Глава 397 — Без названия

Перевод и редактура: Naides

Госпожа
Ю, вернее, бывшая госпожа Ю, если быть точной, в девичестве носила
фамилию Фан. Не отец и дед множество раз занимали высокие посты, и имели
хорошую репутацию. Её бабушка также славилась хорошей репутацией,
поэтому она смогла выйти замуж в семью Ю. После того как Фан Ши была
сослана обратно в родную семью, её младший брат, нынешний господин Фан,
отправился в семью Ю, чтобы устроить скандал. Однако, выслушав нечто в
кабинете, он ушел, не сказав ни слова.

Причина,
по мнению посторонних, была в том, что семья Фан ныне находилась в
упадке. Большинство их потомков нельзя было считать достойными, так что
семью Ю сложно было осуждать. К тому же, господин Ю был довольно
красноречивым человеком, так что быстро разобрался с мнением
общественности.

После
того как Фан Ши вернулась в родную семью, семья Фан не стала усложнять
ей жизнь, поскольку её родные дети остались в семье Ю на воспитании у
пожилого господина и госпожи.

Жаль было только, что Фан Ши слишком хорошо жила первую половину своей жизни и не ценила то, что имела.

В
детстве она была любимой дочерью, и даже старшие сестры не смели
соперничать с ней за внимание, впоследствии она стала любимой женой.

Неожиданно
овдовев, она так и не избавилась от своего властного темперамента,
целыми днями била и ругала слуг, без конца ссорилась с невесткой и
племянницей, ходили слухи, что её хотят отправить в женский монастырь на
перевоспитание.

Эта история была временно предана забвению, но кто же знал, что эти две старые ведьмы снова сойдутся?

— Почему сейчас?.. — пробормотала Минлань. Образ мышления таких людей честные люди были не в состоянии понять.

Люйчжи была гораздо острее в высказывании и пренебрежительно отметила:

— Вдвоём они могут говорить друг другу что-нибудь приятное. Собираясь вместе, они только и думают о том, как обидеть других!

—
Не обращайте на них внимания, но оставайтесь начеку. Даже если они
далеко, не значит, что ничего не может произойти, — через некоторое
время сказала Минлань. Опустив голову, она пролистала учётную книгу,
затем снова подняла взгляд. — Скажите управляющему Хао, чтобы он передал
сообщение, что бывшая госпожа Ю, Фан Ши, нехороший человек. Её
намерения нечисты. Пожилой госпоже Цинь не стоит встречаться с ней.

Люйчжи кивнула и уже собиралась было выйти, как старшая служанка Цуй произнесла:

— Главная госпожа, это бессмысленно, пожилая госпожа не будет слушать.

—
В этом мире слишком много тех, кто говорит всякое, мы просто должны
относиться к ней, как к родственнику на публике, — слегка улыбнулась
Минлань.

Услышав
это, Люйчжи, больше немедля, вышла, чтобы передать сообщение.
Управляющий Хао был опытным в ведении дел, так что то, что нужно, он
передаст именно так, как нужно. Как только указание было выполнено, он
сразу пришел к Минлань, чтобы доложить об этом.

—
Поскольку ваша главная госпожа так больна, что почти умирает, она
должна перестать совать свой нос в чужие дела и нести чепуху. Пусть
позаботится о себе! — громким голосом передал он ответное сообщение.

Минлань
ничуть не удивилась и взмахом руки остановила старшую служанку Цуй,
которая уже собралась возмутиться, и отпустила управляющего Хао
отдыхать.

Это
дело было лишь маленьким камушком, который лишь всколыхнул небольшую
рябь. Каждый день после этого Минлань продолжала заботиться о ребёнке,
учила толстяка говорить, проверяла домашнее задание двух девушек, и
слушала сплетни от младшей Шень Ши. Иногда она беспокоилась о том, что
живот Жуомей выглядит как надутый воздушный шар.

С
тех пор как две семьи начали обсуждать брак прошло уже достаточно
времени, и Чандун, наконец, узнал, что теперь от у него есть невеста
благодаря тому, что он помог пожилой женщине спуститься с горы. Кто же
знал, что это будет отличным способом найти хорошую невесту?

Март
был в самом разгаре, Чандун, много лет избегавший своей старшей сестры,
чтобы не доставлять ей неприятностей, застенчиво приехал навестить её.

Минлань, притворившись невежественной, долго расхваливал таланты младшего господина семьи Шен.

—
Ты так и не перешла к делу, — покраснев до корней волос, заметил
Чандун. Он беспокойно заёрзал, из его ушей, казалось, вот-вот повалит
дым.

