоро просмотрел содержание письма и постепенно успокоился.

Лан Жо Тин спустился по ступеням и тихо спросил: Князь, что там?

— Эх! — Шан Чао Цзун слегка вздохнул, но ничего не ответили, а лишь отдал ему письмо.

Лан Жо Тин молча прочитал письмо.

Ню Ю Дао писал следующее:

— Прошу простить меня, князь. Поскольку я избежал беды своим
бегством, значит и вы избежали беды. Секта Небесного нефрита задумала
неладное, что принесло бы огромную пользу секте. К сожалению, секта
Небесного нефрита не терпит, когда ей кто-то мешает. Не важно сможет ли
секта добраться до меня или нет, я не стану оставаться. Если у секты
Небесного нефрита получится закончить начатое, то в опасности может
оказаться и Шан Чао Цзун. Как-только я сброшу с себя обузу, то секта
окажется в невыгодном положении и Шао Чао Цзуну больше нечего будет
бояться.

И в конце Ню Ю Дао сказал, чтобы Шан Чао Цзун помог секте Небесного нефрита захватить Южный округ!

Письмо после прочтения следовало сжечь!

В этом заключалось общее содержание письма. Он объяснил причину бегства и, как обычно, не сказал куда и зачем он отправился.

Письмо дошло до Шан Шу Цин, а затем к Мэн Шань Мину…

Спустя несколько дней в главном командном пункте секты Небесного
нефрита, который находился на середине склона горы, снова встретились
главные действующие лица.

Пэн Ю Цай стоял во главе собравшихся, но главным здесь был Фэн Лин
Бо. Он стоял во главе, а за ним стояли его сыновья в доспехах. У секты
Небесного нефрита не было опыта управления таким большим войском,
поэтому им оставалось лишь стоять в стороне.

Фэн Лин Бо с блеском в глазах осмотрел людей и властно сказал:

— Пришли новости от разведчика. Императорский дворец тайно направил
500 000 армию к Южной области. Одновременно с этим был транспортирован
провиант и фураж. Такое положение для нас невыгодно. Какие у вас есть
предложения по этому поводу?

Все присутствующие молчали.

Пэн Ю Цай не знал, что делать в сложившейся ситуации. Он предполагал,
что дворец Блаженствия, Пещера Черного золота и Гора духовных мечей не
имеют контроля над действиями императорского двора. В свою очередь
императорский дворец не мог просто смотреть, как Южный округ медленно
переходит под контроль других. В противном случае Шан Цзянь Сюн —
император царства Янь будет незаконно убран с поста и заменен на другого
чиновника народом царства Янь.

Три великие секты в отношении императорского двора, можно сказать,
что пустили на авось ситуацию с мятежными войсками. И если бы
императорский двор был бы сговорчивее, то незачем было бы начинать
войну. Три секты об этом прямо говорили.

Это было запутанное дело, над которым ломали голову все.
Императорский двор в конце концов все-таки имел наибольшие силы. И если
действовать опрометчиво, то Шан Цзянь Сюн непременно вызовет
неустойчивость во всем царстве Янь, а это было не на пользу трем
группам.

Императорский двор не устраивал шума, а действовал скрытно. Поэтому
три секты не смогли преградить им путь и теперь смотрели на все
происходящее сквозь пальцы.