Глава 464 — 2-132. Вычитка

— А-а-а! Ты совсем с ума сошёл!

Эржебет вскрикнула. Пачка рукописи шлёпнулась на пол.

От её реакции, словно у девчонки-подростка, у меня вырвался смешок.

— Вот напугала. Чего так разоралась? — Кхм, простите. Я просто слишком разволновалась, пока читала... Кстати, вы ведь знали, что я была на балконе.

Эржебет принялась обмахиваться рукой. Лицо у неё раскраснелось так, будто от него вот-вот пойдёт пар.

Счастливый визг вырвался у неё на сцене, где я делал Адешан предложение. Я примерно этого и ожидал. Начиная с места, где мы поцеловались, её дыхание заметно участилось.

— Тебе сколько лет, а ты из-за какого-то поцелуя так реагируешь. Неужели до сих пор ни разу не целовалась? — Д-да с чего бы?! Я тоже много раз целовалась. Просто не с сестрицей Адешан... — Прекрасно. Но если ты визжишь уже из-за такого, следующую часть я тебе точно не покажу. — ...Следующую часть? — Ага. От скуки написал. В основной текст включать не собираюсь, но сам по себе он, кажется, вышел вполне недурно.

Я показал ей рукопись, которую держал отдельно.

На десятке с лишним листов было записано эссе, вобравшее один из самых жарких эпизодов моей жизни. День, когда я вернулся после приключения в параллельном мире. Запись о том, что было с момента сразу после предложения и до следующего утра.

— Следующую часть...

Эржебет нервно сглотнула. Делала вид, будто ей безразлично, но читать ей хотелось отчаянно.

Так и оказалось. Немного поколебавшись, она кашлянула и заговорила:

— Кхм, кхм... господин Ронан. Всё-таки я ваш единственный редактор. Разве у меня нет обязанности это прочесть? — Там будет слишком откровенно. Особенно для тебя. — Всё в порядке. Просто раньше это было слишком внезапно, вот я и растерялась. Я всё-таки взрослая леди. За кого вы меня принимаете? Я как-никак хозяйка Башни Рассвета. — Тогда читай. Я тебя честно предупредил.

Я протянул ей рукопись. Это же Эри, так что всё должно было быть в порядке.

Вообще-то первой всё это начала Адешан. До сих пор ясно помню, как в ту ночь, когда мы отправились в путешествие вдвоём, она хвасталась перед Марьей, что есть у меня ещё один клинок, которым я владею по-настоящему мастерски. Вот уж женщины.

Мигом выхватив рукопись, Эржебет принялась читать.

— А... а-а...

Она отреагировала, ещё не дочитав первую страницу. Лицо Эржебет стало красным, как спелое яблоко. Вид у неё был такой, будто она вот-вот расплачется, но листы она продолжала переворачивать.

— Н-не может... не может такого быть...

Руки у неё дрожали мелкой дрожью. Даже когда она читала Ваджуру Разрушения, вряд ли тряслась бы сильнее.

Дочитав наконец до последнего листа, она пронзительно вскрикнула:

— Зверь! Как ты мог творить такое с сестрицей Адешан! — Я просто написал всё как было. И вообще, посмотри на Адешан. Разве она не выглядела счастливее всех? — Да замолчите вы! Н-не может быть, чтобы всё это было правдой... Вы не слишком уж выдающе описали собственные способности?! — Можешь думать что хочешь. Мне скрывать нечего.

Я мог поклясться небом, что написал одну только правду. Рукопись ещё и перепроверила Лин — этим всё сказано. Эржебет, прижимавшая рукопись к груди и пытавшаяся выровнять дыхание, вдруг зло уставилась на меня.

— Даже не думайте это публиковать! И как у вас только хватило совести написать такую непристойность! Что вы вообще собираетесь показать своей внучке?! — Я же с самого начала сказал, что не собираюсь вставлять это в книгу, барышня. — А-а-а... сестрица Адешан...

Эржебет пошатнулась, прижав тыльную сторону ладони ко лбу. Вид у неё был такой, будто её огрели молотом по голове.

— Мне... мне нужно немного отдохнуть... Вы ведь говорили, что осталась только вычитка? — Ага. Это быстро. — Вот и хорошо... Можно считать, что всё уже завершено, так что поздравляю заранее.

