Глава 5 — Семья ли мы?

Прошло два года...

Ха! За эти два года я не нашла ни одной зацепки по делу об отравленном чае. Злоумышленник слишком хитёр. Но самое ужасное то, что яд вышел из организма только сейчас. Так сказались пять лет питья яда? Ужас! И врагу не пожелаешь. Но... Я так давно не выходила на улицу и не видела родителей с братом и сестрой. Может, сообщить им об этой новости? Думаю, лучше сначала скажу о своём выздоровлении матушке!

Скрип... Топ-топ...

Надо пробираться тихо, чтобы слуги не заметили. Оу, особняк так сильно изменился... А жаль! Я толком его семь лет назад не разглядела. По идее, комната матушки там.

Скрип.

Перед тем как постучаться, я хотела посмотреть, есть ли кто-то в комнате, или, может, здесь прибывают гости. Так и оказалось. Рядом с матушкой сидела женщина примерно её же возраста. Постояв у двери, я захотела послушать их разговор, ведь не знаю, что сейчас модно.

— Моя дочка такая лапочка! Настоящая красавица! — восхваляла свою дочурку аристократка.

— А моя — лишь наказание какое-то! — говорила матушка.

— Неужели вы говорите о леди Лоретте?

— Не говорите глупостей! Она — сущий ангел! Я говорю о своей родной дочери. Хоть Лоретта и не моя дочь, но намного больше похожа на меня, чем родная. А родная, как только приехала в виконтство, так сразу и заболела какой-то заразой... От неё совсем нет толка! — Виконтесса сделала глоток чая и продолжила: — Лучше бы я убила её ещё двенадцать лет назад, когда она родилась.

— Не говорите! Что за дочь такая, что не готова платить матери за то, что появилась на свет? Кошмар! — воскликнула женщина.

Значит... Да, я ведь всё время была лишь инструментом.

Я развернулась и побежала обратно в комнату. Мои слёзы, как капли дождя, падали вниз, оставляя след на алом ковре.

Может, рассказать Лоретте? Хотя лучше сохраню в секрете, чтобы никто не узнал!

Я захлопнула дверь своей комнаты, и звук этот показался мне оглушительным, словно рухнула целая стена. Сердце колотилось в груди, отдаваясь глухим эхом в ушах. Слова матушки, такие жестокие, такие беспощадные, звенели в голове, заглушая все остальные мысли. "Лучше бы я убила её ещё двенадцать лет назад..." Двенадцать лет назад. Моё рождение. Моё появление на свет, которое она так ненавидела.

Я упала на кровать, уткнувшись лицом в подушку, пытаясь заглушить рыдания, которые рвались из груди. Слёзы текли ручьём, пропитывая ткань, и я чувствовала, как моё тело сотрясается от боли. Все эти годы... Все эти годы я жила в иллюзии. Думала, что меня любят, что я нужна. Думала, что моя болезнь – это просто несчастный случай, а не проклятие, которое сделало меня бесполезной в глазах собственной матери.

Яд. Отравленный чай. Теперь я понимаю. Это не было случайностью. Это было наказание. Наказание за то, что я родилась. Наказание за то, что я не Лоретта.

Лоретта. Она – ангел. Она – красавица. Она – та, кого матушка любит. И она не её родная дочь. Какая ирония. Та, кто не имеет кровных уз, любима больше, чем родная.

Я подняла голову, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. Глаза горели, а в груди разгоралось пламя. Пламя обиды, пламя гнева, пламя решимости. Я больше не буду жертвой. Я больше не буду инструментом.

Яд вышел из моего организма. Я свободна от него. Но я не свободна от боли, которую мне причинили. И я не забуду. Я не забуду ни одного слова, ни одного взгляда, ни одного дня, проведённого в этой золотой клетке.

Что теперь? Рассказать Лоретте? Нет. Она не виновата. Она не знала. И я не хочу, чтобы она страдала из-за чужой жестокости. Моя тайна останется со мной. По крайней мере, пока.

Но я не могу оставаться здесь. Но и уйти тоже не могу... Надо заработать денег и стать независимой. Но как? Ладно, над этим подумаю потом.

Я встала, подошла к зеркалу. Моё лицо было бледным, глаза опухшими от слёз. Но в них горел новый огонь. Огонь, который не погаснет. Огонь, который будет вести меня вперёд.

Я не знаю, что ждёт меня за стенами этого особняка. Но я знаю одно: я больше не та наивная девочка, которая верила в сказки. Я стала сильнее. Я стала мудрее. И я готова к борьбе.

Может быть, я найду того, кто отравил меня. Может быть, я раскрою все тайны этого дома. А может быть, я просто исчезну, оставив позади всё, что причиняло мне боль.

Одно я знаю точно: я больше не буду молчать. Я больше не буду прятаться. Я больше не буду жертвой. Я буду жить. И я буду бороться. За себя. За свою свободу. За свою жизнь.