Глава 319 — Без названия
Логически говоря, всякий раз, когда в СМИ попадала непристойная
фотография, пострадавшими были изображенная пара, особенно женщина.
Но
когда дело дошло до Фан Юя, ему удалось перевернуть ситуацию и
сосредоточить всё внимание на вторжении журналистов в частную жизнь …
Он не оправдывался в своих действиях и просто извинился.
Так
как он извинился и критиковал собственное отсутствие самоконтроля, а
затем принял решение уйти в отставку. Но как студия Хуа Жун собирается
ответить на их вторжение в частную жизнь?
Человеческий разум
подсказывает, что когда два человека были неправы и один из них
извинился, то порицания заслуживал оставшийся!
Это был впечатляющий ход Фан Юя.
Выглядело,
будто он сказал: «Если ты хочешь что-то обо мне раскрыть, то
пожалуйста; если ты хочешь утверждать, что я сделал что-то не так, то я
извинюсь; но что ты потом будешь делать с собственными проступками?»
В то же время, другие артисты в Хай Жуй, будь то актер или певец, все выражали свое личное мнение по отношению к журналистам …
Они их презирали!
«Не так давно репортер сделал фотографию артистки, принимающей ванну, и попытался обменять её на секс …»
«Несколько
дней назад репортер проник в дом артистки и обнаружил, что у неё
отец-инвалид. После этого артистка выбросилась из здания и покончила с
собой».
Когда все знаменитости указывали на одну и ту же проблему, фанаты быстро занимали их сторону.
В
одно мгновение закулисные методы всех этих грязных репортеров были
объединены в одну новостную статью и опубликованы в основных СМИ. И в
самом верху всех заголовков был доклад об отвратительных действиях
студии Хуа Жун в отношении Фан Юя и Хо Цзинцзин — это была самая горячая
тема!
«Честно говоря, знаменитости – такие же люди, как и мы.
Что плохого в том, что я не могу удержать себя от поцелуя? Мы с мужем
часто целуемся на публике …»
«На самом деле, Хо Цзинцзин довольно
жалко. Если бы я был ею и встретил такого человека, как Фан Юй, я бы
тоже влюбилась в него; это понятное дело. Плюс, никто из них еще не в
браке, так что же плохого в поцелуях?»
«Хуа Жун должны извиниться!»
«Честно говоря, журналисты — самая презренная профессия, ничто другое с ними не сравнится».
«Я надеюсь, что мои друзья-форумчане помогут мне освежевать эту студию живьем».
Этот запрос пришел как раз тогда, когда Мо Тин передал Фану Юй информацию о Линь Чуне…
После
этого в сети появился некий «анонимный добросердечный юзер», который
сообщил, что редактора студии Хуа Жун зовут Линь Чун. Достаточно было
одного имени, чтобы узнать всё.
Итак, чуть позже, данные о том,
что Линь Чун женился 3 раза и 3 раза разводился, а также факт его фобии к
женщинам, были размещены в Интернете.
«Да этот Линь Чун — псих! Он устраивал сцены ревности, даже когда его жена просто пошла позвонить в ванную!»
«Такого психа нужно немедленно закрыть в психушке на тот случай, если он опять кого-то хочет обмануть».
«Я бы подумал о суициде, если бы меня преследовал такой псих. Если бы я был Фан Юем, я бы просто уничтожил этого шизика».
Всё началось с вмешательства в личную жизнь, а в итоге все шишки сыпались на Линь Чуна …
Более
того, в тот же день на сайте Хай Жуй было объявлено, что с Фан Юем было
всё в порядке; он был справедливым, честным и чрезвычайно
работоспособным. Итак, с согласия всех в Хай Жуй, они решили назначить
Фан Юя вице-президентом в надежде сохранить в агентстве такой редкий
талант.
Это было не просто личное желание Мо Тина удержать его, а
результат любви и доверия его коллег. Что касается его способностей к
пиару, то можно было обыскать хоть всю индустрию развлечений и не найти
ни одного человека, который мог бы сравниться.
Таким образом,
план Линь Чуна навредить Хо Цзинцзин и Фан Юю … провалился. Он не только
нажил себе проблем, но даже дал Фан Юй импульс и помог ему получить
повышение по службе.
Когда Хо Цзинцзин увидела эту новость, она играла в конструктор с Юэ’эр.
Маленькая
Юэ видела слезы Хо Цзинцзин и сразу же положил свои крошечные мягкие
руки на щеку последней, неуклюже вытирая их: «Не плачь. Теперь всё будет
хорошо…»
Хо Цзинцзин внезапно засмеялась, она крепко обняла Фан Юэ: «Ты ж мамина прелесть».
Она уже дала себе титул «мама».
Когда
Юй Синьвэнь нанес ей удар в сердце, она чувствовала себя на грани
смерти. В тот раз ей посчастливилось встретить Тан Нин. На этот раз она,
наконец, пережила настоящее перерождение. Отныне ей и Фан Юю больше не
нужно было терпеть поношения других; они были законной парой!
Ситуация
полностью перевернулась с ног на голову. Тем временем, студия Хуа Жун
была в хаосе из-за утечки информации о Линь Чуне. Несколько сотрудников
даже сбежали заграницу, чтобы избежать последствий.
В одно мгновение все, что осталось у Линь Чуна, — это Шарлин и его злобный двоюродный брат.
Шарлин
усмехнулась, видя, как Линь Чун заперся в своем кабинете. Она сказала
ему с другой стороны двери: «Твоя работа с J-King шла так гладко, зачем
же ты всё похерил? Хотя судьба J-King’а тоже скоро будет незавидной, по
крайней мере, ты мог бы заработать на нем деньжат и не оказался в таком
болоте… »
«Ты мог полезть к кому угодно, но ты выбрал Фан Юя?»
«Так много артистов, но ты выбрал директора по связям с общественностью!»
«Редактор Линь, мне очень любопытно, что творится в твоей голове».
Высмеяв
Линь Чуна, Шарлин взяла свои вещи и сказала последние слова: «Теперь я
осознаю суровую реальность. Реальность в том, что такие, как мы, никогда
не смогут угрожать Мо Тину. Если он хочет кого-то защитить, он
перевернёт всё с ног на голову».
«Теперь ты сам по себе. У тебя на руках были такие козыри, но ты всё испоганил!»
Линь Чун сидел посреди своего кабинета, он чувствовал себя поверженным. Его офис был в полном беспорядке.
Вскоре вся студия опустела, оставив Линь Чуна смеяться и плакать одного, как психического больного.
Как
будто его судьба была недостаточно жалкой, несколько мгновений спустя в
студию ворвались люди с арматурой. Мало того, что они разбили всю
студию вдребезги, они даже вытащили Линь Чуна из его кабинета и выбили
из него всю дурь.
«J-King сказал передать тебе: с этого дня он не хочет видеть твою морду в Пекине».
«Ты чёртов идиот!»
Эти мужчины нанесли ещё несколько грубых ударов ему в грудь и ушли.
Почему
J-King был так взволнован ситуацией? Потому что, когда он узнал, что
предыдущий вице-президент Хай Жуй покидает пост, он подумал, что это
была его возможность влиться в Хай Жуй. С помощью своего отца и других
акционеров он думал, что позиция уже в его руках. Но из-за вмешательства
Линь Чуна Фан Юй стал новым вице-президентом!
Все акционеры знали, как Фан Юй важен для Хай Жуй. Одно слово от Мо Тина — и у акционеров не было причин отказываться.
J-King не знал, представится ли когда-нибудь ещё одна возможность!
Итак, Линь Чуну этого было достаточно?