Глава 65 — Без названия

Аннет
смотрела на Хайнера несколько сбитым с толку взглядом, не отвечая. Она всё ещё
плохо понимала ситуацию.

—
Ты помнишь, что произошло перед тем, как ты потеряла сознание? — спросил Хайнер
будничным тоном.

—
…нет.

—
Ты рухнула в обморок. Кажется, это от переутомления, нерегулярного питания и
недостатка сна.

—
…

—
…Вернись назад. Тебе нужно ещё отдохнуть.

—
Нет.

Аннет
попыталась сопротивляться, но Хайнер был непреклонен. Он втолкнул её обратно в
комнату, словно не терпел неповиновения. С
её слабым телом сделать это было легко, несмотря на то, что Хайнер почти не
вкладывал никакой силы. Он вошёл с ней в комнату и закрыл за собой дверь.

После
того, как Хайнер почти силой заставил Аннет сесть на кровать, прозвучал его
приказ.

—
Ложись.

Аннет
не ложилась, а просто сидела на кровати. Он вздохнул от её упрямства. Она заговорила
так решительно, как только могла.

—
Я должна идти.

—
Ты даже не брала отпуск. Считай, что используешь его сейчас. Я приказал переместить
тебя сюда. Не волнуйся, я позаботился о том, чтобы снаружи никто не видел этого.

—
Если я и возьму отпуск, то хочу отдохнуть там, где мне место. Если другие
узнают… Я не имею права здесь оставаться.

—
Я решаю, кто тут имеет право. — упрямо сказал Хайнер, не допуская ни единого
шага, и через мгновение добавил более мягким тоном. — Это… приказ.

На
самом деле это было не так уж сложно.

Аннет
осторожно потянула нижнюю губу. Она была уверена, что в прошлую их встречу
доступно объяснила ему, что надеется больше никогда не сталкиваться с ним и не
говорить наедине. Но Хайнер снова проигнорировал её желание. Даже после развода
она не была свободна от него.

—
Так вот что меня ждёт до самого конца… Я разочарована в вас, ваше
превосходительство.

—
Разочарована?

—
По какой причине вы перенесли меня в казармы вашего превосходительства, когда я
сказала, что больше не желаю вас видеть?

—
Сколько ещё раз я должен наблюдать, как ты падаешь без сознания?

—
Это не касается вашего превосходительства.

—
Если бы я своими глазами не видел, как ты теряешь сознание, я бы постарался
максимально уважать твои желания.

—
Вы видели своими глазами? Где вы были? — спросила Аннет, нахмурившись.

Ей
было интересно, следил ли он за ней. Но Хайнер ответил, не моргнув глазом.

—
Я просто проходил мимо.

—
Тогда почему не пошли своей дорогой?

—
Я знаю, какое у тебя место в полевом госпитале. Я решил, что ты не сможешь там
нормально отдохнуть. Разве не так?

—
Значит, вам следовало оставить меня на фронте!

—
Ты имеешь в виду, что мне следовало бросить тебя там, когда я прекрасно знаю,
что там происходит?

—
Для меня на фронте лучше, чем здесь. Если бы я осталась там, по крайней мере, я
бы не испытывала такой стресс.

—
О каком стрессе ты говоришь?

—
Всё это! Слухи против меня, снисходительность к моей компетентности, и даже
ваше превосходительство! О, это радует вас? Что я здесь в более сложном
положении?

—
Я не знал, что ты такая саркастичная женщина.

—
Я рада, что теперь вы знаете.

Уровень
стресса и усталости достиг пика, и Аннет находилась в довольно чувствительном
состоянии. Тем более, она помнила, что причиной сложившейся ситуации был приказ
о переводе её в тыловой госпиталь.

Хайнер
смотрел на неё с безмолвным выражением лица, одной рукой грубо потирая лицо.

—
Аннет, я правда не хочу с тобой ругаться!

—
Если бы я вас не видела, не было бы и ссор.

—
Почему ты думаешь, что каждый раз, как мы встречаемся…!

—
Потому что я не понимаю!

Хайнер
замолчал. Аннет, как женщина, что всё это время проглатывала обиды и мирилась с
неудачами, закричала от накала эмоций.

—
Я простила тебя за то, что ты разрушил мою жизнь. Я не пытаюсь винить тебя, и это
правда. Но я не понимаю, зачем ты продолжаешь это делать. Просто скажите,
пожалуйста, что месть вашего превосходительства ещё не окончена! Так будет
понятнее!