С трудом восстановив равновесие, Эржебет продолжила:

— Мне было очень приятно читать, господин Ронан. Ваша внучка тоже наверняка обрадуется. — Спасибо. — Не бойся будущего и будь верен настоящему... Банально, но это правда очень хороший урок. Такая волшебница, как Акаша, идеально сработала как приём, передающий этот смысл. — Мне тоже так кажется. Только Акаша настоящая. — Да-да. Конечно. Я тогда пойду вниз.

Эржебет, пошатываясь, спустилась по лестнице.

То, что она незаметно прихватила рукопись, я решил ей простить. Всё это время она выкраивала время из своей занятости, чтобы помогать мне с книгой, так что и такой награды заслуживала. И тайну она, без сомнения, сохранит куда надёжнее меня.

Я вернулся в комнату и закрыл дверь. Закатное солнце окрашивало помещение в оранжево-алый цвет. В пустоте слышалось лишь тиканье часов.

Медленно оглядев комнату, я пробормотал:

— ...Вот и всё.

Меня переполняло чувство, которому трудно было подобрать название.

Я, словно зачарованный, смотрел на письменный стол.

Рядом с запятнанной чернилами перьевой ручкой лежала толстая стопка рукописных листов. Все до единого были плотно исписаны. Те самые белые страницы, о которых я, закончив рассказ о первом параллельном мире, думал, что ни за что не смогу заполнить до конца.

— Чёрт, я и правда написал книгу.

По коже вдруг побежали мурашки. Мне не верилось, что я создал нечто, кроме вдов, дерьма и младенцев. Воспоминания, которые до сих пор существовали только в моей голове, теперь превратились в историю, которую могли прочесть все. Конечно, вычитка ещё оставалась, но я и во время письма понемногу всё правил, так что надолго это не затянется.

— Не поднять ли бокал...

Сердце гулко колотилось. Этот непривычный подъём не давал мне усидеть на месте.

Сейчас рядом не было никого, кто мог бы составить мне компанию, поэтому я заложил руки за спину и медленно зашагал по комнате. Я всегда так делал, когда у меня застопоривался текст, и это уже вошло в привычку.

И вдруг взгляд зацепился за рамку на стене.

— Скучаю по тем дням.

Улыбка сама проступила на губах. В богато украшенной раме была фотография, на которой на фоне главной площади Академии Филеон стояли сотни людей. Наша с Адешан свадьба.

— Ха-ха-ха...

И это тоже было уже десятки лет назад.

Хотя прошло столько времени, что могли измениться и горы, и реки, шумная суета того дня до сих пор стояла перед глазами так ясно, будто обожгла меня огнём.

Свадьба была пышной. По масштабу она ничуть не уступала свадьбе Шуллипена и сестры, которая состоялась несколькими годами позже. А по составу гостей наша была даже роскошнее. Госпожа Навардодже и Теневой великий князь привели с собой весь свой род.

«Небывалое дело. Подумать только, мне оказали такую честь».

В центре снимка Адешан и я целовались — она в форме Союзной армии вместо свадебного платья. Помню, до этого кадра случилась изрядная суматоха. Всё потому, что никто не предупредил меня: на свадебном поцелуе язык в ход не пускают.

«Проклятье. Я думал, надо просто целоваться как обычно».

Это был тот самый позорный эпизод, о котором не хочется вспоминать. Даже сейчас, стоит только подумать о нём, лицо начинает гореть.

Раз уж речь шла о важнейшем событии в моей жизни, я с ещё большим усердием пустил в ход язык. Адешан сперва, кажется, хотела в панике меня оттолкнуть, но в конце концов обвила руками мою шею и закрыла глаза. Мы оба были хладнокровными, но при этом легко поддавались атмосфере — в этом были и наша сила, и наш недостаток.

Разумеется, среди гостей начался переполох. Эржебет, коротко взвизгнув, схватилась за шею и рухнула. Марья, явно чем-то воодушевлённая, посмотрела на Асела и облизнула губы. Зайпа расхохотался, показав все четыре клыка. Госпожа Навирозе, покачав головой, взяла в рот трубку. Приглашённый из Императорского дворца оркестр перестал играть нежную классику и вдруг заиграл быструю танцевальную музыку. Если память мне не изменяет, это распоряжение как раз и отдал дядюшка-император.

Архимаг Лорхон, похлопав Кратира и Барена по плечам, раскатисто рассмеялся.

— Господа, у вас были поистине замечательные ученики!

Асела во время церемонии утащила Марья, и вернулся он только перед самой съёмкой, в совершенно растрёпанном виде. Где он был, я не знал, но на его тонкой шее осталось пять или шесть следов, словно от комариных укусов. Если осторожно предположить, думаю, именно тогда и была зачата Сечика.