Старшая
служанка Цуй, будучи добрым человеком, закатила глаза на подобное
поведение Минлань, и, погладив мальчика по голове, мягко сказала:

—
Не волнуйтесь, юный господин Дун, ваша сестрица видела эту девушку
своими глазами и не могла ошибиться. Она добродетельна и добра.

Глаза Чандуна заискрились, когда он услышал это, он тихо произнёс «о», и посмотрел на Минлань, не решаясь ничего говорить.

Минлань
хорошо представляла себе, что он хочет узнать, поэтому махнула рукой.
Старшая служанка Цуй отпустила его и Минлань тут же притянула младшего
брата к себе, злобно улыбаясь.

— Ты хочешь знать, как она выглядит, верно, седьмой брат?

Уши Чандуна тут же навострились.

— Она выглядит почти как старшая служанка Цуй!

Чандун тут же открыл рот, кинув испуганный взгляд на торжественное и серьёзное лицо старшей служанки. 

Минлань сделала вид, что утешает его, и похлопала младшего брата по плечу.

— Важнее жениться на добродетельной жене, а не красивой. Добродетельной и способной.

Чандун был полон отчаяния. Он опустил голову, и был так сильно сбит с толку, что чуть не заплакал.

Старшая служанка Цуй не смогла больше этого выносить, она быстро обняла мальчика и несколько раз повторила:

— Юный господин Дун, не слушайте свою сестру, в последнее время она любит подшучивать над людьми. Эта девушка очень красива!

Кое-как
вернувшись в реальность, Чандун бросил полный благодарности взгляд на
старшую служанку Цуй. Его сестра лежащая на кровати, била по ней,
держась за живот и громко смеясь.

После
нескольких дней расслабленного веселья, кто же знал, что в гости
пожалует неожиданная личность? Это была Чжу Ши. Минлань на мгновение
была ошеломлена, а затем велела пригласить её.

Старшая
служанка Цуй была так обеспокоена, что велела крепким служанкам ждать
поблизости, и лично отправила Сяотао подавать чай. Увидев эти
приготовления к битве, Чжу Ши лишь криво усмехнулась, но ничего не
сказала.

Две невестки сели друг на против друга и выпили по полчашки чая прежде, чем Чжу Ши медленно произнесла:

—
Моя свекровь не знает, что я пришла сюда сегодня. Она думает, что я
направилась к своей матери… — её улыбка была самоуничижительной. — В
любом случае, в последнее время я часто возвращалась в родительский дом.

Минлань слегка приподняла брови, выражая своё замешательство.

Чжу Ши посмотрела ей в глаза и тихо ответила:

— Свекровь пришла искать тебя в тот день из-за дел сестрицы Тинцань. Ты всегда была умна и, ожидая этого, отказалась её видеть.

— Я думаю, что первой, к кому она обратится за помощью, будет твоя невестка.

—
Это не первый раз, когда Тинцань нужна помощь, — госпожа Чжу беспомощно
улыбнулась. — Хотя дом принцессы Тайпин не так уж силён в глазах
императорской семьи, они всё ещё являются их родственниками. — Мои
родители и невестка очень хорошие, у нас прекрасные отношения. Старшая
племянница будет обещана моему сыну в будущем.

Минлань кивнула.

Старшая
внучка такой семьи будет обручена с сыном боковой ветви дома хоу
Нинъюаня, у которого нет ни титула, ни власти на данный момент. Брат и
невестка семьи Чжу действительно очень добры. Другими словами, они и так
уже достаточно делали. Замужней женщине неуместно слишком часто
обращаться за помощью к своей родной семье. Иначе даже самые лучшие брат
и невестка будут раздражаться.

—
Свекровь несколько раз говорила мне, что я не должна этого делать, она
разозлилась и назвала непослушной. Её слова относились к моему отцу,
брату… но как могут быть слова и дела Тинцань заслуживать того, чтобы
родительская семья заступилась за неё теперь? Я долго терпела и делала
всё, что в моих силах, но теперь у меня даже нет слов, чтобы выразить
своё негодование. Кстати об обиде… У меня и жены моего брата есть
сыновья. Если бы Тинцань стала нашей невесткой и вела себя так… Я бы
очень разозлилась. Не будем учитывать характер, как насчёт сыновней
почтительности?! Первые две невестки принцессы уже родили детей, и
соблюдают правила. Она же притворяется больной, чуть что, и обращается к
лекарям, чтобы ей выписали лекарство. Она плачет, если ей говорят всего
несколько слов… Она много рыдала дома, говоря, что никто не сочувствует
ей и никто не жалеет её.