—
Что тут понимать? Я пытаюсь вернуть тебе то, что могу, вот и всё! Разве этого
недостаточно? Почему ты всё усложняешь?

—
Я уже говорила раньше, что не нуждаюсь в вашем сочувствии. В прошлом вы сказали
мне не думать ни о чём и просто плыть по течению, потому что это то, что я
делаю лучше всего.

—
Аннет, я…

—
Да, вы правы. Я избегала думать всю свою жизнь.

Их
взгляды встретились. Аннет успокоила своё прерывистое дыхание, и продолжала
говорить нормально.

—
Поэтому я стараюсь больше так не делать. Я потрачу остаток своей жизни на то,
чтобы понять других.

—
Понять других? Ты? Ты никогда не поймёшь их — за всю оставшуюся жизнь.

—
Я знаю.

—
…

—
Но я, по крайней мере, могу попытаться.

Зрачки
Хайнера на мгновение задрожали. Он слабо покачал головой, выпустив свой
подавленный голос.

—
Использовать свою жизнь, чтобы понять других…?

Скользящая
ухмылка отразилась на его лице.

—
А меня, как обычно, нет. Как без ненависти, так и без понимания…в конце концов,
я не смог бы получить даже кусочек твоей жизни, не так ли?

Лицо
Хайнера медленно омрачилось.

—
Аннет, ты женщина… у тебя талант заставлять людей чувствовать себя
незначительными.

—
…

—
Всё… всё было бессмысленно, не так ли? Всё, что я делал — всё было
бессмысленно. Всё равно это должно было так закончиться.

—
Я любила тебя!

Аннет
закричала в припадке. Мгновенно плечи Хайнера напряглись.

—
Поэтому я не стану ни ненавидеть тебя, ни понимать. В тот момент, как это
произойдёт, это причинит боль нам обоим. Я знаю это!

Аннет
выглядела ужасно грустной, как будто собиралась расплакаться в любой момент, но
в то же время она выглядела и злой до чёртиков.

—
Как ты можешь не видеть, что мы раним друг друга одной лишь встречей? Как ты
можешь быть таким глупым? Делая это, ты губишь не только меня, но и себя!

—
Любовь? Не лги мне. Это просто благородное оправдание для той, что не хочет
лезть в мою жизнь.

—
Да, вероятно, это не любовь. Потому что на самом деле я любила не тебя! Так что
ты хочешь, чтобы я сделала? О чём, чёрт возьми, мы говорим сейчас, когда я абсолютно
ничего о тебе не знаю?

—
Если понимаешь это, то не оправдывайся такой чушью, будто любила меня! — Хайнер
зарычал, как раненый зверь. — Ты никогда не любила меня, ни разу! Даже после
того, как ты узнала, что я тебя обманывал, ты даже не попыталась узнать меня
настоящего!

—
Потому что я боялась узнать!

—
Нет, ты не хотела знать. Все эти три года после революции ты только напускала на
себя фальшивый образ! При этом веря, что ты вернёшься в прошлое, окутанное
иллюзией! Ты даже не могла распознать реальность…!

—
Я знала… я знала, что всё было ложью!

Слеза
скатилась по щеке Аннет одновременно с её криком. В этот момент между ними
повисла короткая тишина.

—
Я знала, что «прежний» ты никогда не вернётся.

Хайнер
стоял, ошеломлённый, глядя на неё пустым взглядом.

—
И что пути назад нет. Что ты никогда не любил меня с самого начала. Всё это…я
знала. Но я не могла заставить тебя подтвердить это.

—
…

—
Тогда у меня действительно ничего не осталось, незачем жить. Лучший вариант,
который я могла выбрать, — смерть.

Она
закрыла глаза, опустив голову, и слёзы крупными каплями упали на пол.

—
Если уж я решила жить с этими чувствами, почему ты продолжаешь меня мучить…

Её
голос задрожал и слова затихли. Аннет с трудом проглотила всхлипы.

В
ненадёжной тишине бились два усталых сердца, такие близкие и далёкие друг от
друга. Всё пространство расплывалось, как в тумане.

Хайнер
стоял в отдалении, как солдат, выпавший из строя. Не зная, была ли это
реальность или сон перед ним. С выражением страха на лице. Из
его сдавленного горла вырвался надтреснутый голос.

—
Не… плачь.

Хайнер
сделал шаг вперёд. Его дрожащие руки потянулись к её лицу.

—
Не плачь, пожалуйста… Я не знаю, что делать, когда ты плачешь…

Он
неуклюже держал её голову в своих руках и бормотал себе под нос.

— Рядом со мной ты так несчастна…