Сестра не знала, куда себя деть, и подпрыгивала на месте. Вид у неё был до того милый — лицо, красное, как яблоко, закрытое почти целиком, так что наружу торчали только глаза. Стоявший рядом Шуллипен отворачивался, бормоча, что это пошло, но взгляд его всё равно был прикован к нам.

Госпожа Навардодже воскликнула: «Ох уж эти смертные, что мне с вами делать!», — и с размаху шлёпнула Орсе по предплечью. Тот улетел к самому краю площади и врезался там во что-то так, что до конца церемонии не приходил в себя. На фотографии он тоже стоит с закрытыми глазами лишь потому, что его, всё ещё бесчувственного, насильно поставили на ноги.

Гремела буйная музыка, и когда мы наконец оторвались друг от друга после поцелуя, пир уже вовсю шёл. Вся торжественность этой свадьбы куда-то сбежала, словно её утащила бродячая собака, но как-то всё же закончилось благополучно.

На общей фотографии, которую мы с трудом сделали после всех передряг, были все, кто прошёл с нами этот путь.

Сестра, Асел, Марья, Шуллипен, Сита, Лин, Браум, Эржебет, Офелия.

Барен, Марпез, Навирозе, Секрит, Джародин, Кратир, Кидокан, Авар и весь профессорский состав Академии Филеон. А ещё — прежний Саранте, которому тогда был всего год.

Дидикан, Дорон, Катан, кузнецы из Гран Кападокии и Авроры Скаль, дознаватель Карака, бывший глава Башни Рассвета Аун Фила, Айре, Лорхон, Йозеф, Сион и вся семья Грансия.

Зайпа, Немеа, старейшина Алогин, Навардодже, клан огненных драконов вместе с Бнихардо и Итаргандом, Орсе, Король драконов Ажидахака, Теневой великий князь Исран, бывшая Зимняя ведьма Ибелин, а также Эльсия и Алибрие — бывшие высшие чины Небюлы Клазиэ.

Яростная Буря, Грезящий Гром, аборигены Дайнхара со сверхтехнологиями и бывшие штрафники-отморозки, которым вместе с Валусом удалось встать на путь исправления.

Баллон 44-й, а ещё дядюшка-кронпринц, который теперь уже взошёл на трон как Баллон 45-й.

Так много людей благословили наш брак.

— И впрямь жутковато. Интересно, чем они все сейчас занимаются.

Чтобы уместиться в кадре, всем гостям пришлось сбиться в плотнейшую кучу.

В итоге вышло нечто, напоминающее колонию ракушек-прилипал, но недовольных этим не было.

Оторвав взгляд от фотографии, я снял с крюка рядом висевшую перчатку.

— Так ею до конца и не воспользовался.

Когда-то я получил её в Авроре Скаль. Чёрная металлическая перчатка, доходившая до запястья, была напичкана силой полярного сияния и множеством изощрённых механизмов. Сокровище, созданное бойкой мастерицей Катан.

Я думал, однажды она мне пригодится, но, если не считать прополки, случая так и не представилось.

Иногда и с такими вещами бывает именно так. Совсем как с турником, который покупают ради подтягиваний, а потом превращают в сушилку для белья.

— Может, просто оставить его Лансе...

Это было бы не так уж плохо. Когда появляется время вздохнуть спокойно, начинаешь замечать одну за другой вещи, которых не видел в суете. Просто так, поддавшись порыву, я открыл шкаф. Длинный плащ, который я носил всё то время, пока странствовал по параллельному миру, спокойно висел на вешалке.

— ...Когда же.

Я пробормотал это себе под нос. Неразрешённый вопрос, который всё ещё не давал мне покоя, снова медленно всплыл на поверхность. Никто мне не верил, но у меня всё ещё оставалась задача, которую нужно было решить.

И в тот миг, когда я, ни о чём особо не думая, накинул плащ на плечи...

— Го, господин Ронан!!

Дверь внезапно распахнулась, и в комнату влетела Эржебет. Я невольно отшатнулся. Она тяжело дышала, словно только что мчалась сюда со всех ног.

— Скорее, скорее надо идти... времени... — Что случилось? — У Сечики... у Сечики начались схватки!

Едва услышав это, я рефлекторно сжал рукоять меча.

Моя внучка должна была вот-вот родиться.

Гениальный мечник Академии — глава 512