Чжу
Ши была взволнована, когда она договорила, её лицо слегка покраснело.
После она добавила, что стояла на коленях, чтобы выразить почтение, в
течение часа.

Лицо Минлань потемнела.

Говорили,
что первая госпожа Цинь напугала свою свекровь сразу же после того, как
вышла замуж. Выйдя с обеда, где её оскорбляли, она потеряла сознание
прямо перед своими покоями, среди множества слуг. Придя в себя, она тут
же отправилась стоять на коленях в зале предков.

Гу
Янькай, послушный сын, тут же поспешил назад, умолял и кланялся своим
родителям. Мать Гу Янькай была напугана до смерти своей старшей
невесткой, а затем разозлена сыном. Первая госпожа Цинь была в
безопасности. И ни о каких угнетениях со стороны свекрови после такого
не было и речи.

О
случившемся доложили семье Цинь. Хоу Дунчан и его жена были довольны
поведением своей дочери, и предали этот поступок широкой общественности,
чтобы продемонстрировать почтительность своей дочери.

Минлань могла лишь терять дар речи, сталкиваясь с такими безмозглыми фанатиками.

Госпожа
Чжу весело рассказала о том, что Тинцань была так зла, что отказывалась
есть. Однако она потерпела неудачу и продержалась всего два дня. На
третий день она сдалась и выпила чай, а затем и поела.

— Вторая невестка, не смейся надо мной, об этом действительно не так-то просто где-то рассказать!

Минлань
собственноручно налила ей чай и с нежной улыбкой тихо сидела и ждала
следующей фразы. Хотя давно не жили вместе, она знала, что Чжу Ши
абсолютно практичный и рассудительный человек, и она не будет говорить с
ней без причины.

—
Я не могу помочь ей как невестка в отношении старших, — вздохнув,
искренне произнесла Чжу Ши. — Но я всегда думаю о том, что когда дети
вырастут, они всё ещё будут двоюродными братьями. Подбирая невесток или
выполняя просьбы… мы должны оставаться на связи.

—
Это естественно, — подумав некоторое время, улыбнулась Минлань. —
Поскольку братья и сёстры хорошо образованы, я думаю, что дети третьего
брата также будут разумными в будущем.

Она поняла цель визита Чжу Ши сюда.

—
У второй невестки много взрослых детей, это действительно благословение
для нашей семьи, — Чжу Ши вздохнула с облегчением и взяла Минлань за
руки. — Второго брата здесь нет, и невестка одна, беременна, должно
быть, тебе тяжело. Я слышала, несколько дней назад приходило письмо.
Всё, что нам остаётся, это терпеливо ждать.

Отец и брат Чжу Ши также состояли в армии, поэтому не было удивительно, что она хорошо информирована.

И
действительно, спустя пару дней в столицу прибыл военный отчёт. Цзеню
воспользовались удобным расположением, и теперь армия столкнулась с
трудностями при захвате.

Шень
Цхунсину посчастливилось захватить царское племя Цзеню, которое грабило
деревню и сразиться в красивом бою. Императрица была счастлива.

С
другой стороны Бо ошеломляюще продвигался по своему пути. Не только
Цзеню страдали от его армии, но даже бандиты, десятилетиями промышляющие
в тех краях, вынуждены были бежать.

Что
было ещё более странным, так это путешествие Гу Тинъе. Ранее
сообщалось, что гун Ин жаден до выдающихся поступков, и наступаеь
агрессивно, в результате чего армия ушла далеко вглубь, а резервная была
отрезана. Гун Ин агрессивен?.. это было также странно, как если бы
кто-то сказал, что Шен Хун вспыльчивый юноша. 

После
того как младшая Шень Ши сообщила новости, её выражение лица было
крайне странным. Она была рада за своего брата, но в то же время
беспокоилась за Минлань. К счастью, Минлань не побледнела от испуга, как
обычные женщины, не заплакала, и не сделал что-то ещё в этом роде, а
очень спокойно поблагодарила её и попросила сообщить, если будут ещё
новости.

Отпустив
младшую Шень Ши, Минлань долго просидела в оцепенении, и старшей
служанке Цуй пришлось долго уговаривать её прежде, чем она поела и
уснула. 

Минлань
не могла сказать, страх это или тревога, или какое-либо ещё глубокое
чувство. Оно, подобно тонкому слою тумана, казалось, окутало всё вокруг.

Впрочем,
она могла спать спокойно, пока это не был заговор против неё и попыток
обыскать её дом, причинить вред ей или детям, или что-то вроде.

В
худшем случае, ей просто придётся рано овдоветь. Что ж, к счастью, есть
братья Ту, император и семья Шень, с которыми она была дружна. Они,
вероятно, позаботятся о ней, если будет необходимость.

Повышение
до старшей госпожи в молодом возрасте означает, что вы можете избежать
десятилетий борьбы и переключиться от служения боссу на то, чтобы быть
боссом самой себе.

Ночью
она, кажется, видела кошмары. Проснувшись, она, однако, не могла
вспомнить, что ей снилось. Мокрая подушка была холодной и всё казалось
ненастоящим. Она безучастно сидела, облокотившись о изголовье кровати, и
наблюдала как небо из серого становится ярким. Она даже не чувствовала
голода, ей просто хотелось сидеть вот так.

Он не вернётся?

«Не
плачь, не плачь», — твердила она себе снова и снова. — «Ты должна
держаться, особенно сейчас, ты должна быть сильной, и не должна
демонстрировать ни малейшую слабость».

После
того как новость распространилась, сначала пожилая госпожа Цинь послала
слугу передать несколько саркастичных замечаний, притворившись
обеспокоенной: «Наш дорогой Е… надеюсь, с тобой ничего не случится. Я
приду поздравить, если у Туаня раньше срока родится младшая сестра».

Затем
пришли несколько хороших знакомых. Госпожи Чжун и Дуань пришли
поддержать (их зять последовал за Шень Цунсином), госпожа Гэн
посочувствовать другу (старый Гэн последовал за Гу Тинъе), и Чжан Ши
заглянула поддержать и подбодрить.

—
Разве высочайшим указом был вынесен приговор или военное министерство
предоставило чёткий отчёт? В этом деле ещё всё туманно, незачем делать
поспешные выводы. Не смешно ли, что мы, женщины, обсуждаем всё это! —
Чжан Ши была истинной дочерью генерала, и она была более спокойна и
собрана в общении с людьми, чем остальные. — С детства и до зрелого
возраста, каждый раз, когда мой отец уходил из дома на войну, моя мать
произносила одно и то же: «У людей есть репутация, и даже несчастья
могут отступить перед ней. Моя хорошая девочка, мы — семья военного,
семья генерала, мы не можем бояться и сеять хаос в такой момент. Если ты
забеременеешь, будучи замужем за генералом, не слушай слова
посторонних. Сохранность ребёнка — главный приоритет».

Минлань была тронута до глубины души. Она взяла Чжан Ши за руку и тихо произнесла:

—
Сестра, не волнуйся, ты можешь рассказывать мне все новости. Я
определенно не буду придавать значение словам той злой женщины. И
волноваться. Если он умрёт, он умрёт. Я продолжу жить. Чем больше я
знаю, тем увереннее я буду.

Чжан Ши почувствовала облегчение, увидев ясные глаза и твёрдый настрой Минлань.

В
следующие несколько дней люди продолжали навещать её. Хуалань и Лю Ши
сказали ей позаботиться о ребёнке, так что она совершенно не удивилась.
Затем пришли женщины из четвёртой и пятой семей, чтобы узнать новости,
Жуомей, которая плакала и молилась Будде.

Минлань
совершенно не заботилась об этом, она просто оправдалась недомоганием и
сказала посторонним, что занемогла, беспокоясь о безопасности мужа.

После
суматохи, продолжавшейся более, чем полмесяца, Минлань была так
раздражена, что даже не могла читать книги. Ребёнок в животе становился
всё более и более послушным, и лишь несколько раз пинал её, выражая
протест, если она не спала среди ночи.

Шли
дни, Минлань постепенно успокаивалась и продолжала успокаивать
напуганных людей в свободное время. Обитателям поместья казалось, что
главная госпожа Гу Хоу всегда была спокойной.

В
тот день старший брат Ты лично вручил ей письмо. Конверт был немного
поврежден в сложенном виде и, когда Минлань вскрыла его, в правом
верхнем углу письма было нарисовано крошечный восьмилипестковый цветок.
Вторая строка у Гу Тинъе, шестая у Минлань. Это был секретный знак,
который он сообщил ей перед отъездом.

Минлань торопливо прочла письмо и пренебрежительно фыркнула. На её лице читались презрение и сарказм.

— Так быстро! — с насмешкой сказала она самой себе. — Ладно, приходи, я поприветствую тебя!